Благословение Луны

- Все люди, которых человеческий лидер направил помогать нам, принесли клятву на крови о том, что сохранят всю информацию в тайне.
- Что с теми представителями Тхалар, которых не окажется на линии фронта?
- Возьмём под стражу и подождём, пока их род не угаснет, отрезанный от источника силы. Без подпитки это произойдёт довольно быстро.
- Что, если кто-то попытается поднять восстание?
- Для этого нам и нужен Императорский отряд. Эти люди не владеют магией, а значит их силу забрать невозможно. Технологии пришельцев победят в этой войне.
Правящие молчали, обдумывая услышанное, пока, наконец, лорд Аэлрад не спросил:
- Арихар, ты уверен, что стоит это делать?
- Если вы против – можем всё отменить, но я думал, мы все этого хотим.
- Хотим, - подтвердил Сильяэр, - но как-то это… слишком жестоко.
- Иначе нельзя, сами знаете, и… другого шанса у нас не будет.
   
Глава 9 
  
Амаэль Кетро
С раннего утра Амаэль терзала необъяснимая тревога, словно должно случиться что-то плохое. Предчувствия оправдались ближе к вечеру, когда в комнату пришёл Рэмир и сообщил, что начинается финальный этап строительства стены, а значит сражения участятся и станут более ожесточёнными. Демоны стихии не собирались сдаваться без боя.
- Я не смогу возвращаться во дворец некоторое время.
- Хорошо, - произнесла этернийка упавшим голосом. Игнорировать Благословение становилось всё сложнее, ей постоянно хотелось быть рядом с Рэмиром, как бы она не пыталась убедить себя в обратном.
- Может быть, мне стоит отправиться туда же? Ведь я теперь могу лечить тебя… вас, - смутившись собственной наглости, быстро исправилась девушка.
- Нет, - твёрдо ответил Тхалар. – Там действительно опасно, даже целители гибнут. Получая травмы, я просто ухожу регенерировать, да и случается это редко. Моя главная задача – служить проводником силы.
- Просто будьте осторожны, ваше величество, - тихо произнесла Амаэль.
- Буду, - улыбнулся Император, поцеловал невесте руку и развернулся, чтобы уйти.
- Подожди! – крикнула она и уже сама не понимая, что делает, бросилась к этерну, обхватила руками за шею и прижалась к губам.
Поцелуй оказался ошеломительным. Рэмир целовал её так, словно хотел наложить печать, подтвердить право собственности. Амаэль растворялась в объятиях, теряла ощущение собственных границ, словно сливаясь в единое целое с мужчиной, предназначенным ей богами.
- Пожалуйста, отпусти меня, - выдохнул Тхалар, внезапно разрывая поцелуй. – Иначе я обо всём забуду и не смогу уйти.
Амаэль вспыхнула от смущения, разомкнула объятие и спрятала руки за спиной. Рэмир стремительно покинул комнату, мелькнув смазанным пятном.
* * *
После ухода Императора чувство тревоги не отпустило. Оно нарастало, становясь невыносимым. На ужине Амаэль не смогла проглотить ни кусочка, в комнате она не находила себе места. Наконец, посреди ночи раздался тихий стук в окно, за которым обнаружился лорд Кетро.
Этернийка на мгновение застыла на месте, но затем бросилась открывать отцу.
- Я пришёл за тобой Амаэль. Собирайся, мы уходим.
- Уходим? - Глухо переспросила она, не веря собственным ушам. – Как это?
- Я же обещал, что заберу тебя. Император будет отсутствовать, как минимум, неделю, за это время нам нужно многое успеть, добраться до герцогства Кетро и…
Арихар прервался, внимательно разглядывая дочь.
- Ты не смогла устоять, верно?
- Отец, прости меня. Кажется, я полюбила Рэмира.
Кетро махнул рукой и успел подхватить дочь на руки, прежде чем она рухнула на пол, лишённая сознания.
- Отступать уже поздно, - сквозь зубы проговорил Правящий.
* * *
Когда Амаэль пришла в себя, вокруг всё ещё царила ночь, но она находилась в другом конце Гехарии – герцогстве Кетро. Под спиной этернийка ощущала твёрдую поверхность скамьи, над головой – огромную иву, в серебристых ветвях которой гулял ветер. Древо Уз. Место, где этерны просили Благословения Исилторе, которое богиня даровала крайне редко.
- Лорд Кетро, я не могу этого сделать, - услышала Амаэль и, приподнявшись на локтях, увидела служителя Исилторе – жреца, проводившего ритуальные браки.
- Это ещё почему? – с угрозой в голосе спросил Арихар.
- Ритуал разъединения должен проводиться лишь в исключительных случаях и по взаимному согласию Предназначенных.
- Ты сделаешь это, - холодно произнёс лорд.
- Простите, но не нет.
Лорд Кетро лишь сузил глаза, а жрец схватился за горло, начав задыхаться, упал на колени.
- Дышать трудно? – заботливым тоном осведомился лорд. – Может ещё и сердечко прихватить, руки-ноги отнимутся. Я всё могу, чего ты боишься больше?
Жрец сделал глубокий судорожный вдох и постарался выровнять дыхание.
- Так что? Повторим процедуру или сделаешь, что я прошу?
- Сделаю, - хрипло ответил жрец, тяжело поднимаясь с колен. – Только должен предупредить вас. Нарушение воли богини всегда несёт за собой последствия. В священных свитках сказано «Презревший волю мою - да узнает гнев высшего порядка, разорвавший узы мои - да ответит за содеянное, любая сила в мире подо мною - да обретёт врага на порядок сильнее…»
- Да-да, тексты священных свитков я знаю наизусть, - отмахнулся лорд. – У нас нет другого выбора, мы должны свергнуть деспотическую власть Тхалар. Придётся чем-то пожертвовать.
- Я приготовлю всё необходимое, - ответил жрец и скрылся в небольшой часовне неподалёку от Древа Уз.
- Очнулась? Прекрасно. Поднимайся, девочка моя, - Арихар приблизился к дочери и подал руку, помогая встать. – Через несколько минут ты будешь свободна.
Отец подвёл Амаэль к алтарю. Она смотрела перед собой невидящим взглядом, ощущая, как в внутри разрастается чёрная всепоглощающая пустота, уничтожая все чувства, эмоции, оставляя на месте души лишь пепелище.
- Отец, - прошептала она, превозмогая себя. – Прошу, не нужно этого делать?
- Не говори глупостей, Амаэль, - раздражённо отмахнулся Арихар. – Не бойся, с тобой будет всё в порядке после ритуала разъединения.
- Я не о себе беспокоюсь, отец, - прошептала она слабеющим голосом.
- Не о себе? Неужели жрец напугал тебя мифическим наказанием богов?
- Нет, отец… Я люблю Рэмира.
- Это всего лишь действие благословения. После ритуала всё пройдёт.
- Но я не хочу, чтобы всё проходило! – Амаэль сама не знала, откуда взялись силы на крик, но она действительно прокричала последнюю фразу. Отец внимательно взглянул ей в глаза.