Свет – Тьма

—Ага, я понял. Уже идём,— Ваня кивнул, словно его могли видеть, а потом обратился ко мне, выключив сотовый и запихав его в карман:— Костя, Андрей и Настя уже внутри, они заняли столик. Говорят, что музыка сегодня супер! Какой-то московский ди-джей играет…
Он осёкся. И огонёк, только-только появившийся в его глазах, погас, сменившись привычным беспокойством.
—Но, ты точно…
У меня сжалось сердце.
Так нельзя!
Так не могло продолжаться вечно!
—Да!— быстро произнесла я и снова потянула Ваню ко входу.
Как же мне это надоело! Я не нуждалась в няньке! Пусть сегодня утром я ревела на его плече и думала, что жизнь закончилась, пусть чувствовала себя самым несчастным существом на земле, но Ваня не должен был из-за меня отказываться от привычных развлечений и портить себе жизнь.
Так может, нам действительно стоило расстаться?..
Я вздрогнула всем телом от уже ставшей привычной мысли. Неужели мама думала в первую очередь о нём? Неужели, несмотря на своё сумасшествие, она понимала, что рано или поздно меня постигнет такая же судьба — я попаду в психушку, а Ваня будет мучиться с больной девушкой, как мучился отец с ней? Неужели она просто хотела оградить его от потрясений и пожизненной каторги, а меня от угрызений совести? Или нет? Ваня не станет утирать мне сопли и уйдёт сам, от чего я ещё больше погрязну в своей депрессии. Иначе зачем она так настаивала на нашем расставании? Она же видела, что я была счастлива с Ваней…
Или она видела что-то другое?
—Лиза, пойдём…
Я поняла, что застыла посреди холла, уставившись в одну точку и не замечая ничего и никого вокруг. Люди проходили мимо, пытаясь обогнуть вдруг появившуюся статую, задевали меня, толкали, ворчали, но я ни на что не реагировала.
Я растеряно подняла глаза.
Ваня стоял возле меня. Вид у него был сосредоточенный и угрюмый, между бровей пролегла морщинка, а во взгляде читалось недовольство и тревога. Оказывается, он уже отстоял очередь и взял нам билеты, пока я торчала здесь как истукан…
—Ой, прости, я задумалась,— пролепетала я и поспешила на контроль.— Пойдём, конечно.
Охранник, наблюдавший эту сцену, недоверчиво на меня посмотрел, старательно разглядывая зрачки в тусклом и переменчивом свете. От и до перерыл мою сумку, но всё-таки пропустил.
И мы погрузились в другой мир.
Музыка, казавшаяся громкой на входе, здесь звучала в сто раз громче. Она раскатами грома ударяла по барабанным перепонкам, грозя вот-вот выбить их окончательно. Басы сотрясали всё тело до кончиков пальцев, а вспышки прожекторов слепили, на доли секунды отнимая способность видеть. То и дело возле импровизированной сцены — небольшого подиума — выпускали густой дым, прожигая его зелёными лазерами и создавая фееричную атмосферу заплесневелого ада.
Народ ещё не заполнил танц-пол, а накачивался спиртным за столиками и у барной стойки. Плясали только три девицы в умопомрачительно коротких юбках, расшитых блёстками и стразами, ловко балансируя на высоченных шпильках, на которых, как мне казалось, и стоять-то было невозможно. Я завистливо смерила их взглядом. С моим настроением разодеваться в пух и прах, как они, совсем не хотелось, и теперь я чувствовала себя белой вороной среди райских пташек. Серый топ, синие джинсовые бриджи и белые кеды — вот всё, что на мне было надето. Но я пришла сюда ради других целей, нежели они. Я не хотела никого завлекать и ни перед кем не хотела красоваться. Я не ставила себе задачу в обязательном порядке подцепить какого-нибудь парня, чтобы вечер не прошёл зря, ведь у меня уже был парень — самый лучший в этом мире! Хотя, конечно, это было жалкое оправдание хандре и безобразному внешнему виду…
Мы протиснулись сквозь толпу и направились к столикам в самом дальнем углу. Ребята всегда выбирали места подальше от основного веселья, поскольку музыка там громыхала не так сильно, и можно было услышать друг друга. За наше короткое путешествие через клуб я получила несколько толчков под рёбра, а когда мы, наконец, добрались до конечного пункта, даже успела пару раз ненароком дать сдачи особо развязным личностям.
