"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

— Да уберите же его! Он сдох, я говорю вам, сдох! А-а-а, уберите его!!!
Стражнику уже порядком надоели эти истошные вопли, от которых сотрясалась стена. Северянин вопил с таким ужасом, что в немудром мозгу кочевника непривычно завозились мысли — похоже, там правда померли. Позвать Юргила и сказать, что поротый подох?.. Нет, лучше зайти и посмотреть…
Он передвинул на живот автомат, отодвинул полог и вошёл внутрь, прихватив с собой факел.
Орущий мальчишка скорчился в углу — подальше от своего товарища — и молчал, только дрожал. А второй вытянулся лицом вниз, раскидав руки. Повёрнутое вбок лицо было неподвижным, только глаза стеклянно отражали зыбкий огонь факела.
Будь мальчишка здоровым, кочевник — при всём его невеликом уме — не поверил бы. Но он видел, как северянина били — и в смерти после этого не было ничего неестественного. Надо идти к Юргилу, нести ключи, расковывать труп… Но сначала всё-таки самому убедиться, что помер.
Не спуская ствола автомата с Хирста, кочевник подошёл и нагнулся над Олегом.
Олег набросил ему на шею петлю из цепи — и рванул, как раз в тот момент, когда кочевник больше всего подался вперёд и вниз. Стражник ухнул и зарылся носом. Олег уперся ногой ему в плечо и потянул изо всех сил; Хирст, загремев цепью, прыгнул на спину кочевника и резким рывком рук сломал ему шею. Тело содрогнулось и издало отвратительный звук.
— Готов, — сказал Хирст. — Ключей у него нет, попробуем так…
Он высвободил из-под тела автомат. Олегу сперва показалось, что это «калашников», но потом он различил, что оружие просто похоже — магазином и прикладом, и всё. Не как те винтовки, которые были у захвативших его в степи.
— Хочешь перебить выстрелом? — тяжело дыша, спросил Олег. Спину резало, но боль почти не ощущалась, её забивали азарт и вспыхнувшая надежда на свободу. Хирст промолчал, и Олег понял, что сказал глупость. Англианин просунул ствол до мушки в кольцо, приклёпанное к ошейнику Олега и начал крутить. Олег молча заколотил ногой по земле — ошейник врезался в кожу, но, когда боль стала невыносимой, кольцо отскочило со щелчком.
— Давай ты, — Олег ощутил в руках тяжесть автомата. С ошейником Хирста удалось справиться быстрее, и мальчишки нагнулись над трупом…
— Всего четыре магазина, — Хирст прямо на голое тело закрепил на бёдрах потрескавшийся ремень с подсумками. — О, пистоль.
Олег уже сдёрнул с крепления кобуру с длинные тяжёлым пистолетом, молча проверил его, посмотрел запасную обойму, ухмыльнулся, на миг нацепив кобуру на… как бы сказать помягче? Хирст подавился смешком и подал Олегу ещё две маленьких ручных гранаты, круглых и увесистых.
— Запасные, под кобуру повесь, — тоже прикололся он. Олег не сразу понял шутку, но потом с трудом удержал смех.
Мальчишки подошли ко входному пологу.
Тот откинулся им навстречу…
…Уже начавший входить кочевник выкатил глаза, но не растерялся и ловко отскочил, когда Хирст попытался его схватить. Впрочем, это не спасло любопытного — Олег выстрелил ему прямо в грудь с расстояния вытянутой руки, опалив халат. Кочевник попятился и тяжело упал на спину. Олег (не испытывавший ничего, кроме азарта) коршуном метнулся вперёд, за оружием, не обращая внимания на встревоженный вопль неподалёку — происходящее заметили, побег фактически сорвался. Когда Олег с оружием руке бросился (на четвереньках) обратно, отовсюду уже бежали кочевники.
Автомат оказался таким же, магазинов было четыре. Если на убитом ещё было что-то — искать было поздно.
— Ложись! — крикнул Хирст, и Олег рухнул на живот раньше, чем задумался. Это было хорошо — войлочные стены сразу с нескольких направлений разодрало ураганом огня. — Сорвалось! — крикнул он, и Олег кивнул. Он сейчас был спокоен, думал лишь о том, что погибнут они именно в бою… и ещё — что ребята, может, как-нибудь выберутся домой… — Держи вход, я здесь! — англианин рванул войлок, подпёр его какой-то палкой и залёг у импровизированной амбразуры. Олег перекатился ко входу, не обращая внимания на взорвавшуюся в спине боль, залёг. — Оставь два патрона в пистолете, слышишь?!
