Ведьмино Наследство (СИ)

 Филипп был лешим, то есть, хозяином леса. И мне, как ведьме, надо было водить с ним дружбу, чтобы, как за травами пойду, помогал, да тропки не путал. Вот и принесли мы ему хлеб. Маруся сказала, что до хлеба этот самый леший очень охоч.
- Филипп! Выходите! Будем знакомиться! – поддержала Марусю.
 Прошло несколько секунд и тут ветки прямо перед нами затрещали. Деревья расступились, выпуская вперед лешака. Как-то сразу вспомнила, что уже видела его. В день, когда мы летали на Олимпиаду. Да, так и есть. Маруся еще обещала нас познакомить с ним. Вот и познакомила.
- Доброго дня, - я поклонилась в пояс, ну, как учили.
 Филипп поглядел хмуро, передвинулся к хлебу и взял буханку в руки. Отломил кусок и отправил в рот. Я же, распрямив спину, рассматривала его лицо и забавную шляпу в виде огромной шапки мухомора. Ну очень эстетично!
- Добрый хлеб, - прожевав, выдал старик. – Значит, руки добрые его делали! – и зыркнул на Марусю. Но она сразу на меня указала.
- Она пякла. Просим тябя о дружбе да согласии.
- Обещаю лесу не вредить, трав, больше, чем надо, не срывать, - я уже знала, что говорить.
 - Добро, - последовал ответ и леший, замотав хлеб в полотенце, шагнул к зарослям. – Вы до дому пойдете, али гулять будяте? – уточнил.
- До дому, - нашлась Маруся.
- Тады вот вам тропинка. Сразу до дяревни и вывядет. – Произнес Филипп.
- Благодарствую, дядя леший! – я снова поклонилась, и он улыбнулся в усы.
- Приходь, Вася. Лес для тебя будет открыт, коли вредить не станешь. Даю дозволение, - сказал, кивнул и был таков, исчезнув в чаще, будто его и не бывало.
А у нас с домовихой, вот прямо под ногами, раздвинув высокую траву, пролегла утоптанная тропинка, которой прежде в помине не было.
 Я не удивилась. Уже устала удивляться и, кажется, привыкла. Шагнула вперед и мы с Марусей пошли меж деревьев домой. Тропинка была удобная, ровная и прямая. Не поднималась в гору, не спускалась меж оврагов. А по пути травы всякие встречались. И искать не надо. Наклоняясь, не рвала, но называла по очереди, перечисляя свойства и в какие зелья пригодятся.
 Маруся с важным видом кивала и не перебивала. А все потому, что травы я теперь знала. Целый месяц убила на изучение только трав. И, ко всему прочему, освоила метлу. Правда, летаю редко и по ночам. Все же, в Ложечках есть и простой люд, помимо оборотней да русалок. А им видеть такие вещи вредно для здоровья. И так обо мне судачат, будто я ведьма. Хотя, почему, будто? Это ведь чистая правда!
- От, гляди, как оно вышли-то быстро! – сказала домовиха, едва перед нами появилась дорога. Стоило ступить на нее с тропы, как тропка исчезла, а Маруся, ударившись оземь, поднялась на лапы уже крупной черной кошкой.
 У дома нас ждали. Припаркованный авто и в нем женщина мне незнакомая. Я подошла ближе. Маруся мигом забралась на ограду, зыркнула желтыми глазами, а я бросила быстрый взгляд на машину и едва коснулась калитки, как дверь авто распахнулась, выпуская владелицу наружу.
- Добрый день! – поздоровалась она.
 Я оглянулась.
 Яркая блондинка. Крашеная, в дорогом костюме, в облаке еще более дорогого парфюма. Лет под сорок, не больше.
- Вы Василиса? – женщина сняла черные очки, посмотрела на меня.
- Да. Я. – Ответила и оглядела незнакомку, пока она называла имя.
 Женщину звали Катерина Доброва. Впрочем, ее имя мне не говорило ни о чем, а вот нечто темное, что жило внутри у бедняжки, отнимая ее здоровье и жизнь, взволновало.
- Я знаю, зачем вы приехали. Я помогу. Идите в дом, - прервав речь Катерины, распахнула перед ней калитку. – Там и поговорим.
- Спасибо! Я только машину припаркую, - она забралась обратно в салон, проехала дальше и оставила авто у забора. Я же ждать гостью не стала. Прошла во двор, окинув взглядом полоскавшееся на ветру белье. Затем увидела и его.
 Добрыня словно почувствовал, что я пришла. Застыл, стоя у окна, затем резко повернулся. Темный взгляд остановился на моем лице, обжигая и внутри что-то пробудилось. Снова эти бабочки, которые появляются, едва увижу колдуна. Никак не привыкну, хотя прошло уже два месяца и за окном лето сменила осень, пока еще ранняя, еще не лишенная ярких красок лета.
 
- У нас гости? – он подошел ближе, отложив на стол инструменты. Мы, к слову, меняли окна. Не на евро. Но на хорошие, крепкие деревянные двойные рамы, которые были наполнены магией под заказ. И дом теперь был защищен намного лучше, чем после бабки Симы. А все спасибо Волкову. Дом свой он отремонтировал, а теперь и за мой взялся.
- Женщина приехала. Мне надо ей помочь, - я подошла ближе, сократив расстояние, между нами.
- Вижу, - он улыбнулся, протянул руки и обнял за талию. Рядом выпрыгнул повзрослевший Маркиз. Этот рыжий хулиган оказался жив-здоров. Прохор успел спрятать любимца, когда в дом нагрянул Степан.
- Скажи-ка мне, Василиса, когда мы поедем в райцентр по нашему делу? – уточнил хитро колдун.
- По какому такому делу? – я улыбнулась. Знала ведь, о чем он говорит. Но вредничала. А услышав тихие шаги Катерины, уронила руки и отошла от колдуна.
- Все. Я в дом и жду тебя на обед, - сказала Добрыне.
- А я все еще жду твой ответ! – бросил он, едва я вернулась на дорожку, встречая Доброву.
- Вот вечером, как будем заниматься, и скажу! – слукавила я, но, пока поднималась на крыльцо вместе с Марусей и этой несчастной, приехавшей за помощью, уже твердо решила для себя, что вечером дам ему тот ответ, который Волков так жаждет услышать.
 К тому же, мне кажется, что Василиса Волкова, звучит очень неплохо. Правда?
 Я вошла в дом, пропустила Катерину и кошку, а закрывая дверь, посмотрела на деревню, на домики, мирно стоявшие вдоль дороги. И на душе стало тепло и светло.
 Домой я больше не вернусь, разве что к родителям в гости. Теперь мой дом здесь, в Ложечках. Нет, не скажу, что буду жить безвылазно. Напротив, мы будем ездить по всему свету. Ведь я так хотела увидеть мир! И теперь у меня есть такая возможность. Но всегда буду возвращаться сюда. В Ложечки, в мой дом номер тринадцать.
КОНЕЦ.