Сад нашей памяти

– Мне следовало сказать тебе об этом еще несколько месяцев назад. Но я знал, как тяжело ты переживаешь потерю отца.
– Несколько месяцев? Когда же у нее срок?
– Через пару недель.
Либби кашлянула, прочищая горло.
– Вот это да! Потрясающая новость.
Интересно, он припас уже футболочку с эмблемой «Nationals»?
– Ты очень расстроена.
– Нет. Просто удивлена. – В доказательство того, что не питает мрачных чувств и что нормально все восприняла, Либби обняла его. – Я знаю, как долго ты этого желал.
– Уверена, что все в порядке?
– Разумеется. – Голос ее звучал как будто с расстояния, со странной непривычной вибрацией, напоминая далекий гром перед надвигающейся грозой. – Что ж, удачи вам обоим.
Он внимательно поглядел на Либби. В глазах у него темнело замешательство.
– Я понимаю, что выбрал не самое лучшее время…
– Лучшего времени, я думаю, и не представилось бы.
Джереми вытащил из «Вольво» коробку и отнес к ее машине. Либби заглянула внутрь:
– О, мои беговые кроссовки! Мне и впрямь их не хватало.
– Вот и я подумал, что они тебе, наверное, нужны.
– Очень заботливо с твоей стороны. Спасибо. Но мне пора бы вернуться к работе.
– С тобой точно все будет в порядке? – спросил Джереми с совершенно искренней заботой, которая почему-то вызвала в ней раздражение.
– Со мной все отлично. Не волнуйся за меня. – Либби излишне громко захлопнула дверцу машины. – Мне правда необходимо вернуться к работе. Мои молодожены вот-вот уже отъедут.
Джереми взял ее за руку. Его сердечное рукопожатие немного согрело ее ледяные пальцы.
– Удачи тебе, Либби. Я буду всегда любить тебя.
Она тихонько кашлянула.
– Ну, прям как в песне! Взаимно.
Бросив ему напоследок улыбку, Либби направилась к крыльцу особняка. Ноги ее были будто деревянные, от напряжения даже свело поясницу.
Поднимаясь по ступеням, она на миг лишь оглянулась на приготовленный для новобрачных старинный автомобиль и едва не уткнулась в женщину, стоявшую на самом верху лестницы.
– Прошу прощения, – обронила Либби, но тут подняла голову и обнаружила, что перед ней сама хозяйка имения, Элайна Грант.
Миссис Грант, которой было уже за пятьдесят, одета была в хорошо шитый, по фигуре темно-синий костюм и черные туфли на каблуках. Ее каштановые, с легкой проседью, волосы были убраны на затылок в «ракушку». Сьерра назвала бы ее стиль французским шиком.
– Ничего страшного, – отозвалась миссис Грант.
– Простите, задумалась на минуту. Быть может, хотите, чтобы я сделала еще какие-нибудь снимки? – спросила Либби, глядя с крыльца, как «Вольво» Джереми набирает ход, удаляясь по длинной подъездной дороге.
– С вами все в порядке? – пристально вгляделась в нее миссис Грант. – Вы как будто бледны.
– О, не беспокойтесь, все отлично. Просто мой бывший муж решил вдруг нарисоваться и вернуть кое-что из моих вещей. А заодно сообщить мне, что снова женится и что скоро у них будет ребенок. Но знаете что? – улыбнулась Либби. – Он привез мои любимые беговые кроссовки, в которых мне было просто потрясающе. Знаете, когда уже как следует разносишь пару, и все же они хорошо поддерживают ногу. Этакая золотая середина. Мне действительно их очень не хватало.
– Вот как? Так с вами точно все в порядке?
Ее пространная тирада прозвучала исключительно нелепо. Будь ее жизнь телевизионным ситкомом, Либби сейчас бы даже ухмыльнулась, услышав за кадром неестественный в записи смех.
– Простите, наговорила вам лишней информации, миссис Грант. У вас прекрасный дом и изумительные сады.
Миссис Грант улыбнулась:
– Жаль только погода подкачала. И пожалуйста, называйте меня Элайна.
– Хорошо, Элайна, – кивнула Либби. – Погода – всегда фактор риска. – Она кашлянула, прочищая горло, в надежде, что миссис Грант уже забыла про ее ненужную болтовню насчет Джереми. – С вашей стороны было так мило открыть свой дом для свадьбы Джинджер.
– Я ее знаю с малолетства. И ее мать всегда была очень ко мне добра. Мы практически одна семья.
Надеясь побыстрее переключиться от признаний Джереми на что-нибудь другое, Либби поспешила добавить:
– Если вы когда-нибудь решите сдавать в аренду свое имение для частных мероприятий, то сможете получить от этого большую выгоду.
– Я еще несколько лет назад обдумывала эту идею, но, пока сады не будут как следует восстановлены, мы мало что можем предложить публике.
– Они и сейчас уже в прекрасной форме.
– Приятно слышать это от вас, поскольку я подумываю составить каталог с фотографиями дома и цветников. И если мы решимся-таки на это предприятие, то нам также понадобится и свой сайт.
– Да, без этого не обойтись.
– Подходите в понедельник в одиннадцать часов в мой кабинет. Обсудим это поподробнее.
– Конечно. Это было бы замечательно.
В доме раздались восторженные приветствия, и Либби поняла, что невеста переоделась в свой дорожный наряд и готова к отбытию.
Либби тут же подняла фотокамеру и, отступив от собеседницы, направила объектив на жениха с невестой. Следующие несколько минут были наполнены радостным смехом, порханием нежно-желтых лепестков роз и торжественным отъездом молодоженов на ретроавтомобиле.
Не переставая снимать, Либби некоторое время следовала за машиной, неторопливо ехавшей по длинной гравийной дороге, и все поглядывала на привязанные к автомобилю жестяные банки, что отчаянно брякали, предвещая новобрачным только самое лучшее.
 
Глава 4
Либби
Понедельник, 8 июня 2020 г.
г. Блюстоун, штат Вирджиния
Ей снилась прелестная малютка. Либби уже не раз видела ее во сне, и теперь, как и в прошлых снах, она целовала кроху в нежный животик, вдыхая еле ощутимый запах сладкого молока, и терлась кончиком носа о ее малюсенькую хлопковую распашонку. Маленькие ручонки сжали ее волосы в кулачках и подергали, отчего и мать, и дочурка счастливо рассмеялись.
– Кем же ты станешь, малышка? – задумчиво спросила Либби.
Брыкая крохотными ножками и булькая смехом, девочка ответила:
– Я стану кем только пожелаю. Передо мною – целый мир.
– Но ты еще слишком мала, чтобы что-то сделать в этом мире. Останься со мной.
– Матери и дети не всегда могут быть вместе, – возразила малютка без малейшей печали в голосе.
– Но это неправильно, – тихо сказала Либби.