Служительница

Риорналь держал ученика за руки ладонями вверх, поэтому мне были отчетливо видны запястья парня. И на них, едва заметно, проявилась волнистая линия. У меня тоже такая есть, но я не знаю, что это означает. Лэмир мне помочь с этим не мог, сказал, что мелкий символизм его никогда не интересовал достаточно сильно, чтобы заучивать все человеческие знаки наизусть. На каком-то уровне он это знает, но уровень этот бессознательный.
Теперь же есть шанс узнать, что же это такое.
— Здравствуй, Майя. — Совершенно без предупреждения заговорил со мной Лес.
— Здравствуй, Лес.
— Я благодарен тебе.
— Ты уже говорил это. Но мне это было не трудно. Так что не стоило. — Да, я сама скромность. Просто, неловко как-то принимать благодарность от Бога.
— Скромная. — тоже заметил Лес. — Мне нравится. Я хочу тебя наградить.
— Я буду рада. — Я не решилась отказываться. Да и зачем, в конце-то концов? Хочет наградить, так пускай, я порадуюсь.
— Хорошо. Я дам тебе немного моей магии, как у моих детей.
— Эльфийской магии? — Уточнила я. Вот это здорово, наверное. Учитель говорил, что очень мало людей имеют способности к эльфийской магии, а осваивают ее и вовсе единицы.
— Да. Немного. Но для ориентирования в лесу хватит.
Вот это здорово. Теперь награда заиграла яркими красками. Мне очень не нравиться, что я одна тут плутаю меж деревьев.
Разговор прервался так же внезапно, как и начался. Лес закончил его, не прощаясь. Наверное, это и правда ни к чему, ведь мы и не прощаемся. Он же кругом здесь. Просто мы прекращаем говорить друг с другом.
— Как ты, Майя? — Спросил меня Риорналь, пока его ученик привыкает к новой для себя роли. А может, он разговаривает со своим Богом. Ведь он-то может делать это про себя.
— Не разобралась еще. Но как вы? Я думала, что после того, как Служители перестают быть Служителями, они умирают.
— Не совсем так. Бог перестает искусственно поддерживать жизнь своего Служителя. Но мне и не надо поддерживать жизнь искусственно, эльфы живут очень долго, почти бесконечно долго. У тебя есть какие-то вопросы, или, может быть, спустимся к Владыке?
— Да, есть один вопрос. Что это за волнистые полосы на запястье вашего ученика появились? Они что-то значат?
— Да. Это означает, что прежний Служитель хоть и покинул свое место, но все еще жив и, по воле Бога, может вернуться к своей прежней роли.
— Этот знак одинаков для всех Богов или только для Леса.
— На сколько я знаю, для всех Богов этот знак един. — Ответил Риорналь.
Спускаясь с Алтаря, я могла думать только о том, что же это все могло значить? Что предыдущий Избранный Служитель Лэмира до сих пор жив? Ведь этот символ и на моих запястьях. Но он ведь был человеком, в хрониках об этом ясно сказано. А прошло уже четыреста лет. Как же он выжил так долго? Да и еще вне поля зрения Лэмира. Не хорошее предчувствие буквально накрыло меня с головой и остаток вечера до самого дома я провела погрузившись в собственные мысли.
В архивы нас пустили на следующее утро. Наконец-то. Мы и так слишком долго здесь развлекаемся, неизвестно, что могло случиться в Карноре за это время.
Отвести нас должен был Кэлиниэль, молчаливый, но совершенно спокойный. По нему и не скажешь, что между нами существовали какие-то недопонимания. Юнтон пояснил мне позднее, когда мы отстали от Кэлиниэля на улице.
— Я поговорил с ним. — тихо сказал он.
— С кем? — Поначалу не поняла я. Меня захватило окружающее нас пространство. Это было так необычно, видеть лес таким. Но разобраться в новом видении мне не удалось, пришлось вникать в то, что говорил Юнтон.
— С отцом. Я поговорил с ним.
— Когда ты успел?
— Вчера. Ты рано ушла спать, а не то я вчера и сказал бы тебе.
— Ты вовсе не должен отчитываться, когда и сколько раз ты поговорил с отцом. Но я рада, что этот разговор состоялся. О чем вы говорили?
— Обо всем. С самого начала. И теперь мне даже стыдно немного.
— И ты хочешь, что бы я развеяла эту неудобную эмоцию в твоем сознании?
— Нет. Просто это все слишком неожиданно. Все совсем не так, как я думал. Годами я ошибался, и строил свои глупые обиды на основе ошибок. А теперь, когда я знаю, как оно на самом деле было, мне стыдно за свои слова и действия. Почти за все, что я сказал ему. — Юнтон шел ровным шагом и говорил голосом, лишенным каких-либо оттенков. Просто тихий голос, спокойные интонации. Но губы его были напряжены чуть более сильно, чем нужно и когда он замолчал, то сжал их в тонкую линию, и нахмурил брови. Это странно смотрелось, обычно он контролировал себя полностью, а сейчас мимику он явно упустил. — Мне не нравиться это.
— Что не нравиться? — Сбилась я с мысли.
— Что я стыжусь своих действий. Чувствую себя непослушным ребенком, как отец и считал все эти годы. Но я не маленький эльфенок! Я взрослый. — Последние фразы Юнтон произнес громким шепотом и готова поклясться, Кэлиниэль, шедший на пару шагов впереди, прекрасно их расслышал. Хоть и виду не подал. Все-таки, эльфийская тактичность подкупает. Может и правда остаться в лесу? Есть же порталы, в конце концов.
— Мне кажется, что ваши мнения по поводу твоего возраста не совсем верные у вас обоих. — Я старалась быть мягкой, но не думаю, что мое мнение понравиться Юнтону.
— Что ты хочешь этим сказать? — Напрягся он.
— Что ты, конечно, не эльфенок, в этом я с тобой согласна. — Он немного расслабился, но не до конца, ожидая от меня какой-нибудь гадости. Не зря, впрочем. — Но ты и не такой взрослый человек, как сам думаешь.
— Считаешь меня ребенком? Почему же тогда замуж за меня идешь? Или роль няньки тебе нравиться? — Огрызнулся Юнтон. Ну, хоть не закричал на меня, и то хорошо.
— Я уже говорила, что ты не ребенок. Начнем с того, что ты вообще не человек. Поэтому быть взрослым человеком не можешь по определению. Ты полукровка, как бы это ни звучало оскорбительно.
— Меня вовсе не оскорбляют подробности моего происхождения.
— Отлично. Раз ты способен трезво оценивать это, то должен понимать, что твое взросление происходит не так, как у людей. Но и не так, как у эльфов. Этот момент твой отец упускает. Подход к твоему взрослению надо строить более индивидуально, вот и все. Ты расскажешь мне, о чем вы говорили вчера или это большая тайна?
— Расскажу. Но не сейчас. На ходу не хочется.
Мы закончили разговор и я, наконец, смогла обратить внимание на окружающий меня лес. Это был вовсе не тот лес, что окружал меня вчера. Вчера я видела только деревья да кусты и больше ничего. Местами непролазную чащу. Теперь же я видела, что дерево, а что эльфийский дом. Где просто кусты, а где иллюзия, скрывающая в листве лесных обитателей. И не просите меня объяснить, как я это все различаю. Я не смогу. Просто не понимаю, что изменилось со вчерашнего вечера, кроме очевидного факта дара Леса.