За Пророчицу и веру

С приставшей с легким толчком к берегу, где уже ждали старшие командиры, галеры опустили сходни. Конечно, я ж не кто-нибудь, мне невместно прыгать. Спускаться должен солидно, не торопясь. Только вот неугомонный Бабнуда внезапно вскочил и, оттолкнув охранника, кинулся бегом к трапу. Никто настолько не ожидал такой выходки, что и остановить не пытались. А он, похоже, всерьез принял мое обещание и попытался смыться. Одна беда, так торопился, что на втором шаге запнулся и полетел за борт прямо в набежавшую волну. Если учесть отсутствие глубины, то мог бы максимум ушибиться. Однако когда его подняли, оказался мертв.
– Разведка обнаружила противника, – сообщила довольно Малха, равнодушно скользнув взглядом по покойнику. Сколько она их видела в жизни. – Собственно, двое перебежчиков сами пришли, оставалось лишь проверить сведения.
– И?
– Больше сотни больших речных судов, многие вооружены тяжелыми орудиями. Около двадцати тысяч пехоты при сорока пушках. Полевых не больше дюжины. Кавалерии свыше двенадцати тысяч. Аравийской пехоты почти восемь. Плюс какое-то количество вооруженных слуг и обозников. От сорока до пятидесяти тысяч, не считая сидящих на кораблях.
– Врут! – заявляю с полной уверенностью вопреки очевидному. Просто вокруг много народа, и мои слова непременно разнесут очень скоро. – А если и есть там тысяч тридцать пять, то когда мы не били вдвое превосходящих врагов? – повысил голос. – Любой правоверный стоит трех, а легионер десятка неумех, не имеющих понятия о строе и дисциплине!
Это встретили одобрительным гулом. Кстати, не настолько уж и преувеличение. Мы ж побеждаем не за счет личной храбрости, а благодаря массированному применению огнестрельного оружия и точному выполнению приказов. Десять не десять, а не было еще случая, чтоб легионы не разбили превосходящего по численности противника. Вот если б они эдакой толпой засели в Александрии, были б большие проблемы. А Мемфис практически лишен стен и не способен длительное время прокормить армию. Он давно пришел в упадок, лишившись статуса столицы.
– Вместе мы непобедимы!
– За Пророчицу и веру! – дружно взревело окружение.
Потом пришлось долго бегать, готовя лагерь. Возводили ограду, рыли траншеи, и лично указывал, где ставить пушки. Важно было показать непременным соглядатаям – о наступлении не помышляем, отсидеться бы, когда такая силища надвигается.
– Целий, – говорю, когда удалился в свой шатер, а он привычно занял место у входа. – Ты зачем епископа убил?
Видеть я ничего не видел, как и все остальные, благо больше на корабле не было людей с этими способностями. Нет смысла за собой таскать толпу. Бастора оставил Мире. Маврос сопровождает Малху. Других друидов-лекарей такого уровня нет. Остальные вместе с жрицами в Ордене Милосердия при армии.
– Он тебе мешал, – после тяжкой паузы сказал тот. – Он плохой.
Мальчику уже пятнадцать, по всем законам взрослый, но с головой у него не все в порядке. Общаться с окружающими практически не способен. Зато лечит замечательно, причем сумел достичь высокого уровня в кратчайший срок, получив наставника. Уже год рядом. Меня после парочки натуральных юродов вроде дедули-предсказателя погоды уже ничем не удивить. Это не умственная отсталость, а какая-то форма аутизма. Дома его держали за придурка, коз пас. Но у меня с этим делом на Сицилии все хорошо поставлено. Любой слушок на тему колдовства проверяется. Причем это не так просто. Люди не то что верят в магию и видят ее повсюду, они точно знают – колдовство существует. Есть друиды, жрицы, и многие с этим убеждались воочию. Поэтому очень распространено приносить табличку с пожеланиями в дар богам. Видимо, чтоб те не перепутали, от кого просьба.
Обворованный, к примеру, обрушивает удары молотка на какой-то предмет, представляя, что это глаз вора, с криком: «И да получит вор в глаз с той же силою, с какой я его молочу, дабы гноем вытек глаз его!» Магия в этом мире везде. Начиная со стука по дереву, чтоб не сглазить удачу. Это вовсе не глупость, а обращение к богу Пану. Я уж молчу про заклинания в кузнице. Не имея часов, трудно определить, сколько держать железо в огне. Однако именно «заговор» позволяет четко определить время в пламени горна. И если следовать науке, именно соблюдение этого условия позволяло клинку набрать оптимальное количество углерода, дающего нужное качество. Но кто об этом знает сегодня, а главное, сумеет доказать? Вывод? Только правильное колдовство дает результат. Не с той скоростью прочитал заклинание или ошибся, выйдет паршивая сабля. И попробуй скажи, что кузнец не обладает магией!
А одна особа попросила для обидчика лихорадку, а затем, чтоб покусал пес, причем он обязан вцепиться для начала в то, что у мужчины между ног. Пришлось пару раз высказать свое отношение к этим глупостям публично. На правоверного проклятия идолопоклонников не действуют, провозгласил. Кто желает, может лично меня проклясть, и ничего ему за это не будет. Но если после этого опыта кто-то станет продолжать подобную практику, будет бит плетьми и выставлен у позорного столба. Совсем не прекратилось, и точно известно про десяток попыток навести на меня порчу. Наверное, они сильно разочаровались результатом. Зато Чистые усвоили урок и не боятся.
Проблема в том, что я не боюсь проклятий обычных людей, а Целий реально может отправить человека на тот свет таким образом. И еще кое-кто из состоящих в Ордене Милосердия. Потому и от жриц держусь по возможности в стороне. Все ж им человека видеть нужно или коснуться. Если уж лечишь магией, почему не убивать ею же? Ничуть не сложнее. Правда, прежде таких фокусов он не показывал. Точнее, однажды все ж совершил, убив парочку волков, на чем и засекли мои люди. Ласки и доброго отношения мальчишка сроду не видел и как не начал убивать еще в детстве, уму непостижимо. Возможно, считал такое отношение нормальным. Все ж не только ему прилетало, но и соседским детям. Крестьяне люди не особо разговорчивые и учат на практике. В том числе и кулаком. А я ему дал все. От учебы полезному делу, а он очень хорошо понял смысл помощи людям как доброго дела в угоду богу, до нормального обращения с ним впервые в жизни. И получил преданного, как собака, мага. Первый раз за все время он нечто сделал по собственной инициативе. И это не слишком хорошо. Мало ли что ему завтра покажется.
– Я тебя очень прошу, никогда и никого не убивай, прежде не спросив меня. Лечить сколько угодно, а укорачивать жизнь людям не надо. Я иногда сержусь, но это не означает, что желаю тому или иному смерти. Не все ошибки должны наказываться так серьезно. Мы, марьямийя, верим в Творца Милосердного. Будет нехорошо, если Он накажет меня за этот грех.
– Почему тебя? – не сразу спросил Целий. Вечно он с задержкой отвечает. Но не идиот. Все соображает.
– Ты ж сделал ради меня? Получается, вина на мне.
– Я понял, – сказал он после очередной паузы.
– Вот и хорошо, – говорю удовлетворенно.
Во всех смыслах. Надеюсь, одной проблемой меньше. Точнее, двумя. Причем все видели, епископ сам грохнулся. Я тут ни при чем. Видать, Всевышний рассердился на его трусливое поведение и оборвал нить жизни. Да здравствует очередная легенда!