Род Корневых будет жить! Том 8 (СИ)

Хотя нет. Я посмотрел на голубое облачко очищенной звёздной зизифоры, и мне не понравилась степень очистки. Но повторять весь процесс у меня не было возможности, так как палочка благовоний уже сгорела на три четверти.
И тогда я решил, что у меня есть огромный опыт очистки ци — с использованием печи дан и истинного пламени. Так почему бы мне не использовать его?
А потому я недолго думая направил через облачко поток ци, который в свою очередь направил через печь дан.
Конечно, я рисковал. Голубое облачко очищенной звёздной зизифоры могло не потечь за моей ци. Оно могло вообще развеяться. Но наитие не подвело меня. И пропущенная через печь дан звёздная зизифора приобрела именно ту степень очистки, которую я хотел.
Мне осталось только сформировать пилюлю, и я, не тратя время, окружил голубое облачко золотистой живой.
Уплотняя живу, я сформировал пилюлю. Осталось только поместить её в нефритовый флакончик.
Я оглядел стол и не увидел нефритового флакончика.
Более того, там даже керамического не было!
Я не знал, как быть и посмотрел на экзаменаторов. И увидел, что все они пребывают в состоянии охренения.
Более того, в состоянии охренения пребывали и трое молодых учеников, а также их мастера.
Что касается Валентина Демьяновича, он смотрел на меня с восторгом и гордостью. Как будто это он сделал эту пилюлю.
Но как бы ни были потрясены экзаменаторы, снять пилюлю с огня было необходимо. Более того, это нужно было сделать немедленно! Иначе все мои труды пойдут насмарку!
И я протянул руку, чтобы взять пилюлю.
— Остановитесь! — заорал один из экзаменаторов.
А второй подскочил ко мне, доставая одновременно из пространственного артефакта, изготовленного в виде браслета, флакончик. Нефритовый.
Взмахнув флакончиком, он подхватил пилюлю и закричал на меня:
— О чём ты только думаешь! Разве можно такую пилюлю брать руками⁈
— Но флакончика не было… — начал оправдываться я.
— И что что не было⁈ — закричал он. — Мастер всегда должен иметь в запасе нефритовые флакончики!
— Но я не мастер, — возразил я, чем сильно удивил экзаменаторов. Пришлось пояснять: — Я ещё не сдал квалификационный экзамен.
— Это всё оправдания! — раздражённо проворчал экзаменатор.
Но раздувать конфликт перестал. В конце концов, это они должны были позаботиться о таре. Но, видимо, они то ли забыли приготовить флаконы, то ли были уверены, что ничего путного не получится. В любом случае, это была их вина.
К тому же флакончиков не было не только у меня. Но и у парней, сдававших квалификационный экзамен вместе со мной. Ни нефритовых, ни керамических, ни стеклянных, если только тут уже изобрели стекло. Так что, это общая проблема.
Я глянул на палочку благовоний, и увидел, что она сгорела. И я не знал, успел ли я закончить пилюлю до того, как сгорела палочка или закончил уже позже. А потому спросил у экзаменаторов:
— Я успел? Пилюля засчитана?
И снова нарвался на недовольное ворчание.
Вообще по моим расчётам экзаменаторы должны, получив пилюлю, во-первых, убедиться, что я тот самый человек, к кому уходил мастер Чуй Не. А во-вторых, они должны были напасть на меня, либо организовать нападение.
Но ничего этого не было. Мастера окружили преподавательский стол и негромко обсуждали мою пилюлю. И на мой вопрос никто не ответил.
Пришлось снова окликнуть их:
— Уважаемые, так мы сдали квалификационный экзамен или нет?
Я решил привлечь внимание и к парням тоже, потому что те стояли совсем потерянные. И если для меня звание алхимика большого значения не имело, то по ним было видно, что для них это важно.
Экзаменаторы даже не повернулись. Один только отмахнулся:
— Сдали! Идите получите таблички.
Счастливые парни поспешили к своим мастерам.
В комнату зашёл тот парнишка, который привёл нас сюда и предложил нам следовать за табличками.
Парни поспешили за ним, словно боялись, что экзаменаторы передумают.
