Скрижали судьбы

Твой отец умер неделю назад. С похоронами помог некий Александр, который представился зятем.
Адрес кладбища я тебе написала ниже. А деньги, которые ты мне дала, я потратила на венок.
Насть, ты только держись там…»
После того как я это прочитала, я не поверила своим глазам. Перечитала ещё раз, и это оказалось правдой. Да такой правдой, от которой захотелось задохнуться.
За что жизнь меня так наказала? Почему она забрала у меня единственного близкого человека, ради которого я жила?
Теперь я осталась одна. Стоит ли вообще теперь думать о будущем?
Но почему Саша не сказал, что умер мой отец? Ведь он занимался его похоронами. Он знал, что тот болен, и не сказал мне об этом.
На территории тюрьмы стояла церковь. Я отпросилась, чтобы поставить свечку. В церкви встретила священника, которому исповедовалась и попросила совета, как жить дальше.
Ну вот, теперь моя жизнь треснула ещё раз.
– Волкова, где тебя носит? К тебе на свидание пришли, – сказал конвоир.
Я уже знала, кто ко мне пришёл, и знала, что я ему скажу.
Александр сидел за столом так же, как и во время первой нашей встречи в этой комнате.
– Почему ты мне не сказал?
– Ты уже знаешь? Откуда? – он, вероятно, был удивлён.
– Узнала вчера. Так почему?
– Я не мог, – он сидел и качал головой в стороны. Потом взял голову в руки и облокотился на стол.
– Саш, спасибо тебе. Ты похоронил его как человека.
– Ты же знаешь, я бы не оставил его, он стал мне как отец.
– Я знаю, он говорил мне.
Мы поговорили с Александром минут десять, и он ушёл.
Он стал каким-то другим. Сильно похудел, на голове проступила седина.
 
***
 
Прошло полгода.
– Волкова, на выход! – конвоир оторвал меня от работы.
– Сегодня нет приёмов. Куда мы идём?
– А ну помолчи!
Мне так и не сказали, куда меня ведут. Я узнала это только тогда, когда прочитала табличку: «Начальник колонии».
Передо мной открыли дверь, и я вошла в старый, обшарпанный кабинет, где во главе стола сидела женщина, больше похожая на мужика. Я подошла ближе к столу и села на стул.
– Ну что, Волкова, завтра будем прощаться?
– В смысле? Мне ещё год остался.
– Тебя выпускают досрочно, за хорошее поведение.
Эта новость поразила меня. Сказать, что я была рада, – ничего не сказать.
– Вот, подпиши бумаги и можешь идти.
Меня провожали почти как важного человека. Все радовались, наверное, больше меня.
При выходе мне отдали мои вещи и деньги.
Когда я вышла за ворота, то глубоко вдохнула. На улице был ноябрь. Я вызвала такси и поехала домой.
Всё было другим. Другие дома, люди, даже воздух на свободе отличался.
Заплатила за такси, поднялась на свой этаж и минут пять стояла у двери, не могла зайти туда. Ведь это опять вернёт меня в прошлое.
Собралась с мыслями и открыла дверь. В квартире всё было покрыто пылью. Воздух был спёртый.
Я вошла в зал, на диване лежали папины вещи.
Вспомнила, что я осталась одна, и по моим щекам пошли слёзы. Я опёрлась на стену и медленно сползла на пол. Так я пролежала до вечера, умываясь собственными слезами.
Затем я всё-таки взяла себя в руки, приняла ванну и решила поделиться с Леной новостью об освобождении.
Девушка быстро взяла трубку.
– Алло. Я слушаю вас.
– Привет, подруга.
– Настюха, это ты?
– Я.
Из моих глаз опять полились слёзы. Я стала какой-то плаксой.
– А как ты звонишь? Вам телефоны разрешили?
– Нет, меня освободили досрочно. А как у тебя дела?
– Ты серьёзно? Вот это новость! Я – хорошо. Всё так, как я хотела, работаю официанткой.
– Ленк, я вот что звоню. Твоё предложение ещё в силе?
– Ты ещё спрашиваешь!
– Хорошо. Я в течение недели продам квартиру и приеду к тебе.
– Буду ждать, подруга.
На следующий день я отправилась на кладбище к отцу. На его могиле лежали свежие розы. Саша не забывает о нём. А я так и не сообщила ему, что уже на свободе.
– Привет, пап, – начала я тихий разговор с отцом. – Как ты там? Я скучаю по тебе. Вот пришла к тебе с хорошей новостью: меня освободили на год раньше, и теперь я продаю квартиру и уезжаю из этого города, не хочу связывать оставшуюся жизнь с этим городом. Хотела взять тебя, но ты не дожил до этой хорошей новости. Мама так и не простила меня. Как же плохо без тебя! Кому же теперь я буду рассказывать о своих победах?
На кладбище я пробыла ещё около сорока минут. Я рассказывала отцу про детство, вспоминала весёлые моменты из жизни.
Только когда теряешь близкого и родного человека, начинаешь жалеть о том, сколько мы ещё не успели сказать друг другу. Вдоволь не успели насмеяться и просто побыть рядом.
От горя никуда не уйти: его нельзя залить вином, нельзя переключится на что-то другое. Каждую секунду я буду помнить о том, как же хорошо, когда рядом есть отец.
После того как я приехала с кладбища, мне позвонил агент и сказал, что найден потенциальный покупатель моей квартиры. Это новость была одной из самых хороших. Мне хотелось побыстрее покинуть этот чёртов город, который принёс мне так много горя.
Через неделю я провела сделку и поехала в другой город, взяв с собой минимум вещей. Жизнь предоставила мне ещё один шанс начать всё заново, начать всё с чистого листа, и я не должна упустить этот шанс.
Лена, как и обещала, встретила меня на вокзале с братом.
– Привет, подруга! – прокричала девушка, бросаясь ко мне в объятия.
– Привет, Леночка!
– Ох, наконец-то ты приехала! Это мой брат Влад.
– Очень приятно познакомиться.
Лена на время, пока я не куплю жильё, выделила мне комнату в своей квартире. Помогла мне устроиться на работу в магазин. Бывших зэков мало кто берёт на работу.
И вот через неделю я переехала в собственную двушку, где начала новую жизнь.
У всего должен быть финал. Нет ничего хуже того, чтобы обнаружить незаконченный конец. Финал должен быть хотя бы для того, чтобы за ним последовало новое начало.
Теперь я наслаждалась каждым моментом в своей жизни, ценила его. Раз от разу вспоминала о Саше. Думала о том, что было бы, если бы я сказала ему, что освободилась и переехала. Я ведь всё правильно сделала.