Утёнок и Лебедь (СИ)
– Та, по которой ты вчера страдал в инстаграме? – поинтересовалась Кристина.
– Не страдал я, – поморщился Максим, переводя взгляд на друзей, когда дверь за Олесей закрылась. – Это тактика такая «я несправедливо обижен, нуждаюсь в ласке и любви». На девчонок обычно действует.
Денис усмехнулся, но под взглядом Кристины тут же свел брови.
– И как? Подействовало?
– Ага. Если бы, – покачал головой «обиженный и нуждающийся в ласке». – Странная она какая-то. Раньше думал, что очень скромная. Теперь подозреваю, что закомплексованная и забитая.
– Это невооруженным взглядом видно, – заметила Кристина. – Вчера после нашей встречи видела ее в коридоре. Так она передвигалась чуть ли не по стеночке и боялась глаза от пола поднять. Не понимаю, зачем ты к ней пристал.
– Так вон какая красивая! – искренне возмутился Максим.
– Кто? Она? – удивился Денис. – Что-то я не заметил.
– Ты-то? – поморщился его друг. – Ты вообще ничего не смыслишь в прекрасном. Если бы я тебе не сказал, что Кристинка – красотка, ты бы все еще целовался только с микрофоном, – смело заявил, за что был бит с разных сторон обоими друзьями. – Ауч! За что? Это же правда!
Назарова перевела грозный взгляд на Дениса.
– Неправда! – возмутился он и еще раз для надежности хлопнул друга по плечу, а тот скорчился, будто от невыносимой боли. – Он нас опять поссорить пытается!
Кристина возвела глаза к небу.
– И за что нам мою голову эти Чип и Дейл свалились?
– Не! Я отныне Скрудж МакДак! – объявил Максим громко, и пока Денис взглядом пытался выяснить у друга, что это значит, Кристина прикрыла глаза рукой.
– Я даже знать не хочу почему, – заметила она, глянув на Лебедева сурово. – Ты окончательно чокнулся со своими психованными подружками. Надеюсь, хотя бы эта Утица тебя перевоспитает.
– Утенок. Прошу не путать.
– Да хоть Гусыня. Если ты, наконец, найдешь себе нормальную девушку и перестанешь за нами везде таскаться, я буду рада даже Жабе, – сказала Кристина и сама же поморщилась от обилия птиц и животных в их разговоре, но с творческим и абстрактно-мыслящим Максимом иногда невозможно было разговаривать без сравнений, аллегорий, гипербол и прочего.
– Красивая, да? – спросил Максим у девушки, стараясь найти одобрение у нее, раз у друга не получилось. А тот тем временем продолжал недоумевать:
– Да почему красивая? У нее же эти… – Денис выпятил губы.
– Ты на эти губы даже не засматривайся, – пригрозил Максим, в шутку пригрозив другу кулаком, пока Кристина с гримасой отвращения следила за рожицами, которые строил Денис.
Просто выпяченных губ ему показалось мало, и он попробовал вывернуть нижнюю с помощью пальцев.
– На себе не показывай! – возмутилась Назарова, хлопнув парня по руке, а затем из чувства солидарности к неизвестной ей девушке заметила: – Все нормально у нее с губами. Не придумывай.
– Красивая, да? – не мог успокоиться Лебедев, и девушке нехотя пришлось кивнуть.
– Да. Внешность необычная, но довольно привлекательная, заметная. Большие глаза яркого цвета, длинные, густые волосы, высокие скулы, пухлые губы, стройная фигура. Если выпрямится, голову поднимет, причешется, перестанет смотреть загнанной зверушкой, жевать губы и косолапить, будет намного привлекательнее местных красоток, – заметила она, задумчиво. – Жаль, невысокая, а так хоть на подиум…
– А какие с ней фотографии получаются! – заявил Максим восторженно, когда понял, что нашел себе собеседника, чтобы обсудить необычную внешность, которую совершенно случайно заметил в грязном лифте, когда возвращался с учебы, а она впервые при нем сняла большие очки с толстыми стеклами. – Показать?
– Не надо. – Кристина подняла ладонь перед ним. – Я уже видела кадр с первого сентября. Еще тогда подумала, что хорошо бы привлечь ее к конкурсу, а то в этом году все как под копирку с нарисованными бровями да перекачанными в зале задницами.
