Единая энергия любви

— Ты даже не представляешь себе как.
Он прищурился и покачал головой.
— Поверь, представляю.
Возвращение отряда целым и почти невредимым с лихвой компенсировало утерю оборудования и добытого металла. С эвакуатора Рина спускалась последней и застыла, как вкопанная, когда в отсеке собрался почти весь экипаж, кроме дежурных. Торэ-Ин с загадочным видом подал ей руку. Она вложила свою ставшую холодной руку в его широкую горячую ладонь и нерешительно спустилась по трапу. А потом дернулась назад, но генерал удержал ее на месте. Рина открыв от шока рот, будто в замедленной съемке наблюдала, как все присутствующие здесь тэфрийцы мужского пола одновременно припали на одно колено, а женщины почтительно склонили головы. Помещение вспыхнуло от сияющих лиц тэфрийцев. Рина прижала вторую ладонь к щеке:
— Что это? З-зачем? — горячие слезы проделали две дорожки из глаз.
— Это благодарность, леди Леорса, — старший помощник Битан поднялся и, сохраняя на губах дружескую улыбку, подошел к ним. — За то, что не бросили своих.
Все слова улетучились из ее головы, а язык присох к нёбу. Рина сглотнула. Сильная рука генерала обвилась вокруг ее талии, и негромкий голос зашевелил волосы на виске:
— Это — признание, Рина. Нам никогда еще не приходилось встречать в землянах такой самоотверженности. Ты успешно ломаешь все наши стереотипы о вас. Спасибо.
Рине в ответ осталось также склонить голову, а потом начать вытирать слезы и тихо шмыгать носом.
Тэфрийцы, тихо переговариваясь, разошлись по местам. Рина повернулась лицом к генералу. Он обнял ее так, что казалось, от его напора треснут ребра.
— Иди, отдыхай. Я обязан связаться с императором. Скорее всего, мы полетим твоим альтернативным курсом. Но у меня, дорогая непокорная вейнари к тебе очень серьезный разговор наметился, — он разжал руки.
Она насупилась, понимая — ей грозит выволочка. Упрямо выпятив подбородок, она пробурчала:
— Я бы сделала так еще раз, Торэ-Ин, знай это.
— Я знаю. Возвращайся в каюту.
Рина расправила плечи и быстрым шагом направилась к их каюте. В ожидании генерала она металась из угла в угол, потом приняла душ, успела высушиться и переодеться. Неожиданно разомлела, ощущая неимоверную усталость в мыслях и теле. Решив прилечь всего на секундочку, Рина не заметила, как уснула. Словно через туман до нее донеслись звуки шумящей воды, заставив девушку открыть глаза и резко подскочить на ноги. Во рту пересохло. Рина подошла к столику, налила себе воды и залпом выпила весь стакан. Непривычная тяжесть и незнакомое волнение поселились в ее душе.
Спустя несколько минут из ванной комнаты вышел Торэ-Ин, одетый в темные брюки и светлую тунику. Светлые влажные волосы крупными кольцами лежали на плечах, косая челка закрывала один глаз тэфрийца. Привычным движением головы он отбросил ее, освобождая глаз.
Рина закусила губу. Торэ-Ин молча сверлил ее взглядом.
— Ты не смеешь рисковать собой, Рина, — неожиданно жестко сказал он.
— Даже ради тебя? — она сузила глаза до щелок. Торэ-Ин давил на нее, внушая ей мысль о совершенной ею ошибке, о непредвиденных катастрофических последствиях. Плохо он ее знал.
— Даже.
— Выходит, ты бросил бы меня, случись нечто подобное? — прямо спросила она.
Генерал сделал всего один шаг, приближаясь к ней. Кожа его вспыхнула слабыми красными бликами.
— Нет. Но я не могу потерять тебя, слышишь? Чтобы ни произошло со мной, ты должна жить.
Брови ее удивленно поползли вверх, и девушка сделала также шаг навстречу генералу.
— Очень интересно, — хмыкнула она. — А не подскажешь, как?
Он склонил голову набок, переваривая ее слова. Еще шаг — расстояние между ними сократилось.
— В смысле?
— Что я без тебя? Знай, Торэ-Ин, я за тебя на костер пойду, понял? — вырвалось у нее горячее и немного агрессивное признание. — Пора бы тебе уже усвоить, что землянки они такие — не особенно умные и безрассудные.
Он прищурился и на мгновение оторопел, вспомнив ее слова о казни таких, как Рина. Она готова была ради него жертвовать собой без оглядки. Как тогда на Арнасе. Широкая улыбка осветила его лицо, погасив ростки негодования на ее непокорность. Рядом с ним — великий дар. И беречь ее — его предназначение.
Рванувшись вперед, Торэ-Ин стиснул ее в стальных объятиях, прижал к себе так крепко, будто собирался вплавить ее в свое тело навсегда. Рина обвила руками его шею, купаясь в родном запахе и плавясь от безумного жара.
— Моя глупая, не особенно умная и безрассудная землянка, — пожурил он ее. Его энергетические потоки устремились к ней с новой силой. Растворяясь в ней, он уже знал — она любит его не за что-то, не за статус, а просто потому что он есть. И для Торэ-Ина не существовало во вселенной чувства окрылённой радости, ликования и восторга подобного этому. — Ты — мой самый бесценный подарок в жизни. Спасибо, Рина.
— Обращайтесь, генерал.
Торэ-Ин заметил искры лукавства в ее глазах и жадно приник к ее теплым, таким манящим, губам.
    
Глава 17
После неудачи, случившейся две с половиной недели назад и едва не обернувшейся трагедией, фортуна закономерно оказалась на стороне их экспедиции. Торэ-Ин лишь мысленно проклинал утерянное время на той нестабильной планетарной системе. Запасной курс, выстроенный его драгоценной вейнари, оказался безопасным и спокойным. Новая система заслуженно одарила тэфрийцев за долгое терпение двумя огромными планетами с низкой сейсмической активностью, отсутствием разумных обитателей и внушительными объемами залежей платины и серебра. Сканирование и анализ поверхности с подземными слоями пород показали, что ущерб от добычи металлов окажет минимальное воздействие на экосистему планет, и те очень быстро восстановятся после вмешательства.
Торэ-Ин устало потер переносицу, отправил отчет лично императору и ученым мужам в Академию. Насосы исправно поднимали по трубопроводам пробных скважин жидкий металл из глубоких недр, медленно наполняя резервуары. И теперь весь экипаж разведывательного судна ожидал прибытия двух грузовых тягачей с персоналом, технологическим оборудованием и строительными материалами. Вновь прибывшие военные, ученые, медики и рабочие останутся тут, чтобы построить временное жилье, организовать необходимую инфраструктуру и обеспечить охрану на всё время развертывания масштабной добычи.
Откинувшись на спинку кресла, генерал широко улыбнулся и вспомнил прошедшие дни. После яркого живописующего рассказа лейтенанта Аруди о том, какие чудеса при спасении отряда творила землянка, избранная лорду Леорсе в вейнари, назойливое внимание со стороны особей мужского пола к ней поначалу вызывало приступы дикой ревности. И даже понимание того, что интерес их был сугубо профессиональным, без скрытого смысла, Торэ-Ин с трудом мирился с той простотой и открытостью, с какой Рина общалась с членами экипажа, будто все они были давними и добрыми друзьями.