Я глянул на столы парней и понял, что сформировать пилюлю смог только один. И то она была серого цвета. А двое других не справились. То, что у них получилось, назвать пилюлей можно было с большой натяжкой.
 
Ну и понятно, результаты их работы просто лежали на столе, без всяких флаконов.
Из чего я сделал вывод, что-либо парням повезло и их работу приняли из-за того, что экзаменаторы не хотели отвлекаться от моей пилюли. Либо тут были очень низкие требования.
Но опять же, мне это было без разницы. Мне нужен был конфликт, чтобы защитить Ян Лин и её людей.
Однако, пока мне не оставалось ничего, кроме как отправиться вслед за провожатым и остальными парнями за табличкой.
Я не торопился, чтобы дать экзаменаторам время сложить два плюс два. Но и отставать сильно не мог.
Но едва я подошёл к двери, как один из экзаменаторов окликнул меня:
— Молодой господин! Не хотите ли стать моим учеником?
Это было то, чего я ожидал услышать меньше всего.
Дальше было больше.
Коллега первого экзаменатора возмутился:
— А чего это вашим учеником, коллега⁈ Мне тоже есть чему научить его!
— Как и мне! — тут же вмешался третий.
С неприязнью оглядев своих коллег, первый алхимик заявил:
— Я первый предложил! К тому же это мой нефритовый флакончик!
— Вы хотите сказать, что наличие нефритового флакончика может стать доводом в выборе мастера⁈ — фыркнул второй.
— Я, Вей Вень, первый понял, каково мастерство молодого господина! — возмутился первый. — Именно поэтому я и предложил нефритовый флакончик. А значит, я должен стать мастером молодого господина!
— Фр! — дёрнулся третий. — Вашей расторопности, коллега, только на флакончики и хватает! Молодой господин истинный бриллиант, который требует мастерской огранки!
— И вы хотите сказать, что способны огранить этот алмаз! — презрительно бросил первый.
Я смотрел на экзаменаторов и потихоньку охреневал. Да, я планировал конфликт и желательно драку. Но я надеялся, на битву со мной, а не из-за меня!
Произошедшее несколько выбило меня из колеи. Но ненадолго. Потому что я разозлился — ну что за беспредел⁈
Из этой ситуации я сейчас видел только один выход: начать хамить. Чтобы наконец-то эти экзаменаторы пришли в себя и дружненько напали на меня. Иначе ж получалось, что все мои старания были напрасными.
— Эй, господа! — довольно-таки надменно окликнул я экзаменаторов. — А ничего, что у меня уже есть мастер? Вы бы хоть спросили у меня, нужны ли вы мне в качестве мастеров? Так вот! Вы мне не нужны! Хоть все вместе, хоть поодиночке!
— Володя! — одёрнул меня Валентин Демьянович.
— А что Володя? — жёстко ответил я. — Они вообще видят, что перед ними человек стоит, а не бессловесная кукла⁈ Они делят меня, как приз! Как переходящее красное знамя!
— Что? — не понял Валентин Демьянович. — Какое знамя?
— Красное! — ответил я.
Экзаменаторы же притихли и с благоговением взирали на меня, ловя каждое слово.
Я глянул на них и невольно выматерился себе поднос:
— Твою мать! Похоже, я только усугубил ситуацию…
Что делать дальше, я не знал. А потому просто сел. Там, где стоял. А что ещё мне оставалось?
В это время вошёл парень, который привёл нас сюда.
Он подошёл ко мне и с поклоном протянул деревянную табличку.
Но не успел я взять её, как Вей Вень закричал:
— Ты чего принёс, никчёмыш⁈ Ты какую табличку ему даёшь?
— Табличку алхимика самого низкого ранга, — ответил тот.
— Принеси табличку алхимика второго ранга, — ответил Вей Вень.
— А с чего ты решил, что у него второй ранг? — усмехнулся второй экзаменатор.
— А что, думаешь, он не потянет второй ранг? — усмехнулся в ответ первый экзаменатор по имени Вей Вень.
— Я думаю, что он и третий потянет! — поставил шах и мат второй.
— А может, мы его проверим? — предложил третий.
И тут я, что называется, приплыл. Потому что из всей алхимии я знал только как очищать звёздную зизифору. Всё остальное было для меня тёмным лесом.