У Максима от удивления брови взлетели к линии волос.
– Ты серьезно? Утенка на конкурс «Мисс Осень»?
Девушка пожала плечами.
– Ну да. Но ты же сам сказал, что она закомплексованная и забитая. Такая не выдержит женского конкурса красоты, – покачала она головой.
– Выдержит! – возмутился Максим. – Я помогу. Предложи ей!
– Я?
– Да. Меня она слушать точно не будет. Динамит по всем фронтам, – поморщился Максим при воспоминании своих участившихся поражений, из-за которых его интерес к Олесе никак не угасал.
– Не буду я ничего ей предлагать. Конкурс ни для кого не секрет, прием заявок еще открыт. Захочет, пусть заполняет анкету и пишет мотивационное письмо, рассмотрим наряду со всеми, – пожала она плечами. – Я точно ни за кем бегать не буду. Я организатор вообще-то.
– Но ты же сама сказала, что хорошо было бы привлечь кого-то вроде Олеси. Красивую, но не шаблонную внешность.
– Сказала, – подтвердила Кристина. – Но заставить я никого не могу да и не хочу. Я же не зверь. Еще раз замечу, что это женский конкурс. Там будут склоки, соперничество. Что на нем делать закомплексованной девушке?
– Самооценку поднимать.
– Ее самооценка не моя проблема.
– Что же ты такая упрямая?
– Какая есть.
– Просто предложи! Она тебя послушает!
– Нет. – Кристина и Максим спорили, а Денис крутил головой между ними, плохо понимая причину возникшего спора.
– К тому же это не только конкурс красоты. Надо быть еще и талантливой, и умной, и сильной, и коммуникабельной. Ей, как минимум, нужна будет команда поддержки для недели презентаций. И талант для номера. У нее есть хоть один, кстати?
Максим набрал в легкие воздух, собравшись дальше препираться, но так и не нашел, что ответить, поэтому быстро сдулся.
– Есть… только я пока не знаю какой…
– Ну вот, – пожала плечами Назарова, словно говоря: «И я, как всегда, права».
– Таланты есть у всех… мне просто надо узнать, что умеет Олеся…
– Тебе больше заняться нечем? – удивился Денис, встревая в спор друзей.
– Нечем, – подтвердил Максим. Глаза его во время разговора азартно загорелись, будто он сам собрался участвовать в тяжелом, месячном марафоне среди женской части населения академии.
– Не мучай девочку, – поддержала Дениса Кристина. – Найди себе другое развлечение.
– Она сможет победить в этом конкурсе. Вот увидите, – настаивал Максим. – Предложи ей участвовать.
Кристина покачала головой, но ничего не ответила. Как бы она ни отвергала кандидатуру Олеси на конкурс, хозяйкой которого была в этом году, а видеть девушку, внешность которой Максим верно охарактеризовал как «не шаблонную», ей хотелось. Ее участие должно было подогреть интерес аудитории. А если над ней немного поработать, накрасить, приодеть… необычного Утенка наверняка будут обсуждать не только номинантки… А если привлечь к организации креативного Лебедева, конкурс «Мисс Осень» вполне мог стать ярким событием года.
14. О том, как Утенок лакомился хлебными крошками
И снова говорит Олеся
По вполне понятным причинам я не любила общественные заведения. Есть же при посторонних не любила вдвойне. И даже здесь, в академии, где меня никто не высмеивал и не норовил устроить подставу, все равно было неудобно ходить в столовую со всеми. Я боялась сделать что-то не так, выглядеть еще более смешной, чем обычно, с набитым или открытым ртом, не хотела привлекать чужие взгляды. Поэтому во время учебы я в основном голодала, обходясь лишь водой и иногда плиткой шоколада. Подобная диета плохо сказывалась на моих отъеденных летом щеках, я быстро худела, что для меня было таким же проклятьем, как для многих девчонок набор веса. Однако ничего поделать с внутренними барьерами не могла.
Столовую я обходила стороной. В кафе была всего несколько раз с родителями в детстве и изредка заходила вместе с сестрами, чтобы поесть пиццу после кинотеатра. На этом мои познания об общественных местах приема пищи заканчивались, потому что подруг у меня никогда не водилось, чтобы ходить с ними, а парней тем более.