Заложница монстра
—Это когда это я тебя целовала?!— возмутилась. Даже смущение куда-то улетучилось. И я перестала прикрывать грудь руками. Уперлась ими о широкие плечи Матвея и посмотрела напряженно сверху вниз в темные глаза.— Ты сам начал ко мне приставать.
—А ты не возражала,— парировал Новак.— Так что? Ты не ответила на мое предложение.
И правда… Он же… Черт, и в самом деле сделал мне предложение? Он? Тот, кто изначально видел во мне всего лишь игрушку, вдруг решил сделать своей не только на словах, но и подтвердить это соответствующими документами?
—Ты же меня убьешь, если я откажу,— пролепетала еле слышно. В ушах зазвенело, а перед глазами закружили разноцветные круги. Нет, это уже слишком.
—Нет, просто притащу куда надо и сам все сделаю. От тебя даже согласие не понадобится.
—Что?!— быстро пришла я в себя.— Что значит «не понадобится»?!— Со злости стукнула его кулаками по плечам. Останавливать меня Новак не стал. Лежал и делал вид, что ничего странного не происходит.— А какого тогда ты предложение делаешь, если легко можешь все сделать один? Тогда и спи сам с собой, деспот.
Попыталась слезть с Матвея, но он ловко обхватил меня руками за талию, прижимая к себе. И я снова замерла. Потому как, судя по всему, и эта наша перепалка пробудила в нем желание.
—Нет, Матвей,— медленно покачав головой, пробормотала,— и не вздумай даже.
—Ты не сможешь возразить,— самоуверенно предупредили меня.— И тебе снова все понравится. И возмущаться ты будешь только потому, что привыкла. А не потому, что на самом деле не хочешь со мной спать.
—В том-то и дело, что я хочу спать. А не ломать кровать.
Новак засмеялся и все-таки отпустил меня. И, чтобы снова его не провоцировать, я быстро соскочила с кровати и помчалась в ванную комнату. Хотелось помыться, освежиться и привести мысли в порядок. А для этого подойдет только контрастный душ. И то, не факт, что у меня получится не думать в этот момент о Матвее, который вытворял в постели такое, что возразить ему не было никаких сил. И так было с самого начала. Стоило ему только прикоснуться ко мне, как я сразу испытывала яркие эмоции. Сначала это была брезгливость. Потому что я терпеть не могла, когда ко мне прикасаются те, кого я ненавижу. Слишком быстро Новак умудрился пробудить во мне желание, от которого я все пыталась убежать, спрятаться и не думать о нем. Это казалось неестественным, странным. Но чем дальше, чем чаще мы находились рядом друг с другом, тем труднее мне было отказаться от Матвея. И ненавидеть его так же сильно, как в самом начале. Молчу уже о том, что происходило между нами, когда мы учились в школе. Дети часто совершают глупости. А обиды порой неоправданно глубоки. То, что тогда казалось ужасным, с возрастом может таковым уже не являться. И, наоборот, стать более острым, стоит лишь вспомнить о чем-то.
Мотнула головой, отгоняя от себя мысли, которые мешали сосредоточиться. Контрастный душ… Вот, что я сейчас хотела. Причем здесь воспоминания лохматой давности.
После того, как у меня все-таки получилось отключиться от реальности и сосредоточиться на приведении себя в порядок, я снова о кое-чем задумалась.
Согласиться на предложение Новака или нет? Что, если он решил столь жестоко надо мной подшутить? Он вполне мог поступить со мной настолько подло. С другой стороны, уж слишком мы привязались друг к другу. Он столько для меня сделал. Пусть и давал изначально понять, что покупает меня. Сейчас все изменилось. И он вообще не затрагивает эту тему. Помогает и старается, чтобы я меньше нервничала. Телефон мой, опять же, забрал…
Меня продолжали мучить сомнения. И в тот день я не смогла ответить Новаку. А он больше не спрашивал. Только через неделю, когда мы снова лежали в кровати, обнявшись, я напомнила ему о предложении, о котором он, кажется, забыл. На что мне сказали, что провалами в памяти не страдают. Тогда я и дала свое согласие. Потому что устала мучиться от сомнений. Лучше один раз рискнуть и посмотреть, что же будет дальше.
А дальше меня в который раз поцеловали так, что из головы разом улетучились все мысли. Тогда-то и последние сомнения развеялись, словно дым, не оставив после себя и следа. Значит, я все-таки приняла правильное решение.