Единая энергия любви
Злобно фыркнув, Торэ-Ин непримиримо дернул головой, словно принял какое-то решение. Поскольку его половинкой никак не может стать женщина из отсталой расы, живущей без всяческого понимания вселенских законов и процессов, Рина Стриж составит прекрасную пару тем мужским особям, что жили и трудились на Тэфрии. Эта мысль, как ни странно, не принесла желаемого облегчения. Даже наоборот.
Рина переступала с ноги на ногу, прислушиваясь к своему телу, когда в отсек вошел другой тэфриец.
— Ага, — весело отозвался он, — вот вы и пришли в себя. Я — Максар, местный врач. Сейчас я вас осмотрю.
— Да вроде все цело, — пробормотала Рина и представилась.
Медик кивнул и принялся осматривать ее, пощупав под ушами, посветив в глаза лучом маленького фонарика, одобрительно и восторженно поцокал языком, отметив невероятный цвет глаз, вколол ей в плечо две ампулы и отстранился, довольный результатами своей работы. Потом он метнулся к небольшому на вид пластиковому ящику, достал оттуда комбинезон и обувь Рины и положил рядом.
Пока облачалась, Рина мысленно сравнивала медика и генерала. Максар показался Рине намного приветливее и симпатичнее генерала. Более теплым, что ли. Вероятно, причиной тому послужила золотистая шевелюра волос, малиновые глаза и добродушная улыбка. Не то что, генерал — ледышка. Но… но в присутствии Максара она чувствовала себя спокойно и дышала ровно. А вот генерал Леорса, несмотря на мимолетное общение, уже умудрился вызвать в ней целую бурю эмоций: от полного паралича воли до душившего гнева, когда он пренебрежительно окидывал ее взглядом своих глаз, от дикого желания убежать и спрятаться до разъедающего мозг безумного желания коснуться его. А еще этот аромат. Он стоял у нее в ноздрях, обескураживая и ломая все ее представления о тэфрийцах, возвращая ее в детство, где мама пекла их с сестрой любимый пирог с яблоками и корицей. Откуда тэфрийцам знать, что это самый обожаемый ею аромат?! Кстати о пище, спасенных людей здесь кормят или нет?
Словно прочитав ее мысли, генерал Леорса понимающе хмыкнул, нажал невидимую кнопку на панели у двери и спустя несколько секунд в медотсек вошел вооруженный тэфриец.
— Проводи нашу гостью на пищеблок к ее товарищам. Они поделятся с ней перспективами на будущее, — сказал генерал, резко отстранившись и освобождая дорогу землянке.
Рина улыбнулась, расправила плечи, дерзко подняла высокий воротник комбинезона и зашагала за конвоиром.
Едва за ними дверная панель закрылась, Максар подозрительно оглядел генерала и по совместительству своего лучшего друга с ног до головы.
— Что с тобой, Леорса?
— Ничего, — повел широкими плечами тот и скрестил руки на груди. — С чего ты взял, что со мной что-то не так?
Брови Максара дернулись, но он красноречиво промолчал.
— Я себя прекрасно чувствую. Даже лучше, чем обычно, — горячо заговорил Торэ-Ин. — И нет, я еще не сошел с ума!
И, стараясь сохранить достоинство, вышел из медицинского отсека, хотя в душе все кричало о том, что вероятность свихнуться уже в самое ближайшее время необычайно велика.
Конвоир косо поглядывал на Рину, во все глаза рассматривающую коридоры корабля и проходящих мимо тэфрийцев. Она старалась приметить каждую полезную деталь и не упустить ничего важного, втайне восторгаясь плавными изгибами и очертаниями, наслаждаясь мягкими формами вокруг и мерцающим материалом внутренней отделки корпуса. Через пару поворотов и спуск на лифте на три уровня ниже, они очутились в светлом просторном холле, дверь из него вела в огромный прямоугольный зал. В центре находился большой аппарат для раздачи пищи с несколькими интерактивными экранами и расположенными под ними отверстиями, откуда появлялись подносы с выбранной едой и напитками. От аппарата к стенам, словно лучами, расходились ряды столов и стульев обтекаемой формы.
— На экране найдешь раздел с подходящим для вашего вида меню. Нажимай, что нравится и отправляйся к своим, — с этими словами конвоир сделал неопределенный жест рукой в самый угол зала.
— О! — вырвалось у Рины. — Вы умеете говорить.
Зрачки его недобро сузились, по коже пробежала оранжевая перламутровая рябь. Она покосилась на него и повернулась к аппарату, ощущая сверлящий взгляд на спине и не менее горячее желание просверлить ее мозг.
Она быстро разобралась с принципом получения еды, заказав себе на ужин запеченную куриную грудку, пару кусков жареной рыбы, большую порцию овощного салата, огромную чашку чая с мятой и приличный кусок торта. Легко подхватив поднос, она отправилась к «своим». Конвоир вытаращил глаза на объем ее ужина и, храня изумленное молчание, проводил к столику, где, как-то зажавшись, сидели земляне.
Пока Рина усаживалась рядом с капитаном Янгом, разговор их на время затих. Она удобно разместилась на сиденье стула, коротко поздоровалась, пожелала всем приятного аппетита и принялась с удовольствием поглощать свой ужин. Она чувствовала скованность своих товарищей, потому за их спинами все время раздавалось презрительное фырканье тэфрийцев, которые имели несчастье ужинать в обществе потрепанных землян. Те в свою очередь глазели на своих спасителей и неприлично шептались. Рина остро ощущала недовольство тэфрийцев, хотя сама была раздражена их пренебрежительным отношением.
Сохраняя самое благодушное выражение лица, она цыкнула сидящему рядом с ней Свенсону и Брукс, которая очутилась напротив:
— Не пяльтесь на них.
— Поверить не могу! Спасены! И кем? Тэфрийцами! — не мог сдержать своих восторгов смуглый техник Рэнсом.
— Это же легендарная, почти мифическая раса, — подхватила Брукс.
— Я бы сказала — заносчивая. Но как вам будет угодно, — резко высказалась Рина.
— Потрясающе! Глядите, какая у них кожа! — бормотала попавшая в число спасенных сокамерница Рины по Яме Сэлли.
— Нам оказана честь соприкоснуться с их технологиями! — тараторил молодой ученый Аджит.
— Честь?! — недоверчиво скривилась Рина. — Всё равно, хватит таращиться и шептаться, — пресекла она все их вздохи.
— Почему? — Сьюзан Брукс вперилась в лицо Рины.
— Это их напрягает. Они и так нас терпят, считают дикарями и варварами. Для них мы стоим всего лишь на ступеньку выше в своем развитии, нежели норги, — Рина сощурилась и язвительно добавила. — Низкий сорт.
Капитан Янг внимательно посмотрел на нее, поставил локти на стол и, сцепив пальцы, спросил:
— Тебе откуда знать?
Рина отправила в рот кусок шоколадного торта, отхлебнула глоток ароматного чаю и, отодвинув воротник, продемонстрировала им лемнискату под ключицей.
Янг, равно как Свенсон и Брукс, проследили за ее движением. Янг понимающе кивнул, а вилка Свенсона упала на стол:
— Ты, чего — мысли читаешь?
— Иногда, — пожала плечами Рина. — И не то, чтобы мысли.
— История с «Маяком» и «Калифорнией» была на слуху у всех, но, — негромко начал говорить Джереми Янг, — все данные по ним засекречены. Все, кто был свидетелями того случая, дали подписку о неразглашении под страхом смертной казни. Что, интересно, там произошло?