Потеря поля

Мистер Дейс сделал шаг в мою сторону, и на этот раз мне больше некуда было отступить. Но в этом не было необходимости. Он не собирался нападать на меня, а просто пытался предупредить меня. О том, что мне нужно было услышать. Я не знала мальчиков. Он прав. Я наивна. Невинна. Невежественна. А любить Нэша, вероятно, было ошибкой.
— Я не хочу потерять тебя. И больше не прикоснусь к тебе... если ты этого не хочешь. Но не отстраняйся от меня. Пожалуйста. — Его голос был напряжен.
Мне показалось странным, что мистер Дейс не умоляет меня ничего не говорить и держать это в секрете, потому что он точно потеряет работу. Это, кажется, его не заботило. Я была его заботой. Я не хотела этого, но почувствовала себя особенной. Это было неправильно, но я все же чувствовала себя важной. Как будто потерять меня для него было тяжелее, чем потерять работу.
— Мне нужно забрать свой рюкзак и пойти домой. Я не знаю, как с этим справиться. Просто дайте мне время все обдумать. Посмотрим, может быть, я смогу это понять.
Мужчина отступил назад и слегка кивнул мне.
— Конечно. Все, что тебе нужно. Я здесь. Если ты этого хочешь.
Мне придется пройти мимо него, чтобы добраться до двери. Я не думала, что он протянет руку и схватит меня, но все равно была напряжена и нервничала, пока шла к двери. Коридор был пуст, и я обернулась, чтобы посмотреть на него.
— Все чисто.
Я защищала не столько его, сколько себя. Не хотела, чтобы обо мне в туалете с учителем поползли слухи.
— Если я тебе понадоблюсь, Таллула, ты всегда можешь позвонить.
Кивнув, я пошла за своими вещами. Я не собиралась звонить мистеру Дейсу. В этом я была уверена. Может быть, мне и хотелось бы стать жестче, чтобы не развалиться на части, когда Нэш причинит мне боль, но я не собиралась просить мистера Дейса помочь мне. Я собиралась держаться на расстоянии. Это все было неправильно, и я не просила об этом. Я считала его хорошим учителем и совершенно неправильно поняла его намерения. Я была такой наивной.
Остановившись, я оглянулась на него.
— Вы же знаете, что есть много других девушек, которые были бы лучшим выбором. Они бы хотели привлечь ваше внимание.
Мужчина грустно улыбнулся мне.
— Я не хотел любить ученика. Но мы не можем контролировать свое сердце.
 
Ты боишься цыплят?
    
ГЛАВА 34
НЭШ
 
Накуриться, наверное, было худшей идеей, которая приходила мне в голову за долгое время. Но я это сделал. Мы сделали. То есть я был под кайфом. И что еще хуже, я сидел на пассажирском сиденье «Порше» с таким же обкуренным водителем. Дерьмо. Если нас остановят, мы отправимся в чертову тюрьму. Если и не в тюрьму, то мой отец просто убил бы меня голыми руками. Это заставило меня рассмеяться. Образ отца, душащего меня до смерти. Почему это было так чертовски смешно?
— Нет ничего лучше косяка, чтобы заставить тебя почувствовать себя лучше.
Мне пришлось согласиться, хотя это все равно было глупо. В данный момент мне было все равно. Жизнь была не так уж плоха. Однако образ Таллулы, целующей чертова тренера, не был смешным. Даже после нескольких затяжек.
— Не могу поверить, что она это сделала, — сказал я в ответ.
Хейган снова протянул мне косяк.
— Господи, чувак. Затянись еще разок. Отпусти это дерьмо.
Я посмотрел на него, подумал и отрицательно покачал головой. С меня уже было достаточно. Никакое количество травки не заставит меня смеяться над тем, что я увидел.
— Куда мы едем? — спросил я, не обращая внимания на косяк.
— Черт, если бы я знал. — Был его ответ.
Затем парень усмехнулся и сделал еще одну затяжку.
— Тебе нужно больше. Ты опять хмуришься.
Хейган смотрел на меня. Не на дорогу, и это заставляло меня нервничать. Может быть, мне и правда нужно больше, чтобы расслабиться.
— Следи за гребаной дорогой, — рявкнул я.
Он закатил глаза.
— Никогда не встречал парня, который мог бы курить хорошую дрянь и при этом оставаться таким чертовски напряженным. Где веселье? Нам нужно что-то сделать для видеоблога. Как насчет того, чтобы купить кучу яиц и пойти к дому этого мудака?
Хотя идея подбросить яйца в дом тренера Ди была заманчивой, если он включит это в видеоблог, нам не отвертеться.
— Нам придется заплатить за это. Он может предъявить обвинение с видео доказательствами.
Хейган пожал плечами.
— И что.
И что? Парень либо слишком накуренный, либо сумасшедший. В любом случае, он за рулем машины, и мне, возможно, нужно пристегнуться. Я быстро пристегнул ремень. Хейган увидел это и рассмеялся. Громко.
— Тебе не нужны полицейские записи. Хорошо. У меня есть идея получше. — Он все еще смеялся, говоря это.
— И что ты задумал? — спросил я, не уверенный, что буду участвовать.
— Ты боишься цыплят?
— В смысле, кур? — Мне нужна была ясность.
— Да. Чертовых кур.
Я пожал плечами.
— Нет. Кто боится кур?
Он ухмыльнулся.
— Моя мать. Она от них в ужасе.
Я не был уверен, к чему он клонит.
— И что?
— И я знаю, где можно раздобыть штук пять куриц. Собираюсь одолжить их, отвезти домой, оставить на кухне и вылить немного масла на пол. Установить камеру. Мама приходит домой, заходит на кухню, поскальзывается и кричит, сходя с ума при виде кур.
Парень так хохочет, что даже закрывает глаза.
— Следи за этой чертовой дорогой! — закричал я.
Он ускорился и улыбнулся мне.
— Тебе нужно еще покурить. Серьезно.
И тут я услышал гудок. Громко завизжали шины. Хейган заорал: «Черт!», а затем произошло столкновение двух машин, с такой силой, что мое тело резко дернулось, удерживаемое ремнем безопасности. У меня перехватило дыхание. Боль пронзила правую руку, колени ударились о приборную панель. Я глубоко вдохнул, как только смог отдышаться. Воздух наполнился запахом жженой резины. Я потряс головой, пытаясь прояснить ее, и почувствовал боль. Протянув руку, нащупал что-то влажное. Посмотрев на пальцы, увидел кровь. У меня на голове была кровоточащая рана.
Я повернулся, чтобы посмотреть не ранен ли Хейган.
— Ты в порядке? — спросил я.
Парень даже не пошевелился. Его голова была повернута в другую сторону, тело казалось обмякшим.
— Хейган, чувак? Ты в порядке? Кажется, у меня кровь идет из головы.
По-прежнему никакого ответа. Ничего. Мой желудок сжался. Я протянул руку, чтобы коснуться его, зная, прежде чем сделать это, что обнаружу. Я потряс Хейгана, и его голова наклонилась вперед, но не раньше, чем я увидел его глаза. Открытые и пустые. В них не было жизни.