Чудовищ не бывает
— Откуда ты знаешь?
— Алиса, он завершил то, что начал. Он мертв.
Глядя на Лео, Алиса поняла, что тот говорит правду, поэтому расспрашивать дальше не стала. Она понимала: он чего-то недоговаривает, что-то утаивает, однако расспросы прекратила.
Дом стоял темный и безмолвный. Поднявшись на второй этаж, Алиса прошла в Сонину комнату и достала из гардеробной пакет с одеждой и блестящими туфлями. Она сунула руку в нагрудный кармашек платья и нащупала что-то холодное и жесткое.
Она вернулась вниз, подошла к черному пианино, вставила ключ в замочную скважину и повернула. Снаружи послышались голоса, среди которых она узнала и Сонин. Голос матери, ее шаги на крыльце, ее дыхание — словно электрический разряд. Алиса открыла крышку и увидела изуродованные, разбитые клавиши, трещины, рассекающие лак, подобно ранам. И она увидела девочку — девочку с молотком в руках.
Голос Сони за спиной.
— Господи, Алиса… Я думала, ты… Я думала…
Алиса захлопнула крышку. Струны внутри тихо застонали. Алиса медленно повернулась и посмотрела на мать, на ее усталое лицо.
— Пора нам купить новое, — сказала она.