В блеске огней

Уилла засмеялась, и от этого звука по моей коже пробежало тепло.
— Я уверен, что скоро стану профессионалом.
Я не мог решить было ли это платонически, по крайней мере, она так звучали, или они все-таки флиртовали.
— Брэди, — послышался голос Айви и чувство вины вернулось. Я тут присутствую при странном разговоре Гуннера и Уиллы, пока Айви пытается со мной поговорить. Да что со мной такое? Для меня это не типичное поведение.
— Тебя позвали, — сказал Гуннер, забавляясь, — Мы догоним вас позже. Пойдем, напарник, возьмем твои учебники для первого урока.
Уилла улыбнулась мне натянуто, затем повернулась и последовала за Гуннером. Прямиком по коридору.
— Кто это? — просила Айви, — Она новенькая?
Две вещи о Лоутоне, которые вы должны знать: это чертов небольшой городок, и каждый знал друг о друге все. Так что, этот вопрос даже не показался мне похожим на правду. Айви точно знала кто такая Уилла, и все девочки в городе уже говорили о ней. Теперь, когда ее видели со мной и Гуннером, люди проведут нужные параллели, вспомнят, кто такая Уилла Эймс, и мы втроем не будем слезать с языков сплетниц.
Реальность будет разрушена
    
ГЛАВА 10
УИЛЛА
Я не была хорошим другом. Они даже не представляли, насколько я была плохой. Пока. В конце концов это всплывет. Мое прошлое и причина, по которой я нахожусь здесь, в Лоутоне, и живу со своей бабушкой. Но сейчас я могла радоваться не в одиночестве.
Гуннер прошел со мной до двери класса, где проходил мой первый урок, все время болтая о субботней вечеринке и делая вид, будто бы я точно там буду. Никто не приглашал меня на вечеринку.
Я не представляла, кто такой Эйса Гриффит, но имя мне его было знакомо. Вчера я слышала его много раз. О нем говорили даже больше, чем о футбольном матче в пятницу вечером. Возможно, говорили о его вечеринке.
Когда Гуннер наконец-то попрощался со мной, я снова ушла в себя. Никто даже не подошел ко мне, когда я направилась к своей парте, на которую вчера мне указала учитель. Моя домашняя работал была настолько безупречной, насколько я смогла ее сделать.
Кто-то рядом занял свободный стул, который стоял рядом со мной и сквозь ресницы я заметила высоко парня с темными, почти черными волосами. Его плечи были очень широкими, что делало его еще внушительнее и больше.
Цвет его кожи заставил меня задуматься о пляже и о солнце, а не о Лоутоне, штат Алабама. Он повернулся ко мне, а я быстро перевела взгляд в свою тетрадь на столе.
— Ты должно быть, Уилла Эймс, — сказал он глубоким голосом, возвращая моё внимание к себе.
— Да, — ответила я, пытаясь вспомнить кто это. Я изучала его лицо, может быть я могла даже знать его. За шесть лет все сильно изменились и у меня было слишком сложное время, чтобы помнить их всех.
— Ты же не помнишь меня, не так ли? Тогда был на семь дюймов ниже и у меня было поменьше мускулов или их не было вообще, когда мы с тобой в последний виделись.
Я улыбнулась через силу. Я чувствовал себя неловко, потому что не могла вспомнить кто это, но вот он прекрасно знал кто я, и что новую девушку в школе звали именно Уилла Эймс? Я не стала издеваться надо собой по этому поводу.
Хоть я и ходила в школу с большинством этих детей, но я никогда не была ни в чьем круге общения. Моими друзьями были Гуннер и Брэди. Меня не приглашали на вечеринки по случаю дня рождения, как ребенка, или на какие-либо другие вечеринки по случаю неважно чего. Я была внучкой помощницы Лоутонов, которую произвела на белый свет распутная мать-подросток.
Он улыбнулся и у него на щеках появились ямочки. Не ожидала такого от парня его размеров.
— Эйса... Гриффит, — сказал он, добавив фамилию, после короткого молчания. Так вот как выглядел это парень имя, которого я уже слышала. Покопавшись в своей памяти, я попыталась вспомнить лицо мальчика, который выглядел намного младше парня нынешнего.
Часто ли он играл с Гуннером в детстве? Я не могла вспомнить всех друзей Гуннера.
На этот раз он усмехнулся.
— Не угадаешь, в тот день я произвел на тебя впечатление, но тогда ты была вся в Гуннере. После того, как Нэш как-то раз назвал тебя «секси», мы не часто видели тебя. Гуннер был в бешенстве и тогда был последний раз, когда мы все с тобой играли.
Поразительные воспоминания.
— Вы все с тех времен изменились, — все, что я смогла ему ответить.
Ямочки на его щеках стали глубже, и это уже было похоже на флирт.
— Также, как и ты.
Я не стала пытаться расшифровать, что значили его слова. Просто улыбнулась, повернулась и снова уставилась в свою тетрадь.
— Ты придешь на вечеринку по поводу моего дня рождения в эту субботу? Я уже буду взрослым, мне стукнет восемнадцать.
Было ли это приглашением? Я снова посмотрела на него.
—Я не знала, что меня пригласили.
Он продолжал ухмыляться.
— Я официально тебя приглашаю. Просто я подумал, что Гуннер и Брэди уже приглашены.
Должна ли я была согласиться? Последний раз я тусовалась... Я даже сейчас не хочу об этом вспоминать. Было это совсем по-другому. Все в той ночи было по-другому. А это был день рождения с футболистами. Я могла бы пойти туда и не чувствовать себя виноватой. Смогу ли я?
— Этот хмурый взгляд предназначен мне. Я не плохой парень. Обещаю, — дополнил Эйса, когда я поняла, что он смотрит на меня и я не отвечаю на его приглашение. Что конечно было невежливо с моей стороны.
— Прости. Я просто задумалась о своем расписании. И да, я с удовольствием приду. Спасибо, что пригласил меня, — произнесла я слишком официально. Стараясь, не наморщится от своего серьезного ответа я снова уставилась в свою тетрадь.
— Мне кажется я заставляю тебя нервничать, Уилла Эймс. Мне это нравится, — это забавляло его, и я уже не смотрела на него.
— Гуннер провожает тебя до следующего урока, как он это сделал сейчас, или мне представится такая честь? — передразнил он мой официальный тон, и я подавила улыбку. Я думаю, что Эйса Грифиит мне нравится.
— Я бы не отказалась, — ответила я, позволяя улыбке все-таки коснуться моих губ. Мне было хорошо, когда я снова улыбалась. Я делала это все чаще и чаще с момента, когда вернулась в Лоутон. Несколько месяцев назад я думала, что я вообще забуду, как улыбаться.
Но с этими мыслями, реальность того, что я видела, что я сделала, и все, что я потеряла вернулось ко мне. Темнота, которую я носила в себе, словно кирпичи на спине, топила меня, тянула вниз и моя улыбка вновь исчезла.
Преподаватель начал урок и завладел моим вниманием, если прошлое ворвется в мои мысли и напомнит мне, почему по-настоящему я никогда не стану нормальной.