Единая энергия любви

— Почему ты так упорствуешь? — не унимался Максар, воспринимая ее упрямое сопротивление за капризы.
— И что значит — сама? — Онора-Лим уперла руки в бока.
— Еще и медики! — фыркнула Рина. — У вас половина планеты заселена людьми, а вы ничегошеньки не знаете о нашей физиологии и том, как происходят роды у наших женщин. Ничего нового природой не придумано. Любая здоровая женщина в состоянии сама родить ребенка, находясь всего лишь под наблюдением специалистов и аппаратов. В экстренных случаях, когда требуется кесарево сечение, женщина помещается в медикапсу. Весь процесс родов — от первой схватки до первого вскрика младенца — фиксируется умными приборами.
Максар вспыхнул оранжевыми волнами и забормотал:
— Ваши медики сами прекрасно справлялись и никогда не обращались за помощью.
— Тем более есть медикапсы! — вставил Вальсат.
— Подождите! — буркнула в сторону мужчин Онора-Лим, освобождая леди Леорсу от манжет и датчиков и помогая ей сесть. — Рина, я требую рассказать, как все происходит у земных женщин.
Рина покраснела до самых ушей, не ожидая такой реакции. Она попросила у Оноры-Лим планшет, ввела запрос и оставила открытым видео. Та внимательно уставилась в экран, к ней присоединился Максар. А Рина осторожно встала и подошла к столику с напитками. Широкая ладонь Вальсата тут же поддержала ее под локоть. Рина благодарно улыбнулась и передала ему стакан с холодным чаем.
— Тебя все же что-то тревожит, — шепнул ей ее сопровождающий.
— Немного спина устает, — хмыкнула она. — Только медикам нашим не говори, а то мне ходить самостоятельно запретят.
Вдвоем они подошли к Максару и Оноре-Лим. Та оторвала глаза от экрана и смущенно посмотрела на Рину.
— И как вы это терпите? — искренне поразилась Онора-Лим. — Ведь можно обойтись без этих страданий.
— Судьба наша женская такая, — пожала она плечами, предложив напитки.
Онора-Лим взяла стакан, медленно сделала глоток и задумчиво умолкла. Максар схватил свой стакан и, размахивая им в воздухе, категорично заявил:
— Все это рискованно, Рина. Я уже сообщил генералу, он направляется сюда, — и прежде чем Рина успела что-либо возразить, добавил: — Все, что я увидел, опасно. Риск не оправдан. Не спорь со мной!
Рина недобро прищурилась, наблюдая, как Максар приник губами к своему стакану.
— Именно поэтому, Максар, ты и примешь у меня роды, — сообщила она, глядя на него в упор.
Тот поперхнулся жидкостью, выплеснув брызги в лицо Вальсату. Тот что-то возмущенно затарахтел и принялся вытираться. Но увидев, как исказилось лицо друга, не сдержал хохот.
— Что?! Кто — я? Ты в своем уме?
Онора-Лим вытянулась так, что казалось, будто кол какой проглотила.
— А если откажешься, я так и быть — обращусь к своим соплеменникам. Тем более, — ехидно добавила Рина, — что у них все и так прекрасно получается и за помощью они не обращались. Уж они знают, что со мной делать.
Леди Варт захихикала, понимая, что еще никогда не видела опытного старшего друга в таком ступоре. Сама же могла же отделаться от снедаемого ее любопытства и жгучего желания больше познакомиться с физиологией человеческих женщин, чтобы помочь Рине в ее безумной затее. Ведь и упрек ее был справедлив — тэфрийцы совсем не интересовались жизнью землян, требуя лишь беспрекословного выполнения установленных правил.
— Еще чего! — взъерепенился Максар. — Чтобы дитя тэфрийца появилось на свет в городке землян? Никогда!
— Дети! — поправил его Вальсат.
— Тем более, — огрызнулся медик.
— Я помогу, Рина, — с полной серьезностью предложила Онора-Лим и усмехнулась одним уголком губ, заметив, как по лицу Максара снова промелькнуло некое подобие ревности.
В тот же миг в дверь забарабанили с такой силой, что создалось впечатление налетевшего урагана.
— А вот и генерал примчался, — расплылась в улыбке Рина.
Вальсат бросился открывать.
— Что я слышу, Рина? — с ходу начал укорять ее Торэ-Ин, пылая всеми оттенками красного. Он подскочил к ней и навис подобно скале. — Ты отказываешься от самой безопасной процедуры из-за каких-то капризов?
Черная бровь Рины вопросительно полезла вверх. Интересно, что еще Максар наплел про нее?
— Успокойся, дорогой, — она коснулась ладонями его щек. — Нет никакой опасности.
— Ты дорога мне, Рина. Вы мне дороги. Пойми, я не могу рисковать вами. Не упрямтся, пожалуйста.
— Со мной будет целая бригада самых лучших тэфрийских медиков, — на его непонимающий взор она добавила: — Максар и Онора-Лим. Хочешь, можем всю вашу Академию позвать. Но это ни к чему, верь мне. Зачем эта необоснованная паника?
Он прижал свою ладонь к ее щеке. Его вейнари была абсолютно спокойна, ее энергии бурлили силой, ничто не тревожило ее мысли. Глядя в ее глаза, он немного пришел в себя, и вновь золотистое сияние окутало его. Нехотя оторвав руку от Рины, он подошел к Максару и принялся горячо обсуждать предстоящее событие с медиком. К ним присоединился Вальсат, встав на сторону Максара. Пока они спорили, Рина погладила свой живот и ойкнула.
— Что? — встрепенулась Онора-Лим.
Рина поманила ее пальцем к себе, ухватила ее ладонь и прижала к выпирающему бугорку на животе.
— Это не дети, — охнула она снова, метнув горящий взор в сторону супруга, который и ухом не повел, очевидно, привыкнув к ее ворчанию. — Это какие-то сорванцы. Пихаются, как слонята.
Онора-Лим не очень поняла ее сравнение, зато вздрогнула всем телом, всей душой. На миг закрыв глаза, она сглотнула и резко отдернула руку. Мягкая золотисто-прозрачная дымка окутала ее кожу, и девушка не удержалась — теперь обе ее ладони лежали на животе Рины, а глаза блаженно зажмурились.
Рина хитро прищурилась и понимающе закивала головой, не издав ни звука. Вот это да! Такого поворота она — да и никто! — предвидеть не мог. Один из их с генералом сыновей стал вейнари Оноры-Лим…
    
Глава 21
Онора-Лим Варт застыла, то только внешне казалась неподвижной. Внутри нее разыгралась буря, по крови разлился пожар. Энергетическая оболочка задрожала и странным непостижимым образом потянулась к Рине — матери ее еще не рожденной истинной пары. Теперь, ощутив, как на кончиках пальцев собрались электрические заряды от одного прикосновения к ней, Онора-Лим понимала состояние лорда Леорсы. Непреодолимая тяга, нежелание отлепляться от бесконечного источника силы рождало дрожь во всем теле. Похожую реакцию она прочувствовала в генерале во время медицинского осмотра перед их отправлением в экспедицию. Тогда он, кажется, тоже сиял. Она бросила немного виноватый взор на генерала. Неужели с ним происходило то же самое, если она, еще не зная свою пару лично, не могла сдержать эмоций. Ей хотелось и танцевать, и петь, и летать одновременно. Единственное, чего не понимала Онора-Лим, так это почему она заискрилась раньше времени? Что в ней особенного? Или всё дело в Нём?