Дуэльный Кодекс. Том 3: Шепчущий Во Снах (СИ)
Он не остановился. Как только скольжение замедлилось, снова пошел в атаку на Звездном пути. Я шагнул вперед и тоже превратился в звезду. С молнией и треском мы метнулись друг к другу. И врезались. Шарахнуло так, что замерцало освещение.
Там, где только что были два светила, стояли мы.
Ольгерд замер, врубив свои проводники, объятые огромными призрачными клинками в пол. Я же, был справа ниже, почти за его спиной. Сгорбленный держал в руках кинжал, объятый Феррумом. На боку здоровяка расцвел длинный порез. Кровь побежала по мускулистому телу.
Он не из дел ни звука, обернувшись, напал. Огромный нож просвистел в воздухе. Я ушел, отскочив назад. Второй удар избежал перекатом. Ольгерд взмахнул проводником. Красная волна энергии помчалась ко мне.
Блокировав ее мешком, я тут же отскочил. Потому что там, где был я только что, уже висел в воздухе и бешено вращался проводник Вираксиса.
— Юркий, — прошипел он, когда тесак вернулся в его руку, — но что ты сделаешь с этим?
Он щелкнул пальцами и в руках появился крохотный пузырек зеленой жижи.
— Ольгер, ты что⁈ — Крикнул Фомин и дернулся к нему.
— Стой на месте, старый друг, — проговорил он холодно.
— Ты обещал, герцог, — бросил я взгляд на Дениса. Тот замер.
Ольгерд же полил содержимым проводники, а потом прокричал заклинание:
— Волар Аксидум! — Он указал на меня обоими проводниками.
Блеснуло. Слизь, что покрыла клинки, стянулась к остриям, а потом и вовсе превратилась в магический шар. Он вспыхнул зеленым и задымился, зашипел, а потом выплеснул из себя поток зеленой кислоты, которая, фантаном ударила в меня.
Я отскочил назад и выкрикнул заклинание. Использовать черный ореол было нельзя. Это явно алхимическая формула, бесполезная, без специального зелья, но с ним — чудовищно опасная.
С моего проводника соскочила голубая искра. Она тут же охватила кислотную струю морозным куполом. Заключила ее в себе. Кислота была настолько едкая, что внутри купола аж позеленело.
Капли кислотной жижи упали антимагическое покрытие и прожгли даже его. Благо их было немного.
Теперь нас отделял друг от друга купол. Однако, Ольгерд не мешкал, он выскочил справа и помчался ко мне, сжимая в руках объятые магическими лезвиями проводники. Я ответил Глубокими Ранами. Маг легко защитился от них, умудрившийся отбить лезвия, а потом послал в меня один из своих клинков. В форме магической прозрачной волны он помчалось ко мне.
Его я уже поглотил при помощи черного ореола. И это дало три эффекта: во-первых я понял, что Ольгерд архимаг, во-вторых его самое сильное заклинание называлось Ярость Титана, а в третьих…
— Что⁈ Какого х#я⁈ — Крикнул он, когда его лезвия погасли после воздействия ореола. Он больше никогда не сможет пользоваться этим заклинанием.
Замешкавшись, он остановился, и тут же схлопотал ответку. Причем настолько простую, что огрести от такого заклинание магу в ранге Архимага просто какой-то позор. Однако, я сделал это намеренно.
— Толчок! — Крикнул я.
Проводник блеснул синим. Полупрозрачная волна магии ударила в гиганта и тут же сбила с ног. Он отлетел и ударился в ледяную сферу. Да так, что купол даже затрещал. Ольгерд свалился под его основание.
— Что, — ухмыльнулся я, — продолжаем?
— Денис! — Заорал здоровяк, вставая на колени, — нам точно понадобится новенький!
А потом Ольгерд щелкнул пальцами. В его руках появился новый пузырек, но уже с чем-то красным, потом еще один, но с синей жижей.
— Да ты сошел с ума! Ты собираешься использовать оба⁈ — Заорал Денис и даже схватился за проводник.
Перепуганный управляющий сжался в комок на лавке.
— Нет, — улыбнулся он, — все же, мне хватит и зелья послабее, чтобы прикончить этого мелкого уродца!
— Прикончить⁈ — Денис извлек проводник.
— Тихо, герцог, — я остановил его жестом, — ты обещал. Помни про свое обещание.
