Застенец 4 (СИ)

— Время — довольно условное понятие. Точнее, для твоего мира оно вполне конкретно. Но здесь, как бы сказать попроще, в большей своей части является пространственным измерением.
— В большей своей части? — не понял я.
— Человек слишком слаб. Даже самый просветленный из нас сохраняет в собственном сознании крохотные частички своей человеческой личности. Конечно, путем долгого соединения с Потоком, осознания суетности и тщетности собственного места в мире, можно добиться полного погашения человечности, однако это трудный путь. Поэтому, несмотря на обширные знания, мы договорились жить в таком же трехмерном пространстве, как и прежде. Для удобства большинства.
Не сказать, чтобы я совсем ничего не понял. Однако был сейчас максимально близок к этому. А старик все не унимался.
— Каждый просветленный эфери, как ты нас назвал, способен создавать значительные искривления пространства. А если учитывать, что время — такая же пространственная величина…
— То вы способны управлять временем, — наконец дошло до меня.
— Очень грубо сказано, — скривился Сирдар. — Мы способны находить себя в разных частях пространства времени. Так точнее.
Самое интересное, несмотря на обилие информации, моя голова не кипела. Наоборот, появилась робкая надежда на понимание. И на успех. Если эфери мне помогут, то я могу вернуться в любую точку времени. Еще непонятно, как, но могу. Значит, можно предотвратить и убийство президента, и… эскалацию конфликта. Да вообще кучу всего!
Правда, чем больше я думал, тем больше у меня возникало вопросов.
— Если вы можете выйти в любой точке пространства-времени, то… почему не спасли свой мир?
— От чего? — опять мягко улыбнулся старик. Сказать по правде, это начинало уже подбешивать. — От самого естественного, что может быть во всех мирах? От Потока?
— Но вы ведь видели Падших. И тех существ, которых извратила магия. В смысле, ваш Поток.
— Нет, Поток не может быть плохим или хорошим. Он никакой, — ответил Сирдар. — Не существует оскверненной магии, черной или белой. Поток имеет свои функциональные особенности, определенные физические законы, если тебе так удобно. И каждое живое существо приспосабливается в меру своих сил и разума. Неужели ты думаешь, что Падшие — это самое отвратительное, что появлялось за все неисчисляемое количество лет во Вселенной? Нет, они лишь использовали Поток, чтобы стать бессмертными в физическом плане, но не уловили самой сути.
— А вы уловили? — я чувствовал, что начинаю беситься. Мне всегда не нравились подобные разговоры через губу.
Сирдар не ответил, лишь улыбнулся чуть шире, чем обычно. Мол, разве не понятно?
— Мы не вмешиваемся в междоусобицу миров. Наше желание сводится к постижению сути Потока и порядка Вселенной.
— Удобная позиция, — усмехнулся я. — А что бывает с теми, кто разочаровывается в ваших идеях? Вы их сбрасываете с какой-нибудь скалы?
— За все время еще ни один из нас не покинул острова по собственной воле. Когда ты немного побудешь здесь, то и сам поймешь, что все вне этого места, лишь мираж. Миры могут сменять друг друга, Поток будет проходить сквозь них, как игла с ниткой, но барахтанье неразумных существ, пытающихся выжить — это лишь круги от мелкого камня в большом океане.
Я скрипнул зубами, но ничего не ответил. Если бы мне не нужны были эфери, то плюнул бы на них, а если точнее, прямо в лицо этому старику, и ушел.
— Ты и сам придешь ко всему. Со временем.
— Вы так уверены в этом?
Мерзкий старик снова ехидненько улыбнулся. Интересно, у них все Сирдары такие бесячие, или мне повезло? Ладно, будем пытаться играть по их правилам. Я же пока ничего не теряю. Если все выгорит, я смогу выйти в любом временном промежутке, только уже умудренный знаниями, и даже без риска разрушить собственное тело.
— Хорошо, что теперь?
— У меня и так много Шаби. Ты станешь Шаби у Сирдара.
