Хранители Сердца

— Знаешь почему купол Старофинна такой высокий? — спросил Пламенев.
— Потому что в семейном артефакте Аловых — голове золотого льва, много дури и её некуда девать? — с насмешкой предложил он.
— Верни мне куратора Думова. Твои амплуа начинают меня бесить. — предупредил его Пламенев, хрустнув костяшками пальцев.
— Дайте мне время, я пытаюсь найти настоящее. — ответил Думов, мрачно кивнув.
Пламенев снова на него посмотрел, поймал взглядом сжатые кулаки и кивнул.
— Вы клоните к тому, что над Старофинном зависла башня Воздуха? — выдохнул Думов, возвращаясь к их теме.
— Да, очень высоко, да и скрыта она чарами. — кивнул мужчина. Туда можно попасть. Наверх есть портал. За одним из шкафов в библиотеке.
— А Дарина днями и ночами там пропадает. — понятливо кивнул парень. — И что в башне есть её магия?
Пламенев сбился с шага и мрачно посмотрев на Думова кивнул.
— Оставь пока не определишься вот эту. — попросил он.
— Значит есть? — с улыбкой произнёс парень.
— И что она там делала?
— Училась. — пожал плечами Думов. — В первые дни ей было здесь тревожно, она хотела быть наедине со своими мыслями. А башня — отличное место. От этого и её магия на месте призыва. Но не уже ли нет чужой ауры?
— Наверняка есть, просто на это закрыли глаза. — ответил мужчина.
— Насколько всё плохо? — спросил парень, прежде чем Пламенев открыл дверь в кабинет Аловой.
— Они хотят сделать так, чтобы она покинула Землю, во что бы то ни стало. Зверь здесь для того, чтобы её спровоцировать. И всё дело повёрнуто таким образом, что не выкрутишься. — мужчина чуть хмуро сдвинул брови. — Я предлагал позвать экспертов, но Совет пропустил мимо ушей. Я даже знать не хочу, кто их так запугал.
— Кто бы там ни был, мы страшнее. — парень так устрашающе улыбнулся, что Пламенев не стал оспаривать его слова.
— Даже если это Фёдор? — усмехнулся мужчина, поймав его задорный настрой.
— Тем более. — Думов открыл входную дверь, пропуская Пламенева перед собой.
— Мы требуем студентку Пламеневу для допроса! — воскликнул высокий мужчина в сером кителе советника.
Алова стояла расставив широко ноги и сложив руки на груди, на лице её была смесь решительности и показного радушия и Думов по её уверенной позе понял — Пламеневу она без боя не отдаст.
— Господин Шепфо, мисс Стриткен. — вежливо и как всегда весело, мило произнёс Думов. На его щеках заиграли ямочки, так что младшая советница слегка порозовела, а её шеф слегка насторожился и очень удивлённо встрепенулся.
— Господин Думов. — кивнул Самуил Шепфо. — Александр Николаевич.
— Так что вы там говорили про допрос? — осведомился Пламенев, принимая игру Думова.
Парень отошёл к стене и стал бросать странные взгляды на мисс Стриткен. Девушка смущалась, документы валились из её рук и она чувствовала себя слегка неловко. А Думов внимательно рассматривал те бумаги, что теряла из рук младшая сотрудница Совета. И лишь Пламенев видел, как его взгляд чуть ужесточался, когда перебегал на документы. Он знал, как воздействовать на людей.
…- И ввиду всех этих обстоятельств, мы хотели бы вызвать студентку Пламеневу на допрос, в качестве подозреваемой. — продолжил Шепфо.
— Вызывайте. — кивнул Пламенев. — Давайте во всём этом наконец разберёмся.
— Зачем же всё так усложнять? — фыркнул Думов, на мгновение теряя маску обворожителя и превращаясь в Барса, но тут же вернул себе улыбку. — Можно использовать заклинание памяти предмета.
Он подошёл к столу и взял в руки энергетический шарик, внутри которого хранилась свеча, использованная в ритуале.
— У вас ведь их несколько? Я могу использовать одну для эксперимента? — спросил Думов, вытаскивая из кармана мелок и вычерчивая на поверхности стола нужные символы.
— Это очень сильное заклинание, вряд ли у кого-то из нас на это хватит магии… — тихо и слегка неуверенно произнёс следователь, в попытке перехватить улику. Но Думов был проворнее, у него гораздо быстрее сработал кошачий рефлекс — тянуть всё к себе.
— Вы что же не хотите увидеть всё своими глазами? К тому же, вы можете записать происходящее на шар памяти и прикрепить к делу.
— Но… хватит ли магии? — спросил мужчина, опасливо, покосившись на свечу. — Если вы не справитесь, основная улика будет уничтожена.
— Ещё останется. — усмехнулся парень и с его рук слетели две магические печати, одна напоминала часовой круг, другая заклинание проекции. Комната превратилась в огромной обсерваторию, только вместо звёздного неба были картинки прошлого свечи.
Вот Дарина берёт в руки упаковку со свечками и вытаскивает несколько штук, расставляет их в подсвечники в круглом зале из белого камня. На полу чертит круг и переступив в него раскрывает свою записную книжку и тетрадь с конспектами с уроков Думова. Она долго всматривается в записи, но потом напряжённо вскидывает голову и вынимает из кармана разбитые часы. На какое-то время она замирает, потом шепчет заклинание, на ладони появляется магическая печать и стеклянная крышка часов выглядит как новая. Пламенева для разогрева произносит ещё пару заклинаний, а потом поднимается на ноги и вскидывая руки создаёт щит из огня, какое-то время она ещё колдует, внимательно рассматривая свои лей-линии проверяет какие-то заклинания из своей книжки и выдохнув в конце концов гасит свечи и уходит. Думов старался проматывать события побыстрее. Вот в башне появляется человек в чёрном капюшоне, осматривается, нащупывает магию Дарины и легко подобрав оставленные ей огарки свечей, заключает их прозрачные сферы. Какое-то время свечи хранятся в чьей-то сумке и вот, спустя очень долгое время их передают лично в руки Шепфо.
Думов чуть пошатнулся и остановил сеанс. Опустился в кресло.
— Так… кто говорите дал вам свечи? — спросил Думов, потерев виски. Если бы в нём успело накопится чуть больше магии он бы смог показать энергетику человека в чёрном, но он был ещё слаб.
— Вы ведь написали в протоколе, что нашли их при осмотре сами? — возмутилась мисс Стриткен. — Я доложу об этом руководству, магистр Шепфо.
— Татьяна, ты не правильно понимаешь… — он потянулся за шариком с записью, которую вела девушка во время пока прошлого свечи. Но девушка прытко увильнула, отправляя его в пакет с документами. Девушка нахмурилась и была напряжена, как пружина.
— Так что, магистр Шепфо, звать Пламеневу или вы со своим руководством сами разберётесь, кто виноват? — спросил Думов, потягиваясь по-кошачьи на кресле.
— Мы всё уладим. — ответила за следователя Татьяна, она больше не была растерянной помощницей, её взгляд обрёл некоторую жестокость и беспристрастность. — Можете не переживать.
Думов любил тех, кто жить не мог без правды. Татьяна Стриткен была из тех, кто за правду готов порвать даже собственного начальника. Она была ещё неопытна, но в ней был стержень. Такие кадры нужно держать близко. Особенно когда сам не знаешь где правда, а где ложь.