— Но он убьет тебя!
— Ты обещал, — я посмотрел на Фомина.
— Проклятье… Чума на мою голову! — Он зло сунул клинок в ножны, — зачем я связался с тобой, Ольгерд! Ты совершенно разучился думать здраво!
— Зато, — он сорвал восковую печать с пузырька, выдернул пробку, — умею действовать.
В следующее мгновение, гигант опрокинул содержимое сосудика в рот, с размаху разбил его под ногами.
Изменения наступили почти сразу. На могучем теле скандинава проявились вены. Он выгнулся дугой, а потом с хрустом подался вперед, сгорбился как зверь. Белые волосы растрепались, а глаза налились кровью. Вспухшие вены запульсировали под кожей и стали светиться зеленым.
Ольгерд открыл, спрятанное до этого времени в ладони лицо и оскалился. Зубы стали острыми, а черты лица — более звериными.
— От Звериной Ярости у меня всегда мурашки по спине, — проговорил он изменившимся голосом, — сильней мурашки бывают только есть я рву человеческую плоть в этой форме.
Он оскалился, посмотрев на меня.
Я же, отбросил проводник в сторону и позвал его:
— Нападай.
— Самоубийца, — расплылся тот в зверином оскале, — меня не нужно просить дважды! Р-р-р-р-а-а-а-а!
Он, на четвереньках, словно зверь помчался ко мне. Я сжал кулаки.
* * *
Денису Фомину было не по себе. Не по себе весь этот дурацкий вечер. Он общался с Ольгердом, которого считал другом, редко. Так складывались обстоятельства и служба имперского прокуратора.
Когда Вираксис попросил его помочь с поимкой девчонки, Денис отнесся к этому, как к очередному заданию. Да и Ольгерд вел себя, как всегда. На странный, немного безумный блеск в глазах своего друга, Денис не обратил внимание. Ольгерд и раньше отличался бесшабашностью, но только в бою. Он никогда не слышал, чтобы гигант вел себя так непочтительно с дворянами. Что с ним стало, Денис не знал. Замешана ли в этом Венер — тоже.
Обо всем этом он думал весь вечер, когда он и Орловский беседовали с Ольгердом. Но сейчас думать времени не было. Потому что Вераксис мчался на Орловского, словно животное. Игнат же, даже не сдвинулся с места. А потом шарахнуло. Всю комнату осветило так, что в глазах заплясали зайчики.
Там, где был молодой парень, теперь стоял человекообразный волк. И он остановил Ольгерда.
Оба зверя сцепились. Ольгерд ударил, но Игнат заблокировал его атаку предплечьем. Так, они простояли пару мгновений, а потом Ольгерд отступил. Он отпрыгнул назад и уставился на Орловского.
— Интересно, — прошипел он сквозь клыки.
Волк же, выглядел спокойным. Он, выше Ольгерда на голову, стоял ровно, а потом сделал что-то неестественное. И даже странное: стал в боевую стойку, сжав кулаки. Казалось бы, зверь не мог вести себя подобным образом. Однако волк выглядел гораздо более человечным, чем Ольгерд.
Потом гигант напал снова. Он прыгнул и пошел размашистыми ударами. Волк уклонился от всех, легко, почти по боксерски, а потом дал Ольгерду в рожу. Легкий и быстрый левый прямой с хрустом врезался в челюсть озверевшего гиганта. Тот пошатнулся. Второй удар — правой, заставил Ольгерда отступить.
— Проклятье… — выругался здоровяк и сплюнул кровью.
Отскочив назад на пару метров, он принялся жевать челюстью. Потом полез в рот и вынул сломанный клык, отбросил.
— Ты полон сюрпризов, Орловский, — низким урчащим голосом проговорил Ольгерд.
Орловский, естественно, не ответил. Волк выпрямился и спрятал лапу за спину, как бы открываясь врагу. Второй поманил к себе, приглашая гиганта атаковать.
Глава 22
Это было необычное чувство. Раньше, когда я сражался в форме зверя, мне казалось, что я и есть зверь. Чувства обострялись настолько, что сложно было не поддаться им.
Острым желаниям двигаться, бежать, сражаться и убивать, сложно было сопротивляться. Волк словно бы пытался возобладать над человеком. Мне приходилось невероятно сильно напрягать волю, чтобы зверь делал то, что я хочу от него. В этот раз все было не так.