Герой моих грез и кошмаров

–Его опоили из бокала-артефакта и сейчас пытаются женить!
–Да ладно!– радостно заржал кучер и щелчком пальца сдвинул шляпу назад.– Ну, лорденыш и влип! Зато его матушка будет рада хоть такой невестке!
Хриплый смех напоминал треск стекла, по которому прошлись в сапогах с железной набойкой. Неприятный, жуткий смех, как и тип, который его издавал.
–Вы собираетесь помогать своему господину?
–А ему нужна помощь?– продолжал издеваться кучер.
Огромные желтые глаза, белая кожа и волосы. А зубы!.. Заостренные, как у хищника. Не человек. Точнее, не совсем человек?..
Плоды союза человека с представителем другой расы встречались нечасто, ведь нелюди редко заглядывали в наш мир. Смески обладали невероятной силой и странной моралью. И где только Аламейский раздобыл подобного индивида? Кажется, сегодня он за это расплатится – в отличие от нормального кучера, этот помогать не собирался.
–Простите, что побеспокоила,– едко произнесла я. Очень хотелось запустить туфлями в гада.
А собственно, почему я отказываю себе в удовольствии?..
–Вы трус?
Первая туфля полетела в кучера и угодила точно в лоб.
–Или предатель?
Вторую туфлю кучер отбил и по-звериному зарычал.
Жуткий рык сквозь оскаленные зубы придал мне ускорения. Страшно! И в то же время хотелось смеяться: укучера был такой удивленный вид! Видать, никогда не получал по голове дамской туфелькой?
Нет, больше рисковать и дразнить я не буду. Понятие чести у нелюдей отличается от человеческого. За некоторые глупые, но в целом безобидные поступки они могли покарать смертью.
Ничего, как-нибудь сама вытащу Аламейского из передряги.
Я побежала обратно к дому. Повезло, что неплохо знала его планировку.
Одной рукой держась за выкинутую из окна штору, я залезла обратно в библиотеку.
В коридоре никто не встретился, и без препятствий я добралась до кабинета хозяина дома.
Комната закрыта изнутри. Для меня это не проблема: когда Оливер в шесть лет случайно закрылся в спальне, гостивший у нас Людвиг показал заклинание, взламывающее замки. Он не имел права выдавать секреты военных, но для семьи брата сделал исключение.
Приставив ладонь к замочной скважине, шепнула отпирающее заклинание.
И снова я вовремя.
Бледная Хлоя торопливо раздевалась, если так можно назвать кромсанье одежды ножом для разрезания корреспонденции.
Лорд Аламейский лежал на диване и не подавал признаков жизни. Если он в отключке, то как Хлоя должна лишиться невинности?! Как целителю, даже интересно было бы на это взглянуть, но… не в этот раз точно.
Покончив с шелковым нижним бельем, голая девица нерешительно приблизилась к спящему. Миловидное лицо исказилось от нахлынувших эмоций, когда она взялась за ремень лорда.
–Не смей, отойди от него!
Хлоя уронила нож и торопливо завернулась в покрывало, схватив его с дивана.
–Госпожа Рутшер…– На меня смотрели огромными, словно чайные блюдца, глазами.
Тоска, растерянность и стыд – вот что я увидела в девичьем взгляде, прежде чем все перекрыла решимость.
Подняв с пола нож, Хлоя прошипела:
–Уйдите, госпожа Рутшер, иначе я его убью!
–Убьешь беззащитного человека?
–Да! Он угроза для моей семьи!
Я не боялась, что девушка убьет чародея,– смелости не хватит и знаний, куда бить, чтобы наверняка. Чародеи ведь живучее кошек, их еще попробуй прикончить. Да и не явился Аламейский к предполагаемым преступникам без защиты. Если есть артефакт, определяющий ложь, значит, есть и другие. Если их, разумеется, с него не сняли, воспользовавшись беспамятством.
Ну а если чародей все-таки глуп и Хлоя его чуть порежет, я подлечу. И даже шрам потом уберу, хоть внешность Аламейского уже ничем не испортить.
–А как ты его будешь убивать, Хлоя?– коварно поинтересовалась я и, обмирая от ужаса, принялась вдохновенно размышлять:– Грудную клетку таким ножичком не пробить, по горлу ударишь – в фонтане крови искупаешься. Горячая кровь на полуобнаженное тело? Хм, не очень приятные ощущения, если ты не вампир… О, а ткни-ка ты его в глаз! Прямо в мозг попадешь…
–Хватит!.. Хватит ваших дурацких советов!
Хлоя зарыдала, нож выпал из рук.
–Думаете, я хотела тут быть? Мне теперь конец…
–Ты преувеличиваешь. Все-таки они твои родители.
Несостоявшаяся соблазнительница и убийца взглянула на меня исподлобья.
–Если отца посадят, мы потерям состояние и положение в обществе. Простит ли мне позор мать?.. Если сейчас не прибьет, то житья не даст точно…
Госпожа Грэхем слыла несдержанной, что и неудивительно для воздушницы. Поговаривали, в гневе она как-то швырнула заклинанием провинившуюся служанку в стену. Беднягу едва спасли, а случившееся замяли, подкупив свидетелей.
–Поверь, ты будешь жалеть до конца жизни, если сделаешь то, что велят родители.
Хлоя колебалась.
Вздохнув, я предложила:
–Помоги вытащить инспектора из дома и можешь переждать грозу у меня.
Мои слова помогли сделать выбор.
–Спасибо, госпожа Рутшер! Я всегда знала, что вы самая добрая в этом городе.
Угу, скорее глупая, раз ввязываюсь в еще одни неприятности.
Хлоя повеселела и, надежнее завернувшись в покрывало, спросила:
–Как мы будем тащить инспектора? Он скоро начнет просыпаться.
Мой мечущийся по кабинету взгляд зацепился за шторы. Не из бархата, как в библиотеке, но тоже из крепкой ткани. А почему бы и нет?..
–Ждать, пока инспектор проснется и сможет идти сам, нельзя.
–Это точно!– с откровенным страхом рассматривая чародея, согласилась Хлоя.– Нам лучше быть подальше, когда он очнется.
Сдернув синюю штору с карниза и расстелив возле дивана, я подошла к спящему.
–Тебе точно лучше быть подальше – он ведь сразу раскусит план градоначальника, когда увидит тебя в таком виде.
Хлоя густо покраснела.
Несколько секунд я примеривалась к чародею, решая, как лучше его переместить на штору, наши импровизированные носилки.
–Чего вы ждете? Столкните его!– посоветовала бессердечная девчонка.
В своей неудобной хламиде из покрывала она нерешительно топталась на месте, и я в одиночку скатила инспектора на пол.
Честное слово, я старалась его придержать, но худощавый чародей оказался слишком тяжелым. Утратив равновесие, я еще и упала на него сверху.
Упала и окаменела. Кажется, он начал просыпаться… но пока не весь.