Змеиные поцелуи (СИ)

- Кира, - всхлипывая произнесла его мать, - Кира, приезжай в городскую больницу. Оля. Она, - и заплакала.
- Что она?
- Она…
- Умерла? – прошептал он, резко ударив по тормозам.
- Что ты! – воскликнула женщина. – Она напилась и неудачно упала.
- Боже! – вырвалось у молодого человека. – А ребёнок?
- Какой ребёнок? - смутилась женщина.
- Мама! Ребёнок, которого она ждала от Дмитрия.
Женщина тяжело дышала в трубку и молчала.
- Нет никакого ребёнка, - сам догадался Кирилл. – Она всех обманула.
- Кирилл, пожалуйста, - затараторила мать, - приезжай. Я одна. Не знаю, что делать.
- А где твой муж?
- Он разозлился, когда узнал, что Олечка обманула о беременности.
- Позвони, отцу.
- Он тоже отказался приезжать. Что они понимают. Девочка хотела быть счастливой. А в любви все средства хороши.
- Я тоже не приеду, - отрезал Кирилл. – Оля поступила подло. Впрочем, чего можно было от неё ожидать. Она же лучшая подруга Инны.
- Кира! – продолжала его упрашивать мать. – Оля неудачно упала и повредила лицо. Ты не представляешь, что значит для девушки её лицо. Это же… всё… Прошу тебя, ради меня. Сынок, - плакала она.
Мужчина съехал с дороги. Его душа рвалась к Лиде, а совесть настаивала, что Ольга, какая – никакая, а его сестра.
- Хорошо. Я приеду, - выдавил сквозь зубы.
- Спасибо, Кира. Спасибо, - зашептала мать.
Кирилл вздохнул и набрал номер Лиды.
- Алло, - её голос был звонким и радостным.
- Лидочка, - снова вздохнул Кирилл.
- Что? Что случилось? – она уловила смятение и сожаление в его голосе.
- Я не смогу приехать. Очень хочу. Очень. Но… - запнулся, - произошло кое-что.
Лида молчала, испытывая жгучее разочарование.
- Позвонила мать, - пояснил он, - Ольга напилась и упала. Подробностей я не знаю. Мать говорит, что падение было очень неудачным. Оля повредила лицо.
- Господи, - ошеломлённо прошептала Лида. – А ребёнок?
- Нет никакого ребёнка, - тихо сказал мужчина. – Нет и никогда не было.
- Как? – воскликнула женщина.
- Всё было обманом.
- Бедная, - вырвалось у Лиды.
- Бедная? – удивился Кирилл.
- Только представь, как она отчаялась, чтобы выдумать такое.
- Лида, Лида, - укоризненно произнёс мужчина. – Она это делала не от отчаяния, а для выгоды.
- Всё равно. Жалко её. Лицо для женщины - это всё.
На губах Кирилла мелькнула кривоватая улыбка: «Женщины!»
- Надеюсь, что всё обойдётся, - добавила Лида.
- Я позвоню, - и замолчал.
- Конечно позвони. Даже не сомневайся.
- Люблю тебя, - вздохнул мужчина. – Как же я хочу оказаться рядом с тобой, обнять, почувствовать твои мягкие, сладкие губы…
- Кирилл, - улыбка слышалась в её голосе.
- Всё, всё, больше не буду.
- Буду ждать звонка.
Мужчина нехотя попрощался с любимой, ещё немного повздыхал, сожалея, что долгожданная встреча откладывается на неопределённое время и направил автомобиль в сторону больницы.
«Надеюсь, - мрачно думал он, - что это не окажется очередным фарсом и обманом».
  
Глава 100.
 
Ложь… Она сладкой патокой льётся в уши, опутывает своей липкой паутиной сердце, задурманивает, ослепляет разум и уничтожает душу.
Зачем лгать? Чтобы в один прекрасный момент поскользнуться на этой самой лжи? Или сломать голову, запоминая, кому и что было сказано? Или в конце концов потеряться, разорвав тонкую нить между реальностью и вымыслом…
Кирилл довольно быстро добрался до больницы. На улице его встретила мать. Женщина нервно расхаживала перед входом в приёмное отделение.
- Наконец-то! – воскликнула она, бросаясь к сыну.
- Как Оля?
- Кира, - обняла его женщина. – Всё плохо. Оля навсегда останется инвалидом.
- Где она? – обнял он плачущую мать.
- В хирургическом отделении.
- Ты видела врача? Каков прогноз?
Женщина только всхлипывала.
- Хорошо. Я сам всё узнаю. Ты побудь здесь.
Он посадил мать на лавочку, а сам поспешил к соседнему зданию, в котором находилось отделение хирургии.
Внизу его встретила худощавая женщина, лет пятидесяти в зелёном, затёртом на животе и локтях, халате.
 
