Служительница

Тут у меня непроизвольно глаза на лоб полезли.
— Ты женат?
— Да.
— Но как же тогда, ты живешь с нами, в общежитии?
— Королевская служба иногда заставляет нас на долго разлучаться. Мы привыкли. Это ведь не навсегда, а только пока угроза не минует. А потом я снова вернусь домой.
— Мы не слишком хорошо знакомы, оказывается.
— Эта информация тебе не была нужна.
— А сейчас нужна?
— А сейчас, к слову, пришлось. Ты не верно восприниМайешь ваши отношения с Юнтоном.
Вот так, без перехода, внезапно заявил он. И снова, я не понимала, с чего он это взял.
— Зачем ты говоришь мне это, если устраивать мою личную жизнь не входит в твои обязанности? — Припомнила я его же слова. Да, я злопамятная.
— Затем, что твоя личная жизнь влияет на твою безопасность. Ты не слушаешь меня.
— Я слушаю. Просто не понимаю. Мы с Юнтоном друзья. Он меня стережет, что бы я глупостей ни натворила и из Сообщества не сбежала. Что из этого я не верно воспринимаю?
— Все ты не верно восприниМайешь. Стеречь тебя уже нет необходимости. И едва ли она была. То, что ты Избранная Лэмиром Служительница у тебя написано буквально на теле, под лопаткой. Уже одно это служит основанием доверять тебе. Бежать из Сообщества тебе некуда. А маленькое соперничество между Королем и Сообществом к тебе никак не относится. Не важно, где ты обоснуешься, это все равно будет Карнор.
Звучало очень логично. И правдоподобно. Но если все так, то зачем тогда Юнтон возле меня крутился? Ведь поначалу, он именно следил за мной по приказу Сообщества магов.
— И то, что ты знакома с его отцом знающим людям говорит о многом. Это ведь эльфы, у них подобные знакомства не происходят просто так. А еще, ты носишь его фамильный медальон.
— Это просто связной амулет, ничего больше.
— Он фамильный, поверь мне. Я все-таки родился в этом мире и знаю больше твоего. Кэлиниэль ведь снял его со своей шеи, когда дарил его тебе, верно?
Я задумалась. Действительно, до того, как подарить мне, Кэлиниэль носил его сам.
— Да. Так и было.
— Неужели ты думаешь, что Кэлиниэль стал бы носить дешевую безделушку, предназначенную для случайных знакомых своего сына? Нет, Майя, этот амулет фамильная ценность и носишь его ты на своей шее, не скрываясь. У тебя тесная уже практически неразрушимая ментальная связь с этим полу эльфом, а среди них такое тоже не оставляют без внимания.
Деррик замолчал, давая мне время на то, чтобы собрать мысли во что-то более-менее связное. Но у меня не выходило. Получалось, что Юнтон с самого начала думал о чем-то подобном? А почему не сказал мне?
— Это уже ваши дела, меня тогда с вами не было. — Ответил мне Деррик, когда я спросила его об этом. — Но понять его могу. Зачем тебе было это знать? Мало других проблем свалилось на голову?
Это правда, полгода назад я совершенно не была готова к откровениям Юнтона по поводу его чувств или каких-то намерений по отношению ко мне. Я ему не доверяла и везде искала подвох. Да и перестала ли я и теперь искать подвох в каждом его движении? И ведь чувствовала, что все не так просто, как мне казалось.
— Ты должна поговорить с ним. — Подвел итог нашему разговору Деррик.
— Но не здесь. Не в этой деревне. Нужно провести здесь Посвящение и уходить в Сообщество.
Деррик этим разговором меня сильно озадачил. Выходило, что я совершенно неправильно воспринимала Юнтона до этого момента. Как и всю ситуацию целиком. Тот факт, что амулет, подаренный мне Кэлиниэлем, на самом деле фамильный выбивал из колеи. Юнтон солгал мне, сказав, что это безделушка, не стоящая внимания.
А еще, Деррик узнал этот амулет, он знал, какой семье он принадлежал, но не сказал мне. Обмолвился, что это не важно. Это может значить только одно, эта эльфийская семья высокого происхождения и очень известна даже за пределами своего государства. Во что я опять влипла?
Как-то вышло, что разговор с Дерриком подошел к концу и он снова переместился на пару шагов назад, как и полагается охране, возвращая мне иллюзию уединения. Мы довольно долго уже гуляли, пора бы и пообедать.
— Пойдем обратно, Деррик. — Сказала я ему, оборачиваясь. — Обед скоро.
Повернувшись к храму, я увидела карету, что приехала в деревню.
— Не знала, что сюда ходят экипажи.
— Не ходят. Наемные только, этим все равно, куда ехать. Но это карета Сообщества Магов. Видишь, эмблема на дверце?
И в самом деле, на дверцах кареты был изображен знак магов: на круглой монете изображения книги, кинжала и пучка лекарственных трав между ними.
Мы остановились подождать, пока пассажиры выйдут. Интересно же, кого к нам принесло из Сообщества. Когда появилась растрепанная рыжая макушка, я не сообразила, кто это, хотя мысль кольнула сознание. А Деррик сразу же узнал мою подругу, Алусию. Я же до конца осознала, что это действительно она только тогда, когда Луси уже висела у меня на шее и громко верещала.
После всех восторгов и радостных воплей, что мы с Алусией вылили друг на друга, нужно было найти спокойное место для разговора, но идти в храм не хотелось, далековато.
— Тоже мне, проблему нашла. — Махнула рукой на меня Луси. — Ко мне пойдем. Я тебя со своими познакомлю.
Оказалось, что Алусия родом из этой самой деревни. Она здесь родилась и росла, до тех пор, пока заезжий маг не разглядел в ней магический дар и отправил в Академию.
Дом их ничем не отличался от соседских, располагался где-то посередине деревни. Ее родителей я в толпе негодующих жителей не видела, а если и видела, то не запомнила. Но они там наверняка были, потому что уж очень они смущались, когда смотрели на меня, с опаской, как и все остальные деревенские жители. И еще с капелькой вины во взгляде. Значит, в той толпе, что полгода назад волокла меня к храму, они тоже были. Впрочем, ладно. Не стану копить зло на деревню. Они были обмануты. Вот и все.
— А я к своим приехала, навестить их. Каждый год езжу, когда время есть. — Говорила мне Луси, прихлебывая квасу из кружки, в прикуску с пирогом, что приготовила ей мать к приезду. — Я и понятия не имела, что ты здесь. Вы ведь на восток ушли. Как тут-то оказались?
И, за рассказом мы ощутимо приложились к свеженьким пирожкам и выпили пару кувшинов с квасом. На подругу мой рассказ произвел неизгладимое впечатление. Ее родители, тоже краем уха слушавшие мою историю понятливо переглянулись и обреченно вздохнули. Я же поняла лишь тогда, когда Алусия, счастливо улыбаясь не пояснила мне причины своего восторга.
— Я теперь могу стать Служительницей в храме Лэмира, как и мечтала всю жизнь. И не нужно покидать родную деревню.
— А учеба как же? Академия?
— А что, Академия? Письмо им отправлю, что учиться не буду больше. Так делают, ничего страшного.