За столом, рассчитанным человек на десять, сидело трое. Настя — красивая блондинка с длинными, лоснящимися кудрями, в миниатюрном топе через одно плечо, не скрывавшем отсутствие белья, и с кучей косметики на юном лице. Её парень Андрей — высокий, ростом под два метра, сероглазый и широкоплечий, словно ожившая мечта любой девушки. И Костя — симпатичный, коренастый брюнет со смуглой кожей, чем-то напоминавший турецкого султана. Наверное, обилием украшений, которое было не характерно для мужчин: на нём висело несколько цепей, пара браслетов и как минимум три печатки красовались на крепких пальцах. Он являлся местным балагуром и донжуаном, всегда улыбался, демонстрируя идеально белые зубы, и мог разговорить любого, даже такого молчаливого и необщительного парня как Андрей.
Завидев нас, Костя подскочил с места и в приветственном жесте развёл руки в стороны, напомнив мне торговца с восточного базара. Я усмехнулась и постаралась задержать внезапно появившуюся улыбку надолго.
—Кого я вижу!— воскликнул Костя и кинулся обниматься сначала с Ваней, а потом со мной.
Мы расцеловались в щёки, а с остальными я просто поздоровалась. Такие вольности принимали не все, но Косте сложно было в чём-либо отказать.
—Что за лицо? Мы же пришли сюда веселиться!— по-доброму сделал он замечание и слегка щёлкнул меня по носу.
А я-то думала, что мне удастся всех обмануть…
Я приготовилась сочинять оправдания, но Костя избавил меня от них и, потирая руки в предвкушении, принялся вещать:
—Вы как раз вовремя! Мы только что заказали выпивку и кое-что из закуски. Никто не возражает против огурчиков-помидорчиков? А ещё у нас мясная нарезка, сырные палочки, сухарики с чесноком и орешки. И я взял водку и сок. Вы ведь пить будете?
—Я буду!— отозвался Ваня, который, наконец, смог вставить слово.
—Отлично, а то эти двое уже пиво дуют!— он махнул рукой в сторону Андрея с Настей.
Настя скривила рожицу, но улыбнулась. Видимо, он давно раскручивал их на крепкое спиртное.
—Лиза, а ты?
—Пожалуй, я начну с коктейля, а там подумаю…
—Ага, держи меню! Я его у официантки силой вырвал. Представляешь, хотела забрать, типа народу много, а меню мало. Больше печатать надо! Ой, сто лет вас не видел! Как разгульный отдых, студентики?..
Я изучала коктейльную карту, пока Костя устраивал Ване допрос. Тот общался с большим энтузиазмом и нескрываемой радостью от своего нового достижения. Периодически в разговор вступала Настя, разбавляя атмосферу звонким смехом, а Андрей больше молчал, отвечая, лишь когда его спрашивали напрямую. Они обсуждали каникулы, поскольку все являлись студентами, погоду, предстоящие вылазки на природу и стоимость машин, которые присмотрел для себя Ваня. Я особо не вмешивалась и сосредоточенно пыталась разобраться в составах модных напитков, но не получалось — музыка давила на уши, да плюс Костя периодически дёргал по каким-нибудь мелочам. Отвечать мне часто не приходилось, достаточно было кивнуть в знак согласия. А иногда Костя вообще сам всё говорил за меня, чему я, собственно, и не возражала.