Сад нашей памяти

– Да, такой день, как сегодня, сразу напоминает мне, почему я как можно чаще стараюсь приехать в Вудмонт.
– То есть вы здесь все время не живете?
– Я, можно сказать, разрываюсь между Вудмонтом и Вашингтоном. Причем я уже изрядно ужала расписание своей адвокатской практики, чтобы побольше времени проводить здесь.
– Как я вас понимаю! Я очень люблю здешнее начало лета. Когда я была ребенком, то мы с матерью каждый год приезжали сюда на Неделе старинных садов. Мы здесь чудесно проводили время.
Элайна тихо улыбнулась, отчего в уголках глаз и возле рта у нее появились тонкие морщинки.
– Мы уже думаем о том, чтобы в следующем году снова открыть для публики сады. Это знаменательная неделя, когда можно похвастаться перед людьми всем тем, что сделано за долгую зиму.
– У вас ведь двести акров, верно?
– Уже сто пятьдесят. Пятьдесят акров продали пару лет назад, чтобы покрыть расходы на ремонт. Новый владелец сразу взялся расчищать территорию под виноградники. – Она усмехнулась. – Всякий нынче мнит себя виноделом.
– И Вудмонтом всегда владел ваш род?
– В основном – да. Некогда он переходил от одной ветви рода к другой, пока его не унаследовал мой дедушка.
– Не желаете взглянуть на фотографии со свадьбы Джинджер?
– Я, собственно говоря, уже кое-что сегодня видела. Вы прошлой ночью отправили ссылку на альбом Джинджер, а она переслала ее мне, чтобы я могла показать фотографии Маргарет. Вам удалось самый скверный дождливый день превратить в счастливый и жизнерадостный. Мой любимый снимок – это где Джинджер с Кэмероном, взывшись за руки, бегут, разбрызгивая лужи, под дождем. Вымокшие до нитки – и оба радостно смеющиеся.
У Либби была такая же реакция, когда она впервые взглянула на эту фотографию.
– Спасибо.
– И мне бы хотелось, чтобы вы отсняли виды поместья, равно как и процесс восстановления оранжереи. Моя дочь Лофтон тоже все время мне говорит, что Вудмонт вполне созрел для соцсетей.
– И ваши сады, и возрождение оранжереи, несомненно, будут иметь большой успех. И если вы решите открыться для мероприятий, все даты надолго вперед будут быстро забронированы. Но вы точно хотите, чтобы именно я занялась здесь фотосъемкой? Я ведь свадебный фотограф, а вам, пожалуй, нужен кто-то с опытом пейзажной фотографии.
– Что-то мне подсказывает, вы справитесь с этим заданием. – Элайна, улыбаясь, смахнула с лица прядь волос. – Вам, наверное, много довелось повидать подобных мест?
– Да, уже немало. Но искренне считаю, что ваше поместье – нечто совершенно незаурядное.
Либби потянулась к сумке за серой глянцевой папкой, которую она обычно использовала как презентационную. Снаружи был прилеплен круглый стикер с ее собственным логотипом «ЛМ * Фотосъемка».
– У меня с собой имеется прайс-лист, с которым вы, возможно, захотите ознакомиться для начала.
Элайна взяла в руки папку, однако даже не удосужилась ее открыть.
– Я уже побывала на вашем сайте. Ваши цены вполне вписываются в наш бюджет.
– У меня есть несколько комплексных пакетов. Если вы покажете мне свою оранжерею, то я, наверное, смогу озвучить более конкретное предложение.
– Хорошая мысль! – Элайна тут же опустила взгляд на высокие каблуки Либби: – А в этих туфлях вы сможете туда прогуляться?
– Разумеется.
Они обе поднялись с кресел и сошли со ступеней крыльца.
– Тогда следуйте за мной. Я проведу для вас маленькую экскурсию. Мы сперва пройдемся по верхней территории поместья, а потом я отвезу нас к оранжерее, что находится внизу.
Келси тут же подхватила с земли палку и, поднеся ее к ногам Либби, потыкалась ей носом в руку. Либби взяла палку и с размахом зашвырнула подальше. Собака рванулась вдогонку и вскоре уже вернулась, готовая бежать еще. Сэйдж с прохладцей потрусил за ними позади, то и дело угрюмо пофыркивая.
Позади хозяйского дома стоял ряд небольших белых коттеджей, с виду таких же старых, как и главный особняк.
– Вудмонт с самой постройки являлся действующей фермой, – пояснила Элайна. – В этих домиках проживали управляющий плантациями и работники, ухаживавшие за пшеницей на полях.
Хозяйка остановилась перед первым белым домиком, отмеченным табличкой «Посторонним вход запрещен».
– Это уже свежеотремонтированный коттедж. Когда в имении будут гости, я планирую большей частью скрываться здесь. Не хочу как-то их стеснять своим присутствием.
Элайна открыла дверь и сразу же включила внутри свет. В большой комнате стояла широкая кровать с балдахином, застеленная белым покрывалом. У противоположной стены дома виднелась скромная кухонька. В то время как мебель в комнате выглядела антикварной, кухня была оснащена на современный лад.
– Напоминает гостиничные коттеджи с размещением «кровать плюс завтрак».
– Если мы действительно откроемся для проведения торжеств, то, как говорит мне дочь, нам понадобится использовать каждый уголок имения, дабы максимизировать доход.
– А она здесь тоже собственник?
– Она юрист и к тому же хорошо разбирается в цифрах. Всякий раз, как у меня возникает какой-то замысел, она все тщательно подсчитывает, ворчит, что мне, скорее всего, не хватит денег, чтобы его реализовать, а потом находит-таки способ осуществить мою идею.
Заслышав звук газонокосилки, Келси с Сэйджем выскочили из дома. Элайна вышла за дверь и помахала рукой. Либби тоже выглянула наружу.
На недавнем празднестве, в темном костюме, высокая и худощавая фигура Коултона смотрелась очень даже неплохо, однако сейчас, когда он был в джинсах и футболке с едва проступившими пятнами пота, ему удавалось выглядеть еще привлекательнее. Под обносившейся камуфляжной шляпой темнели солнцезащитные очки.
– Коултон, я думаю, ты знаком уже с Либби МакКензи? – произнесла Элайна.
Либби протянула руку, и Коултон, быстро стянув садовые перчатки, обхватил своими крепкими мозолистыми пальцами ее ладонь. Даже сквозь темные очки она почувствовала на себе его пристальный взгляд.
– Пожалуй, это самый трудолюбивый фотограф во всей Вирджинии, – улыбнулся он. – Немногие ваши коллеги столь энергичны в своей работе, как вы.
– Еще раз спасибо, что так вовремя подвезли меня в субботу. Некоторые гости вымокли просто насквозь.
– Рад был помочь.
– Я попросила Либби отснять территорию поместья и оранжерею, – молвила Элайна.
– Замечательно, – кивнул Коултон. – Дайте знать, если понадобится от меня какая помощь. – Тут он понизил голос до громкого сценического шепота: – Элайна у нас крутой начальник.
– Какой из меня начальник! – рассмеялась та. – Это скорее про Маргарет.
– А вот моей матушки пугаться не стоит, – сказал Коултон. – Она порою кажется нелюдимой, но сделает для вас все на свете.