Принц из Нью-Йорка

— Нет! Можно сказать, что я, Мэган и Серена дали клятву о неразглашении. — Я, шутливо, коснулась одной рукой сердца, а вторую подняла в воздух.
Бумажные пакетики полетели на свободный деревянный столярный стол.
— А если я буду тебя шлепать?
Как вообще такой мягкий голос может пробирать до костей?
— Да не будешь ты меня шлепать! — Я невольно начала пятиться назад, так как пугающего вида бизнесмен стащил с себя куртку, и шел ко мне. — Не будешь же….?
Что забавно — руки я так и не опустила. Эдакая присяжная в зале суда, которую спросили «Клянешься ли ты…?», а она ответила «Клянусь!», и до конца слушания простояла с ладонями на сердце и на корешке Библии!
Я уперлась спиной в настенный стеллаж. Отступать больше некуда!
— Урок номер один: Не давай обещаний, которых не сможешь сдержать, Ксюша.
— Кто-же знал, что меня будут пытать!
Мои руки, одну за другой, завели за спину и зафиксировали. От неожиданности я даже икнула.
— Не надо меня шлепать! Ты же уже спрашивал, чего я не преемлю! Я ответила тогда, что грубости! Ты согласился! Хорошие дяденьки не… тьфу ты! Хорошие мужчины не шлепают своих «девушек»! Это — моветон!
— Разве? — Мужчина обжег дыханием мою шею, и зловеще хохотнул.
— Это же тааааак было… ерунда! Развлечения ради!
— Зачем же тогда столько таинственности?
После крепучего поцелуя в шею, доставшегося мне, можно, наверное, даже забеременеть! Воздушно капельным путем! Очень уж порочно это было!
— Просто расскажи. — Настаивал Мистер Картнер.
Вывернуться из его захвата я не могла. Держал он не крепко, одной правой, больше дразнил, и распалял во мне какие то странные чувства. Но освобождать не спешил.
Я дернула плечом, и на мою голову посыпалась какая-то утварь. Толи снасти, толи нити для триммера, разобраться поточнее не представлялось возможности.
Свободной рукой мужчина заскользил по моей ноге, под платье, миновал бедро, линию трусиков, добрался до копчика и нырнул за резинку белья к голой и беззащитной коже.
Бедная… многострадальная моя попа!
Я пискнула и еще раз трепыхнулась. Стеллаж устоял, сыпанул в меня содержимым коробков. В волосах затерялась горсть поплавков.
— Я все расскажу! Сдам всех! Я гражданка другой страны, и в международные конфликты встревать не буду! Главная моя цель теперь — это спасти себя! Только скажите, что именно вас интересует? Как проходил ритуал? Слова? Заговоры? Информация о других участниках действа?
Я мелила какую то чепуху. Ведь шанс на то, что мы просто вместе посмеемся, еще был.
Двухметровый мужчина явно потешался! Он накрыл мои губы своими, жадно впился, глубоко проникая языком, и параллельно сжимая мою попу ладонью.
Дэрек оттянул белье и … Ёшки — матрешки! Он действительно шлепнул меня!
Я замычала.
— Все расскажу же! Зачем???
— Я передумал! Можешь хранить эту тайну! А вот я хочу…
Это одержимость. Спиритические сеансы нужно было проводить здесь и сейчас! Или это уже бы был экзорцизм?
Черт его знает!
Простой человек никогда бы так не смог!
Внутри меня стянуло узлом яркого сексуального возбуждения. Такого с моим телом еще ни разу не происходило! С головой — тем более! Шутливый диалог перерос в крушение мастерской, и старательно сдерживаемые с двух сторон стоны!
Минут двадцать спустя, мы уже сидели друг напротив друга на высоких табуретах, вытряхивали содержимое пакетов на стол, запаковывали их в блестящую бумагу, и по очереди стреляли друг в друга глазами.
Попа горела.
Так как детей у родни Дэрека много, то и упаковка отняла достаточно времени. В дом мы зашли уже за полночь.
Мужчина шел впереди. Его упругие ягодицы маячили прямо перед моими глазами. Рука зачесалась отомстить!
Я не знаю точно, когда в моей голове созрела эта идея, и почему здравый смысл в тот момент молчал, но я размахнулась и заехала долларовому миллиардеру по заднице!
Звук от удара был совсем не таким, каким должен был быть! Буд-то что то разбилось. Дэрек замер, не оборачиваясь на свою обидчицу. Скорее всего, находился в шоке.
Я тоже замерла.
Замер и Рэндалл, наблюдавший всю эту сценку, и выронивший из рук стеклянный бокал.
 
Глава 28. Подарки
Дэрек
— По сэндвичу с ореховой пастой, и спать? — Я вынул ложку из банки, и вопросительно приподнял ее вверх. — Считай, что я иду на мировую. Мстить не буду.
Девочка сидела на барном стуле, склонившись к дубовой столешнице и положив голову на сложенные перед собой руки.
Я достал из пачки несколько ломтиков тостового мягкого хлеба, и принялся размазывать по ним пасту.
— Это хорошо. — Только и сказала Ксюша.
— Что не буду мстить? Или, что делаю тосты?
— Что делаешь тосты… Какой смысл мне бояться твоей мести? Завтра Рождество, и совсем скоро вернется мой босс. Я вернусь к работе. Ты вернешься к работе. Жизнь вернется на круги своя.
Она болтала ногами взад-вперед, что выдавало волнение. Глаза наполовину прикрыты, Пара темных кудряшек упала на лицо. Я потянулся через барную тумбу, чтобы их убрать.
— Не вернется ничего на круги своя. — Я сел напротив, и тоже положил голову на сложенные руки. — Сексуального рабства никто не отменял… — Ксения никак не отреагировала. — Да и детей тебе еще мне рожать. Много детей! — Она даже глаза не отрыла! — Родне ты понравилась. Дамы в полном восторге от твоей кандидатуры. Племянники тебя полюбили. Рэнди вообще дар речи потерял… любуясь нашей с тобой парочкой.
Красиво очерченные губы дрогнули в чем-то похожем на улыбку.
— Не боишься, что его может удар в следующий раз хватить? Вы же парни уже не так молоды?
— Маленькая нахалка. — Довольно сощурился я.
Ее лицо было слишком близко. Я чувствовал аромат духов, и той гигиенической помады, которой она красилась в лифте отеля «Плаза». Теперь я точно знал, что она еще и очень сладкая на вкус.
— Я хочу, чтобы ты была со мной. — Внешне я ничем не выдавал своего волнения, но внутри непривычно стягивало внутренности в тугой узел.
— Я же и так с тобой. — Не поняла девочка всей глубины моего признания.
— Хочу и сегодня, и завтра, и через год. Мне никогда еще не было так хорошо, как сейчас.
— Ты меня толком даже не знаешь…
— Ксения… Посмотри на меня.
Девочка открыла слипающиеся глаза.
— Ешь. И пойдем спать.