Немоногамия (СИ)

— Чай, — отвечаю с натянутой улыбкой.
Сестра бегает по кухне, включает чайник и ищет печенье. Суетится, торопится. После чего зовёт за стол детей.
В кругу близких мне становится настолько хорошо и уютно, что даже не хочется уходить. Вот только последнюю лекцию по маркетингу у третьего курса никто не отменял. Увы.
— Слушай, а приезжайте к нам с Яном сегодня на ужин, — предлагает сестра. – Я закажу доставку, накрою шикарный стол. Нужно же как-то отблагодарить Каминского за то, что он решил мои проблемы с Давидом. Приставил охрану, нашёл адвоката. Процесс развода идёт широким размашистым шагом. Могу представить как бесится Ревин.
— Не сегодня, Рин. Извини. Ян в командировке до позднего вечера, а я планирую встретиться с подругами в «Эгоисте». Давай в другой день? У меня неделя забита под завязку.
И это абсолютная правда. После шумных посиделок с друзьями в субботу – понедельник не дал возможности расслабиться и затянул нас в водоворот событий. Я присутствовала с Каминским на трёх деловых ужинах, встретилась с его родителями и посетила благотворительную ярмарку.
Помимо этого отработала сдвинутые лекции, организовала конференцию в университете. Смогла выдохнуть только в эту пятницу, когда согласилась отдохнуть с Валюшей и Жанной за коктейлями в ночном клубе.
Поблагодарив Рину и попрощавшись с любимыми племянниками, я возвращаюсь в университет и провожу последнюю лекцию. Студенты молчаливы, заинтересованы. Объяснять им материл — настоящее удовольствие.
Когда мой рабочий день подходит к концу, я иду на парковку и по дороге пишу Яну, что домой вернусь поздно. И, вероятнее всего, не совсем трезвая. Он желает мне приятного вечера и пропадает из сети. Вот и славно.
Потратив полтора часа на дорогу, я кое-как втискиваю автомобиль на парковочное место у клуба. Настроение отличное, боевое.
— Здравствуйте, вас уже ожидают, — произносит администратор, когда я называю свою фамилию.
Мы поднимаемся на второй этаж, минуем шумную компанию футболистов, которые справляют победу в матче, и направляемся к дальнему столику на троих.
Валюша целует меня в обе щеки и спрашивает откуда наряд. Жанна же отвлечена и рассеяна, и я не сразу понимаю в чём дело — только после того как устремляю взгляд в центр зала и вижу за одним из столов... Вову.
  
Глава 20.
 
***
Титов в белой рубашке и чёрных брюках. Сидит в профиль и не замечает ни меня, ни Жанну, ни Валю. Весёлый, расслабленный — даже завидую. Что-то увлечённо рассказывает компании мужчин. Те внимательно кивают, слушают. Затем взрываются громким хохотом и я в этот момент отворачиваюсь.
— Мы здесь полчаса торчим и всё это время Жанна глаз отвести от Вовы не может, — жалуется Валюша. – Скажи хоть ты ей что-то, Майя!
Судя по Ромашиной, расстёгивающей верхние пуговицы на рубашке, всё именно так и есть. И вряд ли любые мои слова будут иметь хоть какой-то эффект.
— Хочу, чтобы он меня наконец-то заметил, — раздосадовано поясняет Жанна.
— Только умоляю – никуда прыгать не нужно, — прошу шутливо. – Кстати, как твоя нога? Уже лучше?
К столу подходит официант, вручает нам меню. Я листаю страницы и вчитываюсь в слова, но буквы перед глазами то прыгают, то плывут. Невыносимо.
Подруги успели выпить по коктейлю и как следует расслабиться. Меня же потряхивает от странной необъяснимой тревоги, которая накатывает волнами и накрывает с головой, поэтому я заказываю сразу две «Сангрии» с фруктами и мятой, чтобы наверняка получить свою дозу для релаксации.
— Нога не беспокоит. И важно, чтобы Титов как можно скорее узнал об этом, — отвечает Жанна. – Девочки, в субботу у нас почти получилось сблизиться. Если бы не травма и дурацкий совет врача о полном физическом покое – мы бы точно переспали.
Валюша осторожно делится личными наблюдениями о мужчинах и просит Ромашину немного сбавить обороты.
— Милая, если бы Вова действительно тебя хотел – его бы мало что остановило. Даже твоя травмированная нога.
— Вова другой! – яро доказывает Жанна. – Добрый, воспитанный и чересчур ответственный мужчина! И он не смог проигнорировать рекомендации врача – даже в гости решил не подниматься, чтобы удержаться от соблазна. Такое тоже бывает, Валь. Представь себе.
 
