Дни, когда я плакала

Когда раздается звонок на седьмой урок, я бросаю последний взгляд на деревья вокруг, а потом встаю.
 
Глава 6 
 Если бы я могла изменить что-то одно в сегодняшнем дне
Урок истории у меня общий с Дестани, Мэттом и, конечно же, Картером. Это просто готовый рецепт для катастрофы. Я иду в туалет, достаю салфетку для снятия макияжа и смываю с лица растекшиеся краски. Я выгляжу как обычно. Я выгляжу не в духе.
Когда я вхожу в кабинет, Оден уже сидит на своем месте, но стул Картера пустует. Потом я встречаюсь взглядом с Дестани. Она выглядит растерянной. Наверняка задается вопросом, связано ли как-то это дело с Колумбийским университетом с моим поведением в последнее время. И испытывает облегчение, что в нашей ситуации я уже не сама невинность.
Прежде чем я успеваю сесть, меня останавливает мистер Грин.
– У тебя всё в порядке, Куинн? – Его лицо кажется обеспокоенным.
Я опускаю глаза, потом смотрю на него.
– Да, всё отлично! – Погодите-ка, он тоже в курсе про Колумбийский университет?
– Ты выглядишь так, будто только что плакала, – тихо произносит он.
О слава богу! Он близкий друг моих родителей, они у него буквально на быстром наборе.
– Да просто ПМС, – заверяю его я.
Он прищуривает глаза, явно не убежденный моим ответом.
– У меня всё отлично, – киваю я, занимая свое место под взглядами, вперившимися мне в спину, и пытаясь сохранить контроль над своим потоотделением. Не проходит и двух секунд, как за парту рядом с моей кто-то садится, но я сразу же понимаю, что это не Картер.
Я поворачиваюсь и вижу голубые глаза Мэтта.
– Куиннли, – говорит он, – где ты была весь день?
Он меня искал?
– Пряталась.
– Ты в порядке?
Благодаря его присутствию рядом со мной и тому факту, что он всё еще разговаривает со мной после ситуации с Колумбийским университетом, я чувствую себя лучше. Я киваю, прикусывая нижнюю губу.
Он изучает меня, словно пытаясь понять, почему я солгала и о чем еще я могла соврать.
– Когда ты собиралась мне рассказать? – Он хмурится и щиплет меня за щеку.
Я улыбаюсь.
– Никогда.
Кто-то прочищает горло позади нас. Картер таращится на пальцы Мэтта у меня на щеке. Он, кажется, слегка не в духе, но не так, как я.
– О прости, Картер! – Мэтт убирает руку от моего лица и поспешно поднимается, не сводя с меня глаз. – Встретимся на базе сегодня?
– Ага, – отвечаю я с благодарностью. Он мой единственный товарищ в этой богом забытой школе.
Картер садится рядом, но не смотрит на меня.
– Сразу после звонка будет тестирование, – говорит мистер Грин.
У меня замирает сердце. Прошлым вечером я ничего не учила. Я была слишком погружена в панику по поводу того, не оказался ли мой дневник у Картера. Я открываю тетрадь и пытаюсь впихнуть себе в голову каждое слово, но чувствую, как информация сыпется сквозь мой мозг подобно песку. Потом раздается звонок.
– Эй, у тебя всё хорошо? – Картер смотрит на меня, сдвинув брови, словно ему и вправду не наплевать.
– Какое тебе дело? Я ведь отстаю по всем предметам, верно? Одной двойкой меньше, одной больше… – Но мой средний балл по этому предмету – самый высокий из всех, что у меня есть, хотя даже он не так уж и высок. Сейчас мне это очень некстати.
Мистер Грин раздает тесты и ставит таймер. Когда я смотрю на задание, меня охватывает страх. Я не знаю ничего! Три минуты пролетают как одна секунда, и когда звучит сигнал, у меня остается три неотвеченных вопроса, а это минус автоматом семьдесят баллов, да и то, если среди остальных семи не будет неправильных.
Я никогда не получала меньше «отлично» за подобные быстрые тесты. Просто удивительно, как Картеру удалось войти в мою жизнь и тут же всё разрушить меньше чем за двадцать четыре часа.
Собрав тесты, мистер Грин проверяет задание, выданное вчера, и раздает новое на сегодня.
– Здесь список фильмов о Джоне Кеннеди с коротким изложением сюжета по каждому. В конце урока я напишу номера, и каждая группа выберет три диска, чтобы взять домой и посмотреть на выходных.
– Мистер Грин, а что будет, если мы испортим ваш диск? – спрашивает кто-то с задней парты.
– Если сломаете, купите новый.
– Мистер Грин, а если нам не на чем смотреть диск, потому что это устаревшая технологическая форма?
Весь класс смеется, включая мистера Грина.
– Майки, я уверен, что хоть у кого-нибудь в вашей группе да найдется подходящий проигрыватель.
Майки тяжко вздыхает.
– Я не уверен, что это верное утверждение.
– Ладно! Больше никаких вопросов. Приступайте к работе.
Я сразу же перевожу взгляд на Одена и говорю:
– Я хочу быть Кеннеди, но думаю, – я указываю на Картера, – что он должен сыграть Освальда.
Картер фыркает.
– Серьезно, Куинн?
– Какую конспиративную группу мы используем в нашей постановке? – спрашиваю я Одена и только Одена.
– Думаю, это было ЦРУ.
– Правда? Я думаю, это была Куба.
Картер говорит:
– Я думаю, это был Джонсон.
– Значит, выбираем между Кубой или ЦРУ, – говорю я, снова его игнорируя.
Картер поворачивается и вперивает в меня взгляд.
– Будет проще найти доказательства теории Джонсона.
– Это и правда так, – говорит Оден.
Я откидываюсь на спинку стула, скрещивая руки на груди.
– Я не согласна.
– Реально, Куинн? Или ты всё еще злишься из-за своего дневника?
– Я в бешенстве из-за своего дневника. И я думаю, что это ты ошибаешься.
– Ты не обрушишь мой средний балл из-за такой глупой фигни.
– Я обрушу твой средний балл? – я поворачиваюсь к нему. – Каждый раз, когда я вижу тебя, ты сидишь на уроке с опущенной головой.
– Ой, да ладно тебе, мисс Колумбийский университет, – он ухмыляется, и я прищуриваю глаза. – Просто прекрати. Я не собираюсь терпеть всё это целый месяц.
– Ну так смени группу, – говорю я.
– Я уже пытался. Мистер Грин не разрешает меняться.
Я закрываю рот. Он уже спросил об этом?
– Ребята, – говорит Оден, – у вас всё в порядке?
Мы его игнорируем.
– Это мне нужно сменить группу, потому что мне приходится работать с человеком, который рушит мою жизнь.
Картер шумно выдыхает через нос.