Месть пумы

– Ну вот опять, – заворчала Тикаани, когда мы втиснулись за мусорный бак, пахнущий влажным картоном. – Мне и в прошлый раз не сильно понравилось.
– Будет лучше, если он нас учует? – прошипел я в ответ. – И вообще – я слышал, волки перед охотой даже падалью натираются, чтобы перебить свой запах.
– Бывает, – согласилась Тикаани. – Но мне этот способ никогда не нравился, хоть я и собиралась у себя в племени стать охотницей.
Мы с Тикаани вынуждены были сидеть, тесно прижавшись друг к другу: я чувствовал тепло её кожи под мехом и слышал частое биение её сердца. Мы молча выжидали, пока медведь-охранник закончит свой обход. Вот сейчас он обнаружит распластанного бурундука и поймёт, что что-то здесь не так. И наверняка поднимет тревогу.
Ага, уже нашёл.
– Руди? Эй, Руди, что с тобой? – Руди не отвечал – он пребывал в стране грёз. – Фу, да от тебя можжевельником несёт! Ты чем тут занимался?!
Это я натёр бурундука можжевельником, чтобы отбить запах пумы. Когда он очнётся, наверное, решит, что его уже подготовили для барбекю.
К счастью оборотень-барибал решил забрать товарища с собой. Может быть, здесь тоже есть медпункт, как у нас в школе.
– Можете заступить вместо меня? – крикнул медведь коллегам. – У Руди, кажется, что-то с давлением. Старику уже и правда пора на пенсию. Если шеф придёт, скажите, я делаю искусственное дыхание.
Одна из змей, видимо, что-то заподозрила:
– Он ранен?
А вот другая рассмеялась:
– Ты правда собрался делать ему искусственное дыхание? Вот уж тогда бедняжка точно не очнётся.
– Смейтесь-смейтесь, – надулся медведь. Да, с чувством юмора у него неважно. Я был почти уверен, что это Дерек – тот самый барибал, с которым мы уже боролись на горе, когда искали Мелоди. Коварный тип – он нас очень хитро задерживал, пока ему на выручку не подоспел его старший брат.
Как только медведь убрался, мы быстро выскочили из укрытия. И тут я сам чуть не упал в обморок – меня вдруг ущипнули за заднюю лапу. Холли! Белка взволнованно куда-то указывала:
– Туда! Я нашла там потайную лестницу!
И действительно, с боковой стороны здания была дверь, обклеенная снаружи камешками и поэтому кажущаяся частью стены. Сбоку было электронное табло с цифрами. Понятно, это чтобы открыть дверь. Но как узнать код?
Фрэнки, наш технический гений, возможно, справился бы. Ну почему мы не взяли его с собой! У нас же на расшифровку этого кода уйдут долгие часы! А время и так поджимает – скоро вернётся барибал или, хуже того, Миллинг сам что-нибудь учует. А ведь мы хотели устроить ему сюрприз.
Я с удивлением наблюдал, как Холли вскарабкалась вверх по стене и принялась нажимать на кнопки. Раздался тихий щелчок – и дверь открылась.
– Я видела, как медведь заходил, – довольно объявила Холли, и я благодарно лизнул её в плечо. К языку прилипли пара красных волосков.
– Ты что, линяешь? – пробормотал я, пытаясь скрыть, как сильно нервничаю.
Мы вошли внутрь. Наше единственное преимущество было в том, что мой бывший наставник наверняка не ожидает от нас такой наглости.
– Разумеется, – ответила Холли и рванула вверх по лестнице.
Лестничный пролёт был широким, здесь и медведь с лёгкостью пройдёт.
– Думаю, мы на верном пути, – выдохнула Тикаани. – Чуешь? Здесь проходили медведи и пумы.
– Запах Миллинга узнаёшь? – спросил я, но волчице пока не удалось его уловить.
Она, конечно, поняла, что я боюсь, но ничего не сказала. У неё у самой тоже наверняка нервы напряжены до предела. Здесь нам никто не поможет – ни друзья, ни учителя, рассчитывать придётся только на себя.
В конце коридора виднелся слабый свет. Неужели мы нашли опорный пункт?! Я крался вверх по ступеням и чувствовал, как у меня нервно дёргается кончик хвоста. И вдруг я услышал голоса. Нет, только один голос.
Я осторожно заглянул в щёлку и увидел стройную женщину с длинными тёмными волосами. Я её сразу узнал – это была гремучая змея Шейла, именно она пыталась поймать меня тогда в бассейне. Наполовину отвернувшись от двери, она сидела перед монитором, на котором высвечивалась карта США, и что-то диктовала в смартфон:
– Необходимо срочно привести в боевую готовность подразделения Калифорнии. Проверить ситуацию на Восточном побережье – готовы ли там командиры. Надавить на Мексику. На Юг можно положиться, а вот надёжность Ломинги нужно проверить. Сказать Гудфеллоу, чтобы следил за Советом, во избежание противодействия. Далее…
Прямо в яблочко! Здесь у Миллинга штаб. Я не осмелился произнести это даже мысленно, да это было и не нужно – у моих друзей тоже есть глаза.
Я быстро оглядел помещение – большой просторный чердак, наверху видны балки, удерживающие крышу. Количество мониторов поражало воображение. Не перед всеми экранами стояли стулья, некоторые мониторы располагались на уровне человеческого колена или даже ступни и перед ними лежали ковры с явными следами когтей. В дальней части комнаты у единственного окна возвышался деревянный подиум, покрытый дюжиной шкур вапити. Мне чуть плохо не стало от этой картины. Наверное, это личное ложе Миллинга – оттуда вся комната как на ладони. Но сейчас моего врага не видно, единственным живым существом в комнате была его сообщница.
Зазвонил телефон, Шейла взяла трубку. Я навострил уши, чтобы не пропустить ни слова.
– Нет, Арулу пока не нашли, но мы работаем над этим. Да, я понимаю, если не закончим с этим делом, Великий день может оказаться под угрозой. Шеф мне об этом говорил…
Арула! Тикаани при встрече с Миллингом тоже слышала это слово. Это имя какой-то женщины? Хорошо бы Шейла ещё что-нибудь про неё сказала: ясно, что Арула для Миллинга очень важна. А вдруг с её помощью можно помешать его страшным планам?
Но Шейла, к сожалению, закончила разговаривать по телефону и переключилась на кого-то ещё.
– Да, алло? Да, всё спокойно. Разумеется, ситуацию на Юге можем обсудить. Когда вы придёте? Поняла. Тогда до скорого.
Мы с Тикаани в панике переглянулись. Если сейчас по лестнице поднимется кто-нибудь ещё, нам несдобровать. Здесь нас нельзя не заметить. Надо же, нам опять повезло: гость ведь мог появиться у нас в тылу – и без предупреждения.
– Это Миллинг сейчас придёт? – шепнула Холли.
– Наверное, – пожал плечами я.
Да, я должен призвать Миллинга к ответу и поквитаться с ним. На секунду прикрыв глаза, я снова оказался в несущейся в пропасть машине. И мой бедный раненый друг всё время стоял у меня перед глазами. Гнев снова поднимался во мне.
Мы с Тикаани согласовали наши действия без единого слова, только взглядами и жестами. И бросились в атаку.