 
— Слышу! — отозвался Олег, целясь.
Кочевники ещё не очень поняли, что случилось. И, похоже, решили, что угрохали пленных наповал своей стрельбой. Во всяком случае — трое прямиком бежали ко входу, даже не пригибаясь, смешно переваливаясь на неприспособленных для бега ногах. Не поднимаясь, Олег зацепил кольцо одной из гранат о мушку, выдернул его и по дуге бросил гранату под ноги кочевникам — так, словно он сто раз это делал раньше.
Взрыв гранаты был совсем не таким, как в кино, когда люди взлетают в воздух, мотая руками и ногами, а пламя — как будто загорелся бензиновый бак. Коротко хлопнул выбиваемый пыльный мешок. Олег увидел, что один кочевник, воздев руки и шатаясь, бежит обратно, другой крутится на земле, забрызгивая её чем-то тёмным, третий — просто лежит неподвижно.
Тот, который бежал, упал тоже. Олег не смог отказать себе в удовольствии — тремя короткими очередями прошил шатёр Юргила. (Автомат упруго толкал в плечо, в ушах оставался какой-то звон.) Вряд ли в кого попал, но хоть душу отвёл… Мальчишка перекатился на другую сторону входа. Покосился — Хирст менял магазин.
— Они там пулемёт тащат, — пояснил англианин.
— Может, попробуем прорваться к лошадям? — внёс свою лепту в обсуждение Олег. Пули продолжали вырывать клочья из шатра в разных местах.
— Можно! — крикнул Хирст, перекатываясь ближе. — Сейчас попробуем!
Он сделал ещё один перекат, оказался рядом с Олегом. Кочевники не умели вести перестрелку и вообще перемещаться пешком — орали и стреляли почём зря, неловко перебегая по лагерю. Олег стрелял короткими очередями — и видел, как неловкие мишени кувыркаются в пыли…
— Когда скажу — «бросай!» — сразу кидай гранату и бегом вперёд, — Хирст прижал автомат прикладом к плечу. — Стреляй влево.
Олег поправил пояс на бёдрах и снова выдернул кольцо о мушку. Потом привстал и метнул гранату, на этот раз — по-настоящему, за шатры, подальше — едва Хирст рявкнул: «Бросай!»
Мальчишки выскочили наружу, стреляя в обе стороны от животов. Кочевники ожидали этого меньше всего, и сто с чем-то шагов до коновязи бывшие пленные преодолели одним духом.
Коней у коновязи не было. Судя по всему, их увели только что.
Мальчишки, не сговариваясь, опрокинули на бок поильную колоду и распластались за ней. Олег перезарядил, повозившись, автомат.
— Не получилось, — заметил он, целясь. От толстой разбухшей колоды полетела мокрая щепа. — Мы попались?
— Для тебя это новость? — Хирст выпустил веером длинную очередь. — У тебя что, не исправилось настроение? Свежий воздух, отличная компания…
— Чувство юмора — великая вещь, — заключил Олег. Пуля с хрустом расщепила дерево у его лба. — Ого… На, получай! — кочевник заперебирал ногами куда-то в сторону и завалился в груду хвороста. — Знаешь, что меня волнует? Что я не доберусь до Юргила. Ради этого я готов ещё раз рискнуть. Где он может быть?
Хирст выстрелил — двое скакавших между шатров всадников, как в кино, синхронно вылетели из сёдел и грянулись оземь.
— Они могут подобраться сбоку, — Хирст ловко перевернулся на месте. Мальчишки легли, упираясь друг в друга пятками; головами и стволами — в разные стороны, прикрыв один бок колодой. — Да, неплохо бы добраться до этого борова. Только боюсь, что это лишь мечты…
Олег чуть повернул голову и посмотрел вверх, в небо. Кажется, рассветёт уже скоро.
К чёрту.
Он сменил второй магазин. В пыли неподалёку от импровизированной баррикады лежали несколько тел. Кто-то возился, кто-то нудно и громко стонал.
— Скоро начнёт светать, — Хирст повозился, устраиваясь удобнее. И вдруг сказал с остро прорвавшейся тоской: — Будь всё проклято! Никогда не думал, что погибну в бою с этими ничтожествами, это всё равно, что с крысами воевать… — а потом добавил: — Ты должен меня проклинать, Олег.
— Проклинаю, — охотно согласился Олег. — А за что?