Одиночка

—Это другое… Тот парень руки распустил, а с Димой они просто повздорили. До драки не дошло.
—Это он еще только вернулся…— не сдается Ксюша и, вздохнув, понижает голос: — Даш, ты взрослая умная девушка, и не мне тебе наставления давать. Просто знай, что я за тебя волнуюсь.Раньше считала, что Адиль тебе не пара, и продолжаю думать так же.
Адиля Ксюша всегда недолюбливала. Когда мы встречались, она ни слова против не говорила, но я все равно чувствовала ее отстраненность. А после того как он уехал и я немного пришла в себя,Ксюша сказала, что Адиль всегда пугал ее своей замкнутостью и агрессией и без него мне точно будет лучше. Тогда эти слова стали подспорьем в том, чтобы пережить его отъезд. Сейчас же почему-то немного царапают.
—Во-первых, я живу с Димой. Во-вторых, у меня даже мысли нет снова сойтись с Адилем.
Стараюсь говорить это непринужденно и с улыбкой, но выходит из рук вон плохо. Загораются уши, голос протестующе дребезжит.
—Да я понимаю, понимаю,— успокаивающе произносит Ксюша.— Просто вслух рассуждаю. Вы когда встречались, фактически детьми были… Постоянные встряски, ревность, скандалы и страстные примирения по юности хороши. Но представь такого, как Адиль, в быту и браке. Видишь что-нибудь? Я, например, нет.
Когда-то я мечтала выйти за Адиля замуж, но с тех пор много воды утекло. За те семь лет, что пыталась вычеркнуть его из жизни, у меня едва ли была возможность представлять его в быту и браке, но, если вопрос стоит именно так… Нет, наверное, не вижу. По крайней мере, в той картине брака, которую себе нарисовала. Как у мамы с Олегом. Их отношения мне очень импонируют, и именно поэтому я выбрала Диму. Как и отчим, он добродушный и умеет заботиться.
—Может, давай тему сменим?— натянув на лицо веселую улыбку, предлагаю я.— К Сене на день рождения пойдешь? Я уже и подарок выбрала.
    
Глава 15
День рождения Сеня привык отмечать в шумных местах вроде клубов и караоке-ресторанов, и его двадцатидевятилетие не стало исключением. Местом празднования выбран недавно открывшийся бар, зарекомендовавший себя пристанищем для самой модной молодежи. Ценник на еду и напитки здесь выше среднего, но и обстановка соответствующая: приятная музыка, доброжелательные официанты и кухня выше всяких похвал.
—Платье сидит нормально?— Вопросительно глядя на Диму, я делаю полуоборот, чтобы дать ему возможность оценить.— Нигде не собралось?
—Красавица,— улыбается он, выразительно посмотрев на мои бедра.— Все у тебя отлично.
—Ты даже не посмотрел нормально.—В шутку надуваю губы, зная, что после этого он подойдет ко мне и обнимет.— Не стыдно?
Как и всегда, угадываю. Через пару секунд лицо Димы оказывается напротив моего, а его руки опускаются на талию. Он очень мил в своей предсказуемости.
—Супер сидит, говорю же.—Дима мягко целует меня в губы и заглядывает в глаза, следя за реакцией.— Точно будешь самая красивая.
Переплетя наши пальцы, я с довольной улыбкой тяну его вперед. Несмотря на тяжелые ночные смены, всю неделю пребываю в отличном настроении. Та застарелая рана в груди, вскрывшаяся с появлением Адиля, перестала так сильно ныть, и мне наконец удалось обрести подобие умиротворения. Хотя это и не умиротворение даже. Скорее, отсутствие нервозности и фантомного[N1]беспокойства.
—А подарок Сене кто должен был привезти? Роберт? Вы же вроде акустику собирались дарить?
—Да,— подтверждает Дима и, отпустив мою ладонь, салютует Андрею, выходящему из туалетной комнаты.
