Телохранитель для Снежной
Он знал ее практически с рождения. Она росла на его глазах, превращаясь из угловатого подростка в нежную и трепетную девушку. Михаил сам не заметил, как отчаянно влюбился в дочь лучшего друга, но упрямо не хотел принимать свои чувства, молча переживая их внутри и довольствуясь малыми крохами в общении с Симоной.
Надолго его не хватило. Эмоции все же взяли верх над разумом, и он решил выяснить все с Андреем. Пришел к нему, чтобы попросить руки дочери, но даже не предполагал, чем все это закончится.
Они с Андреем знали друг друга с детства, и Михаил был уверен, что тот не будет против породниться, но он неожиданно ответил категорическим отказом. Они сильно поругались. Злость и непонимание наполнили до краев, а количество выпитого алкоголя только ухудшило ситуацию.
Михаил грубо попрощался и ушел, оставив Андрея допивать коньяк в одиночестве. Но вместо того чтобы уехать домой, поднялся к Симоне, чтобы поговорить. Открыл дверь и увидел ее на кровати. Забрало упало, и сознание отключилось окончательно. Он накинулся на беззащитную девушку, как изголодавшийся хищник. Следуя животным инстинктам, не оставил ни единого шанса на спасение. Как ни странно, но совесть не мучила, словно ее и не было никогда.
В тот вечер его персональный зверь проснулся в первый раз. Михаил не смог совладать с ним и слепо подчинился воле. Долгие годы он кормил и терпеливо взращивал это опасное животное внутри себя, они срослись и стали единым целым.
***
Антон курил на крыльце отдела и нервно крутил в руках телефон. Юдин позвонил пару часов назад и обрадовал тем, что мужики ничего не нашли и уехали ни с чем. В общем-то, можно было выдохнуть, но на душе все равно было как-то неспокойно.
Заметив, как агрессивно черный «Инфинити» начальника СКП въехал во двор, он непроизвольно напрягся, но не шелохнулся, чтобы не выдать себя. Несколько мучительно долгих секунд ожидания— и двери автомобиля открылись. Стас и Илья вышли на улицу и направились прямиком к нему. Выражения их лиц не сулили ничего хорошего, и Антон невольно попятился, выдавая себя с потрохами.
—Мужики, вы чего? —нервно сглотнул, уперевшись в ограждение— бежать было некуда. Стас и Илья загнали его в угол, окружив с двух сторон.
—Надо бы поговорить… —начал Стас и криво ухмыльнулся, с нескрываемым наслаждением пожирая его эмоции.
—По душам,— добавил Илья и демонстративно размял пальцы, слишком толсто намекая на содержание приватной беседы.
—О чем? —Антон округлил от страха глаза, переводя ошарашенный взгляд с одного коллеги на другого.
—По дороге узнаешь. —Илья стиснул его плечо и, не особо церемонясь, потащил к машине Стаса. Тот молча последовал за ними и занял место водителя. Как только пассажиры уселись в салоне, завел двигатель и выжал педаль газа в пол.
—Куда вы меня везете?
Антона трясло от ужаса, но он всеми силами старался сохранять спокойствие. В конце концов у них ничего на него нет, а доказать его причастность к похищению просто невозможно. Он был слишком осторожен и не мог оставить следов.
—В одно отличное место, очень располагающее к откровениям. —Илья лишь усмехнулся, прекрасно понимая, что через несколько минут узнает все, что ему нужно.
Антон смотрел в окно и явственно ощущал, как липкий пот струится по позвоночнику. Слишком хорошо знал этот маршрут с конечным пунктом на заброшенной стройке.
Стас остановил машину около недостроенного здания и, заглушив двигатель, обернулся.
—Приехали. Станция «вылезай». —Хищный оскал исказил его лицо, а глаза вспыхнули недобрым огнем.
Антон было рыпнулся к двери, чтобы попытаться сбежать, но Илья вовремя среагировал и рывком удержал его на месте.
—Сидеть,— приказал он и кивнул Стасу.
Тот вышел на улицу и, достав из багажника какой-то мешок, постучал в стекло и скрылся в здании.
Илья вытащил из кармана наручники, надежно зафиксировал своего узника и выволок его из машины.
—Я не пойду,— заголосил Антон, прекрасно понимая, что его там ждет, и начал отчаянно вырываться. —Пусти меня! Я буду жаловаться!
Илья встряхнул его, как мешок с картошкой, и грубо толкнул вперед.
—Жалуйся. Если жив останешься… —рассмеялся он и почти волоком потащил за собой на встречу с совестью.
Стас уже ждал их, разложив свой любимый инвентарь из подручных средств на небольшом раскладном столике. Илья лишь усмехнулся и толкнул к нему Антона, тот не удержался на ногах и упал на колени.
—Стас,— взмолился он, вцепившись в ногу начальника. —За что?
—Слушай меня сюда, повторять не буду. —Он схватил Антона за волосы и, задрав ему голову, вынудил посмотреть в глаза. —Либо ты отвечаешь на заданные вопросы быстро и качественно, тогда смерть твоя будет быстрой. Либо я сам узнаю, все, что меня интересует. Ты знаешь, как филигранно я умею добывать информацию… —Стас смотрел на то, как стремительно расширяются зрачки жертвы, и чувствовал моральное удовлетворение. Не то чтобы испытывал восторг от физических увечий, но наказать крысу в собственной стае считал делом чести.
—Я расскажу! —завопил Антон. —Я все расскажу, только не убивайте!
—Сколько тебе заплатил Юдин? —Стас задал первый вопрос, чтобы прощупать степень готовности к откровениям.
—Ю-юдин? Мне? —Глаза Антона лихорадочно забегали. —Нисколько…
Не раздумывая Илья засадил кулаком ему в челюсть. Послышался громкий стон, и Антон рухнул на пол, как подкошенный, но он не остановился, нанося прицельные удары, чтобы убедить в серьезности намерений.
—Ответ неверный. —Стас вмешался, жестом останавливая Илью. —Но, так уж и быть, я дам тебе второй шанс и повторю свой вопрос:сколько тебе заплатил Юдин? Подумай прежде, чем ответить.
Он отошел к столику и пальцами провел по лежавшим там инструментам, демонстрируя готовность в любой момент применить один из них по назначению.
Антон нервно сглотнул, наблюдая за его телодвижениями. Прекрасно понимал, что, если скажет правду, ему отсюда не выбраться. Волков не простит предательства и попросту грохнет или еще хуже: живьем замурует в одной из стен этого недостроя. Но в то же время, если не расскажет— тот не побрезгует применить свои любимые игрушки, которые он не раз видел в действии. Выбор оказался невелик, но сделать его было необходимо.
—Полмиллиона баксов,— выдохнул он и поморщился от боли во всем теле. Бить Илья умел, четко и по болевым, да так, что следов не оставалось.
—Уже лучше,— одобрительно кивнул Стас и присел перед ним на корточки. —Твой полугодовой левак. Оно того стоило?
—Я не хотел…
—Ага, тебя заставили,— усмехнулся он, с гадливостью глядя на бывшего подчиненного. В их слаженном коллективе Стас всегда был ключевым звеном цепи. Зарабатывал сам и никогда не обижал своих ребят, давая им щедрый процент. Если кому-то нужна была крупная сумма денег, никогда не отказывал и не требовал обратно, зачисляя в счет мистической премии. Поэтому для него было дикостью, что его сотрудника могли так просто купить. И полнейшим разочарованием.