- Доброй ночи, - поздоровался Кирилл.
- Здесь все ночи недобрые, - недовольно пробурчала дежурная медсестра. – Ходят и ходят.
- Простите, час назад к вам поступила моя сестра. Я хотел бы срочно переговорить с её врачом.
- Конечно, всем всё надо срочно, - хмыкнула женщина. – Неположено. Ночь на дворе, приходите утром.
- Я вас очень прошу. Мать не доживёт до утра от волнения. Сестра неудачно упала, а нам известно только то, что она сильно повредила лицо.
Женщина вздохнула и покачала головой:
- К нам с травмами лица сегодня никто не поступал. А тем более после падения.
- Как? – опешил Кирилл.
- Вот так, - пожала плечами дежурная медсестра.
- Но… - не знал, что сказать мужчина.
«Так я и знал, - нахмурился он. - Ольга снова в своём репертуаре. Но зачем лгать?»
- Может она поступила в другую больницу? - предположила медсестра.
- Да нет, в эту, - Кирилл назвал фамилию.
- Так, так, - женщина поправила очки и раскрыла общую тетрадь с загнутыми уголками. – Да. Есть такая, - посмотрела на взволнованного мужчину. – Ладно, вызову к вам доктора, если он свободен.
- Спасибо! – воскликнул Кирилл.
- Подождите, - махнула в сторону стульев, что стояли вдоль стены.
Кирилл не мог сидеть. Он принялся расхаживать взад и вперёд, то и дело поглядывая на медсестру, которая что-то шептала в трубку телефона.
- Дмитрий Дмитриевич сейчас спустится, - произнесла она, повесив трубку внутреннего телефона.
Кирилл завёл руки за спину и сцепил их в замок, продолжая расхаживать туда-сюда, от стола дежурной медсестры до окна.
- Вы родственник пострадавшей в аварии? – окликнул Кирилла низенький мужчина, в зелёной униформе хирурга, снимая с головы чепчик и поправляя седые волосы.
«Авария…» - побледнел Кирилл.
- Да, это я. Здравствуйте, - молодой человек протянул руку для рукопожатия. Врач чуть помедлил и пожал протянутую ладонь в ответ.
- Ну, что могу сказать, - вздохнул Дмитрий Дмитриевич, - состояние удовлетворительное. Сотрясение не выявлено.
- А лицо? Что с лицом?
- А что с лицом? – удивился врач.
- Нам сказали, что у неё сильно повреждено лицо.
- Что вы мне голову морочите. У неё порезы на руках и груди. Неглубокие. Швы, конечно наложили косметические. Но это не смертельно, поверьте мне.
- А можно мне к ней? Понимаете, мать с ума с ходит. Телефон у сестры выключен. Хоть одним глазком.
- Хоть одним глазком, говорите, - мужчина оттопырил карман на медицинской куртке.
Кирилл бросил взгляд на дежурную медсестру и засунул в карман врача несколько купюр.
- Пожалуй, я пойду вам на встречу, - улыбнулся Дмитрий Дмитриевич. – Нервы матери надо беречь. Любовь Степановна, - обратился к медсестре, - выдайте халат молодому человеку. И бахилы, - добавил.
Женщина что-то неразборчивое пробухтела и подала Кириллу белый халат и бахилы. Он хотел было взять, но она покачала головой:
- Вначале оплатите аренду халата и покупку бахил.
Кирилл посмотрел на врача, тот пожал плечами.
- Хорошо, сколько? – спросил Кирилл.
Медсестра назвала сумму.
Расплатившись с ней, мужчина быстро надел бахилы, набросил на плечи халат и поспешил за Дмитрием Дмитриевичем.
До ординаторской они шли молча.
- Подождите здесь, - махнул рукой доктор.
- Но…
- Она не одна в палате, - перебил его врач. – Да и время позднее.
Дмитрий Дмитриевич зашёл в ординаторскую, а через несколько минут из кабинета выпорхнула молоденькая медсестра. Она бросила на Кирилла заинтересованный взгляд и посеменила к палате Ольги.
«Получается, что не всё так плохо, - размышлял Кирилл, - раз она сама из палаты способна выйти».