"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

И закончил пророк строками из Притч:
 
 
Есть Бог, есть мир; они живут вовек
 
А жизнь людей мгновенна и убога,
 
Но всё в себя вмещает человек,
 
Который любит мир и верит в Бога.
 
 
(Н. Гумилёв)
 
Закончив пение, Йолур переглянулся с невысоким узкоглазым монашком, всё время державшимся в тени невдалеке от пророка и ушёл с ним в покои митрополита. Это было самое ценное приобретение, вынесенное Йолуром из тайного визита в Великий Монастырь: менталист высшей категории, которого пророк убедил в своей миссии и обратил в Единобожие.
— За одну неделю мы обратили сильную страну. Теперь настала пора распространять свет веры в Бога и в Истину и словом, и мечом, — устало проговорил Йолур-рассул, как его называли теперь.
— Отец мой! Я пойду с тобой до конца. Но нет у меня уверенности, что линии Судьбы ведут нас к победе.
— Так что, мне надо было ещё этих проклятых Богом предсказателей и звездочётов увести от унылых рабов? Если ты думаешь про них, то я понимаю, что наши иерархи так усердно проповедовали блаженство нищих духом и разумом, что мы отстали от рабов рабов чуть ли не на тысячелетие. Те хоть избранным давали возможность думать и творить, а эти ко всему новому относились как к ереси.
— Йолур-Рассул, да благословит тебя Господь и да приветствует! Дюжина рабов рабов упала на землю перед твоим домом и молит, чтобы ты хоть на минуту вышел к ним, — прервал беседу дежурный монах.
— Сейчас выйду, — ответил пророк, довольный, что имя "рабов рабов" уже прилипло к почитателям Победителей.
От имени лежавших на земле заблуждающихся заговорил их священник:
— Пророк, сегодня мы увидели свет истинной веры и высшего разума! Прими нас под свою духовную сень и назначь нам покаяние, дабы мы искупили грех поклонения недостойным.
— Им вы будете поклоняться ещё некоторое время, уговаривая их вразумить остальных заблуждающихся. Я принимаю вас под духовную сень и как покаяние назначаю вам рабское служение слугам Господа, пока хозяин не отпустит на волю. После этого вы будете считаться полноправными свободнорождёнными Верными.
Внимательно присмотревшись к священнику, Йолур сказал:
— А ты будешь моим личным рабом.
И бывшие свободные почитатели Победителей произнесли символ веры в рабском варианте.
Через неделю Йолур освободил священника, дал ему имя Джихар-Хаджи и сделал своим советником.
А царь Диритич не знал, радоваться или бежать быстрее из города. Его поставили руководителем громадного мятежа, и через день ему уже не останется выхода, кроме победы и позорной смерти.
* * *
Император Юга Кароль, Четырнадцатый этого имени, перелистывал страницы исторических хроник, уже второй месяц всё время лежавших в его личном кабинете. Эти пришельцы показали, насколько сильнее воинственный дух Северной Империи, чем Южной. Но ведь на стороне южан многовековые традиции и опыт дипломатии. История подтверждает, что сила и ярость всегда в конце концов уступали сладким речам, выгодной торговле, подкупу и искусно составленным договорам. Предлагать старку королевскую корону Кароль не стал, узнав из донесений путешественников, расспросов купцов и приходивших поторговать степняков, что Атар всё время утверждает: новое государство подчиняется лишь северному императору. Убийц подсылать уже поздно, — надо было делать это ещё в Лангиште, когда дошли первые вести с Агоратана, как теперь этот остров называют. Остаётся надеяться, что вызванные появлением этих чужаков волны не пройдут дальше Ссарацастра и Агаша, утихнув в бескрайних просторах Кампатара, отделяющих Благодать от побережья Пурпурного Моря. А заодно, может, это и к лучшему. С востока доходят вести о то ли пророке, то ли лжепророке. Император предпочёл не ссориться с новой силой, допустив наблюдателей от нового духовного лидера Единобожников в состав Южного Имперского Суда. Сколько он знал, Первосвященник скрипнул зубами, но стерпел, тем более что так же поступил и северный император. Главное, чтобы замятня развернулась вокруг Канрая и Агаша, чем дальше от Благодати, тем лучше.
 
Размышления прервал первый министр.
— Ваше величество, гвардия требует платы. А казна пуста. Должен был заплатить за титул короля хан Шильрунстии, но он тянет.
— Послать гвардию на него и заставить заплатить! — в сердцах закричал император, но тут же осознал всю абсурдность своего предложения. — Я пошутил. Пошлите ему пару красавиц из моего гарема вместе с Ауристом. Он у нас самый льстивый и сладкоязычный. А я отдаю наложниц Арои и Уллои. Они самые страстные, должны хану понравиться. Надеюсь, что степняк придёт в доброе расположение духа и заплатит причитающееся.
— А с гвардией что делать?
— Этот самый посланник то ли лжепророка, то ли пророка неоднократно намекал нам, что может две тысячи имперских золотых заплатить за разрешение открыть миссию. Возьми их в обмен на мой рескрипт с разрешением. Его подготовь сегодня же и деньги постарайся взять не позже чем завтра. А с выбором земельного участка тяни, сколько возможно. Не мне тебя учить, как волокитить дела.
Реально власть императора давно уже распространялась лишь на княжество Имашанг в Благодати. Даже соседние королевства Отлап и Шиналь были намного сильнее, и какие-то подношения от них бывали лишь при восшествии на престол нового монарха. Считалось, что намного почётнее, когда коронует сам император, за это можно и заплатить. В наших терминах, император играл в основном роль свадебного генерала на чужих пирах. А наглый царь Чиланшата вообще отказался от королевского титула, заявив, что эта побрякушка только унижает его. Теперь он демонстративно посылал свои средства лишь Имперскому Суду в собственные руки двух главных судей, чтобы не потерять представительства в этом важнейшем органе. На Юге Имперский Суд был намного слабее, чем на Севере, и поддерживали его в основном авторитет и средства Южного Великого Монастыря, хотя формально суд существовал при императоре. Даже право голоса при назначении нового Патриарха Императоры Юга давно уже продали Монастырю.
Словом,
 
 
Страстный отшельник,
 
Выйдя из пу́стынь своих,
 
Мир поджигает.
 
Все в ожиданьи…
 
Кто же потушит пожар?
 
 
  
Глава 4. Месяц тайфуна
 
Царь Атар ворочался с боку на бок. Он не мог спать уже третью ночь. Ехидные слова Ашинатогла, что люди Лиговайи не големы и расслабятся, когда прошло напряжение войны, не давали покоя.
Последние два дня посвятили большой охоте: непременному элементу развлечений и общения монархов.
В первый день была охота с гончими. Собаки старков показали себя прекрасно. Южане считали их нечистыми животными и относились к ним, как к зверям. А старки давно уже как к друзьям, и всячески развивали у них умения быть верными слугами. Для старков было самым обычным делом послать собаку искать хозяина за двадцать вёрст, — и ведь обычно находила! Точно так же хозяин мог послать собаку домой или к другому члену своей семьи, с которым она была связана. А уж тело хозяина, в случае несчастья или преступления, искал прежде всего его четвероногий друг. Достоинства всегда неотлучно сопровождают недостатки. Собаки входили с хозяевами в настолько крепкую эмоциональную и духовную связь, что передать их другим было почти невозможно. Смерть верного друга была тяжким духовным потрясением для хозяев. А собака, остававшаяся до самой смерти охранять могилу хозяина, была обычным явлением.