— А потом? – тихо переспрашивает Чернова. – Почему он не позвонил тебе на неделе? Почему не приехал в гости в другой день?
Я опускаю глаза в тарелку и чувствую сковывающее тело неловкость. В ту злополучную субботу всё происходило как я и думала – Вова отказал Жанне несмотря на настойчивость, но не потому что сильно волновался о здоровье девушки, а потому что нашёл другое развлечение на вечер – групповой секс с другом и его женой.
Вспоминаю это и будто с разбега в кипящий вулкан ныряю.
По позвоночнику катятся капли пота, а температура тела поднимается выше на несколько градусов.
Титов бы здорово облегчил всем задачу, если бы сделал другой выбор. Во всяком случае мне не пришлось бы сейчас краснеть в обществе подруг и чувствовать вину перед Жанной.
Обхватив губами трубочку, я втягиваю в себя кисло-сладкий алкогольный коктейль и позирую для общей фотографии с трудом выдавливая из себя улыбку.
После продолжающихся разговоров на одну и ту же тему у меня кусок в горло не лезет. Я почти не закусываю и много пью. Слушаю восхищения Ромашиной, советы Черновой. Стараюсь лишний раз не поворачивать голову влево, где сидит Титов. И как можно больше помалкиваю, чтобы никоим образом себя не выдать.
— Давайте спустимся на танцпол? – предлагает Жанна спустя два выпитых коктейля.
Алкоголь теплым горячим течением распространяется под кожей и приятно кружит голову. Я чувствую себя лёгкой и невесомой — хочется парить. Похоже, это именно та стадия, когда нужно идти танцевать.
Согласившись на предложение подруги, я вешаю на плечо сумочку на тонкой цепочке и поправляю смятую юбку. Понятия не имею, что имел в виду Ян, когда утверждал, что всё останется прежним, но я попросту ему не верю. Вова не точно такой же друг как и раньше. В наших с ним отношениях всё изменилось. И мой организм предательски реагирует на то, что мы с Титовым находимся пусть и не в общей компании, но на одной территории – пульс то и дело срывается и частит, а щёки ярко пылают с самого начала вечера, когда я только обратила внимание на центральный стол.
На первом этаже музыка звучит куда громче, чем на втором. Она настойчиво давит на барабанные перепонки и усиленно качает кровь. Несмотря на это мне от души хочется веселиться, развлекаться и танцевать. Возможно, для того, чтобы забыться и хотя бы на один вечер включить защитную реакцию от мучающих меня переживаний. К тому же ночной клуб – отличное место поверить в себя и понять насколько я буду интересна мужчинам после развода.
С первого танца и плавного покачивания бёдер я понимаю наверняка – на одном Каминском свет клином не сошёлся. У барной стойки мне задорно подмигивает симпатичный парень в клетчатой рубашке, а один из футболистов уже во второй раз предлагает присоединиться к ним за стол. И пусть никто из них не вызывает у меня ни интереса, ни симпатии – это неважно. Я обязательно излечусь, переболею, а потом и выработаю иммунитет от сложной любви к Яну Каминскому.
— О! Девочки-девочки! Он смотрит! – громко восклицает Жанна и хватает меня за запястье.
Я прекращаю танцевать и застываю посреди площадки. Поднимаю взгляд на балкон второго этажа и чувствую, как резко спирает дыхание, словно в грудную клетку со всего размаху зарядили огромный баскетбольный мяч.
— Стоило искусно повилять задницей – как Титов меня заметил, — продолжает радоваться Ромашина. – Ну всё – теперь он точно мой.
Я то опускаю глаза, то отвожу их в сторону. Нервно поправляю сумочку на плече, перетаптываюсь с ноги на ногу. Позже и вовсе перестаю слышать музыку — вместо этого в голове набатом звучат последние слова Вовы после которых мне удалось ярко кончить. Отличный друг. Лучше не придумаешь.