Ведьма на службе

– Ты в порядке? – спросил он.
– Да нормально...
– Я следователь. Капитан Морозов Дмитрий Павлович. Вам нужно будет ответить на мои вопросы, Ада Андреевна.
Я покивала, оглядываясь. То место, на которое я указала, было разрыто. Неупокои стояли и глядели в яму. Я вскочила, пошатнулась. Поразилась отсутствию энергии, которая из меня обычно била ключом особенно ночами и ранним утром. Подошла к ним. И поднесла руку ко рту, когда увидела разлагающиеся тела. Неупокои выглядели куда лучше чем то, что лежало под землей.
– Тихо-тихо, – сказал кто-то рядом, отводя меня обратно к пню. Вокруг суетились люди. Кто-то откапывал мертвецов, кто-то все фоткал, кто-то говорил друг с другом. – Ну что же ты, Ада?
Я покосилась на следователя. Теперь к жуткой усталости прибавилась тошнота.
– Давай начнем. Итак, тебя зовут Костенева Ада Андреевна? Дату рождения не назовешь?
– Двадцать первое сентября...
Подавила тошноту, и назвала еще и год. Следователь спрашивал, что я забыла вообще в лесу в такое время. Как узнала, где лежат тела. А как узнал о том, что я вижу духов, начал расспрашивать, что они говорили. Я честно передала всю информацию, которую узнала от Мишы и Алены. И еще какую-то ерунду. Я не запомнила и половины вопросов, которые он задавал, так как меня мучал озноб и головная боль.
– Возможно, тебя вызовут в отдел еще раз.
– Зачем?
– Тебе все скажут там. А сейчас можешь идти домой.
– Ну уж нет! – не согласилась я. – Сначала лесной дух сказал, что я все узнаю от полиции. Теперь вы говорите, что все узнаю в отделе! Так не пойдет!
Следователь смущенно почесал макушку.
– Понимаешь, я не имею права разглашать такую информацию...
– Какую такую?
«Информацию о твоей будущей судьбе», – подсказал лесной дух.
– Какой будущей судьбе?
«Потерпи, ведьма. И не ори. Все смотрят на тебя».
– И пусть смотрят!
Возмутившись до глубины души и надувательством лесного духа, и вредности полицейских, я встала с пня. Вновь покачнулась и, опираясь о деревья, принялась пробираться сквозь заросли.
– Проводите ее, – попросил следователь.
И за мной, судя по звукам, кто-то отправился. Я опять хотела возмутиться, но не получилось. Мои колени подогнулись и я упала. Не понимаю, что с моими мышцами? У меня не было сил даже подняться. Поэтому я лежала на сухих иголках лиственницы и боролась с желанием закрыть глаза и уснуть. Кто-то затеребил мое плечо. Перед глазами все плыло. Последний раз все так плавало до лазерной коррекции зрения... Судя по ощущениям, меня подняли на руки и потащили. Куда – не знаю... А вскоре я почувствовала мерзкий запах нашатырного спирта и очнулась. Меня окружали ментовские рожи. Очень обеспокоенные рожи! Вот уж не знала, что незнакомые люди будут так печься обо мне.
– Что с вами? – спросил кто-то.
– А мне откуда знать? – слабым голосом спросила я.
«Ведьма, ты что ж, никогда с духами и неупокоями не общалась?!» – раздался в голове глас лесного духа.
– Где ж мне с вами общаться... Третий глаз сегодня открылся.
«Ой-ой-ой... Что ж сразу не сказала! Неупокои твою энергию и выпили. Осторожней надо быть!»
Я нахмурилась от такого известия. Попыталась сквозь толпу увидеть неупокоев.
«Не смотри на них! Если смотришь на них, и они на тебя смотрят, значит, и энергию твою забирают. Они угробить тебя могут, ведьма. Неужели не учила тебя твоя семья? Я ж вижу, что ты родовая. Силища такая только у родовых есть.»
– Прапрабабка не вовремя умерла...
«А я думаю, как могла родовая такую корявую защиту поставить? Переделай ее, тебя любой потусторонний выпить может».
Мне опять попытались сунуть нашатырку. Видимо, думали, что я в бреду. Но я слабо оттолкнула вонючую ватку.
– Да в порядке я! С лесным духом общаюсь. Домой меня проводите. Мне срочно нужно поспать.
На этот раз до дома меня провожали двое. Как раз те, кого из полицейских я встретила первыми. Один взял меня под правую руку, второй под левую. Так и доковыляли. Хорошо, что дом мой рядом был. Плохо только, что этаж пятый, а лифт пятиэтажке не предполагался.
Я завозила ключом в замочной скважине. И вдруг дверь распахнулась. На пороге объявилась моя мама в своей любимой синей ночнушке из натуральных тканей.
– И где шлялась?! – с порога начала вопить она. – С ментами, ой, простите, с полицией ты еще у меня ни разу не возвращалась!
– В лесу я была...
Мама закатила глаза:
– Ну где же еще! По-другому и быть не могло. У других дети по притонам шатаются, по пивнушкам, а моя по лесу! И закладки у тебя бывают только книжные. Тьфу!
– Ты радуешься этому, или наоборот? Хочешь, чтобы я наркоманила?
– Нет конечно!
Она забрала меня у полиции, поулыбалась им и втащила меня в квартиру. Заперлась на замок, уперла руки в бока и прошипела:
– И во что ты вляпалась, доченька? Мало тебе увольнения, так еще и с полицией гуляешь!
– Мам, у меня третий глаз открылся...
Она округлила глаза. А я скинула кроссовки с ног и направилась в свою комнату. Кое-как скинула штаны, куртку и завалилась спать. Проспала до самого вечера. Мама успела на работу сходить и вернуться.
Я вышла из комнаты, потирая глаза. Мама кашеварила на кухне. Братик сидел за столом, пил чай и смотрел какие-то видео. Увидев меня, родительница ехидно улыбнулась:
– И кто это у нас проснулся? Выспалась?
Я хмуро кивнула, опускаясь на табуретку. Гоша покосился на меня с любопытством.
– Че пялишь? – задала я грубый вопрос.
– Мама сказала, у тебя третий глаз появился. И где? Неужто на задни…
– Гоша! – одернула его мама. – Ада, а ты давай, рассказывай, что с тобой приключилось. Я уже твоей бабушке позвонила, рассказала ей об этом событии.
– А она что?
– Расстроилась. Говорит, что рано тебе. В двадцать два ужасы всякие видеть.
– Да с чего вы взяли, что нужно заниматься магией только в старости?! Главное это осознанность. Я не виновата, что у большинства людей, в частности магически одаренных, она появляется только на пенсии! Именно осознанность важна в магии. Я понимаю, что я буду делать и для чего. А высшие силы будут меня вести. Я верю им! Верю своей интуиции, своей справедливости и честности. Почему вы не верите, что я смогу справиться со своей силой? Которая мне дана с рождения!
– Развопилась, – цыкнула мама. – Ладно, не серчай. Поняла я тебя. Рассказывай, что приключилось. А то телефон твой целый день разрывался, менты названивали, тебя к себе приглашали.