Забавно, но первое ругательное слово из четырех букв, которым они именовали послушников, несло в себе странный оттенок эмоциональности. Я будто бы даже почувствовал восьмерых людей разного пола и национальности. А когда старик назвал Шаби меня, то я понял, что пусть слово одно и то же, но он говорит именно обо мне. Так произошло и Сирдаром. Я увидел образ высокого худощавого мужика лет тридцати в набедренной повязке.
 
Не знаю, как они это делают, но надо точно взять на вооружение. Правда, тут у меня родился еще один вопрос.
— Как вы разговариваете со мной? Это не ментальное взаимодействие. И что-то мне подсказывает, что Вы Сирдар, — я попытался вложить в свои слова образ старика. Судя по его сдержанной улыбке, не получилось, — не особо русский. А вот он, — я не стал мудрствовать и просто ткнул пальцем во Мрака, — уж точно нет.
— Язык — лишь средство для передачи информации. Поток позволяет мне услышать то, что ты хочешь передать, и ответить тебе тем же. Лишь то, что ты хочешь сказать и ничего больше, — добавил он.
— Короче, понятно, что ничего не понятно. Ладно, ведите меня к этому Сирдару. В смысле, который мой Сирдар.
Старик легко поманил меня за собой и вышел наружу. Мрак угрюмо смотрел, не торопясь двигаться. Да, дружище, даже я чувствую неприязнь, которая от тебя исходит. Таким макаром тебе до просветления далеко. Всю жизнь в этих шабихах проходишь.
Снаружи оказалось невероятно светло. Первой мыслью было, что сейчас я услышу голоса ангелов и все такое. Но когда резь в глазах прекратилась, я обнаружил то, чего здесь быть не могло. Голубое небо. А еще острова, укрытые зеленью. Плюс кучу домиков, самой разной архитектуры.
Были тут и срубовые избы, и каменные двухэтажные особняки, и крохотные лачуги, даже несколько еловых шалашей. Народ ходил соответствующий — мужчины, женщины, старики, подростки. И все в разной одежде из различных эпох. Но большая часть оказалась облачена в легкие платья, мужчины в том числе. Короче, я же говорил — Нетфликс.
— Откуда здесь Солнце? — спросил я старика, пока мы пробирались через народ.
Люди, кстати, смотрели на меня по-разному. Некоторые с явным любопытством, в основном это те, кто носил яркую и странную одежду. Другие, те самые минималисты — с легкой отрешенностью. Будто знали какой-то секрет, но выдавать его не собирались.
— Как я уже говорил, люди слабы. Да и оболочка многих Шаби не может сразу подстроиться под Поток. Поэтому им нужна более привычная среда обитания. Воспользоваться ресурсом Потока для создания необходимых условий — не так сложно. Если знать, как.
Угу, подумаешь, сделал так, чтобы вечная ночь и зима расступились на определенном участке земли. Фигня какая. Лучше бы сказал, какую форму нужно применить. А умничать я тоже могу.
Но по ходу нашего движения я смотрел, чем занимаются остальные Шаби. Последних определить было не сложно. Они больше всего разговаривали, проявляли хоть какие-то эмоции и выглядели ярче прочих. В общем, были максимально похожи на нормальных людей.
Послушники выполняли всякую черновую работу. Что-то носили, рубили, резали, пилили, готовили. И у меня возник новый вопрос.
— Сирдар, разве все, что здесь не можно создать с помощью Потока?
— Можно, — легко согласился тот.
— Тогда какой смысл в том, что все Шаби здесь делают?
— Практического смысла никакого. Ты прав, Поток может напитать энергией оболочку, которую непросветленные пичкают тленом. Строят дома, делают дороги, хотя они не нужны. Можно спать на земле и не ходить вовсе.
— Но тогда зачем? — настаивал я.
— Так они могут себя хоть как-то занять. Процесс постижения очень долог и всегда труден. У кого-то на это уйдет вся жизненная энергия оболочки. Тот Шаби не приблизится и на шаг к просветлению, потому вскоре его сознание закончит свой путь. Работа их отвлекает. Не позволяет поддаться панике перед необъятностью Вселенной.
Сказать честно, чем дольше я тут оставался, тем больше это место напоминало мне рядовую секту. Непонятные и система карьерного роста, разбавленная физической работой. Если окажется, что для вступления тут квартиры на этих самых Гунгамов переписывали, вообще не удивлюсь.