Я ограничиваюсь вежливым кивком. Пусть в нашу последнюю встречу я и была с ним резка, все сказанное было чистой правдой. Для человека, который безбедным существованием обязан исключительно своей матери,Андрей слишком снисходительно разглагольствует о чужих достижениях.
—Надеюсь, сегодня вы помиритесь.— Дима снова берет меня за руку и слегка сжимает.— Из-за ерунды же вспылили.
Я тут же хочу огрызнуться, заметив, что тема классового неравенства — вещь отнюдь не ерундовая, но вовремя себя останавливаю. Всю неделю мы с Димой прожили без единой ссоры, и день рождения общего друга не самое удачное время, чтобы нарушать идиллию.
—Разберемся,— говорю я и, завидев именинника, натягиваю на лицо улыбку.
Ухмыляющийся Сеня, держа под мышкой коробку с изображением автомобильных динамиков, идет нам навстречу.
—От души, бро!— Он пожимает руку Диме и быстро касается щекой моего лица, имитируя поцелуй.— Спасибо за подарок. Решил сразу в машину отнести, чтобы, как в прошлую днюху, половину подарков не проебать.
—Ты давай уж не проеби,— весело посмеивается Дима.— Они дорогие. Артур лично выбирал.
—Ага, Робсон сказал. Я уже на установку записался.
—Куда? Мне саб в«Данлопе»ставили. Толковые пацаны.
Решив не мешать парням обсуждать неинтересные мне темы, ищу глазами Ксюшу и, когда нахожу, тереблю Диму за руку.
—Вы разговаривайте, а я пойду к девчонкам, ладно?
Увлеченный разговором, он не глядя гладит меня по плечу.
—Иди, зай. Скоро подойду.
Ксюша и Аня тоже успели меня заметить и теперь с улыбками обмахиваются руками, делая вид, что им внезапно стало жарко. Мол, ох, как же ты горяча, Даш.
—Ну хватит, хватит,— шутливо ворчу я, по очереди целуя их в щеки.— Вы тоже ничего такие красотки.
Меньше чем через минуту в руках оказывается бокал с шампанским, и мы с девчонками, чокнувшись, пьем за встречу и здоровье именинника. Праздник быстро набирает обороты.
—А ты Сене, как обычно, туалетную воду подарила?— со смехом спрашиваю я у Ксюши.
Она с наигранным пафосом передергивает плечами.
—Слушай, ну а кто, если не я?
На последнем курсе у нее и Арсения, знавших друг друга еще со школы, случился роман. Спустя полгода они полюбовно расстались, но обязанность выбора его парфюма плотно закрепилась за Ксюшей. Ребята — редкий пример того, что и после разрыва можно остаться друзьями. Не уверена, что мне такое под силу.
—Роберт как сквозь землю провалился,— недовольно фыркает Аня, оглядывая зал.— Наверное, акустику с парнями опять обсуждает. Я уже мечтаю, когда мы наконец одни уедем отдыхать. Вот у тебя Димас совсем другой, Даш. Цени. Он к тебе и дому привязан.УРобсона друзья на первом месте, а уже потом я. Думаете, дом этот он для нас снимал?— Она раздраженно закатывает глаза.— Ага, как бы не так. Это чтобы к нему в любое время друзья могли приезжать.
—Ань, он тебя очень любит,— успокаиваю я, хотя и не могу не признать, что в чем-то она права.
Роберт почти каждый вечер видится с кем-то из ребят, при этом оставляя Аню сидеть дома. Меня бы такое сильно угнетало.
—Любит, да. Но друзей своих любит больше.
Аня подносит бокал ко рту, и в этот момент ее взгляд неуловимо меняется, фокусируясь на точке за моей спиной. Невидимая рука заставляет меня обернуться, чтобы выяснить, кудаАня смотрит, и сердце моментально пропускает удар, а затем, напротив, начинает стучать быстрее.