Превосходство Пробужденного. Том 3 (СИ)

— Мама, ты опять сегодня не принимала лекарства? Я же тебе говорила, что так нельзя. Твои панические припадки…
— Что за чушь! — чуть ли не визжит леди Гвидиче. — Ты меня опозорить решила?
— Мама, о чем ты… Перестань, ты меня пугаешь… — строит испуганную мордашку. — Мы же это обсуждали. Давай не при людях. Пожалуйста, успокойся.
Пиджачники смотрят то на Аннет, то на «душевнобольную». Видимо, приходят к какому-то выводу и молча отходят в сторону. Из комнаты не выходят, но и вмешиваться не спешат.
Леди Гвидиче, похоже, понимает в каких шкафах скелеты зашевелились, молча разворачивается, выходит, в дверях одарив меня многообещающим взглядом:
— Это еще не конец…
Что ж. Можно было и потактичнее, но что-то мне надоели дешевые разборки. Иногда надо и пальцем пригрозить ради более важных вещей.
* * *
Уже под вечер сижу в беседке на улице. Какое-то время я искал хоть что-то, что можно назвать прослушкой, но ничего не нашел. И это смутило еще больше. Поэтому на самые важные переговоры по телефону я выхожу на улицу и гуляю по промёрзшему лабиринту из живой изгороди.
Вот и сейчас, я уже второй раз отравляю кодовые слова на номер «112», но Ли не перезванивает. Хотя раньше он делал это сразу. И это меня напрягает…
Вижу Аннету, она молча передает мне кофе и уходит. Хорошая жена. Постараюсь, чтобы ее роль ей сильно не навредила в предстоящей войне.
Войне… Сколько войн я повидал. Некоторые из них я развязывал сам. Ради высших целей. Так говорила Шиила.
Сую руки в карман пуховика, отогреваю.
Уж не знаю, чего стоит месть от леди Гвидиче, но по сравнению с Исталами и Фрагорами, она, по-любому, наистрашнейшая угроза. Согласен, глупо королю игнорировать ненависть своего повара, но я сделаю исключение из правил. Максимум, на что она способна — нанять десяток бомжей, чтобы те меня избили. У семьи Гвидиче не осталось ни связей, ни денег, ни влияния. Только злоба на то, что у них все несправедливо отняли.
Ладно, она и правда неважна.
До оговоренного времени с Сайтамой и Патриком у меня остается еще пара часов, поэтому я решаюсь принять очередное волевое решение. Решение, которое изменит все. Меняю в телефоне сим-карту, набираю личный номер Георгия Александровича.
Он отвечает на третий гудок:
— Слушаю.
Георгий Александрович мгновенно узнает меня, хоть я и слегка искажаю голос. Предостережения на случай записи разговора. А так мало ли какой шизофреник со своими идеями звонит.
— Ты не брал трубку.
Перехожу на ты:
— А ты бы брал трубку того, кто хочет тебя убить?
— Зачем звонишь? Я сейчас занят.
— Хочу помочь Исталам в предстоящей войне. Может даже помогу вам выиграть.
Пауза лишь секундная. Похоже, зама не тревожит, что разговор телефонный. Это только я такой параноик.
— Я не верю, что это не очередная твоя игра. Боишься, что мы расскажем Джунам о дочери консула, да? Ну мы же оба понимаем, что пока ты мне не мешаешь, я попридержу эту информацию. Так что сиди, где сидишь, тихо и не высовывайся, — вздыхает. — Но я не тот человек, который игнорирует даже такие заявления. Поэтому я тебя слушаю. И побыстрее.
— Придется тебе немного отложить дела. Потому что рассказ будет долгим. Итак…
И я стал рассказывать о своем видении на мировую ситуацию. О том, что у границ Российского кластера стоят три клана. Альянс Новусов и Вальтов на западе. Джуны на юге-востоке. Первые хотят напасть на вторых, потому что считают, что Джуны набрали дофига пазлов и надо надавать им по щам, пока этого не сделали сами Джуны со всем миром. Логично, что Джуны не пересекут границу исталского кластера, а окопаются на своих землях и будут с интересом наблюдать, как Альянс добивает на своем пути к ним Исталов, которые и так погрязли в гражданской войне. Максимум, Джуны пошлют своих безымянных ниндзя, ставить палки в колеса то одним, то другим, затягивая конфликт. Это даст им время найти все пазлы.
— Отлично, — тяжелее вздыхает Георгий Александрович. — Вижу, что вечерними новостями ты интересуешься. К чему ты ведешь? И зачем ты говоришь это мне?
 
— Не перебивай. И у меня нету связи с главой вашего клана. Но уверен, что ты достаточно большая шишка в иерархии, чтобы на что-то повлиять и достаточно маленькая, чтобы выслушать меня.
Итак. Все прекрасно понимают, что Исталы не дадут прохода Новусам и Вальтам по своим землям. Во-первых, отношения с Альянсом у них тяжелые. Во-вторых, в кластере творится хаос, спонсируемый этим альянсом. В-третьих, это сильно ухудшило бы отношения с Джунами.
— Я сделаю так, что вы с Джунами заключите альянс против Новусов и Вальтов. Они не будут стоять на границе и ждать, когда вас всех перебьют.
— Кхм… Ты же понимаешь, что я сдерживаюсь, чтобы не сбросить вызов?
— Я знаю, что ваши испытательные экзамены это последний шанс не ввязаться в войну. А все кланы знают, что в школе «Новая Эра» появился целый набор пазлов. И если вы сейчас начнете рвать друг друга на куски, то эти пазлы, уж будем честны, не достанутся никому. Это последний шанс. Последняя надежда на мирное урегулирование и то, что пазлы достанутся хоть кому-то.
Тишина.
— Не хочу знать, откуда ты всё это знаешь. Что еще тебе известно?
Довольно улыбаюсь:
— Мне известно, что Джунсиначи — клан традиций и бессмысленной чести. И если дочь влиятельного политика будет похищена, например, кланом Вельтешафт, то им это очень не понравится и они несколько раз подумают, а не заключить ли против бесчестных гайдзинов альянс с Исталами.
— Так, стоп. Это что за мыльная драма? Какой мотив Вальтам похищать дочь политика Джунов? Это больше похоже на обычный бандитизм. Сами Вальты станут отрицать свою причастность. Да и недостаточно этого, чтобы резко стать друзьями на мировой арене…
Теперь уже я разочарованно вздыхаю:
— Это уже мое дело. Мотив будет. Как и раздутость этой драмы. Вспомни историю, Георгий Александрович. В Америке когда-то убили одного чернокожего наркомана и этого оказалось достаточно, чтобы преклонить мир на колено. А тут совсем не наркоман. И нация другая — гордая, честолюбивая. Ах, да. И знать о нашей маленькой интриге будем только мы с тобой, Георгий Александрович. Мы с тобой будем плясать в тенях, а мир будет считать, что все идёт так, как должно идти.
Тишина. Очень долгая и томительная. Только звук ветра, хруст снега и мелких животных.
— Думаешь, так мы станем к тебе лояльны?
— Что ты, наоборот. Если я это сделаю, то вам проще меня убить, как исполнителя задания, о котором никто и никогда не должен узнать. Но… только если к этому будут причастны Исталы. Имен мы не называем, так что записывать разговор бесполезно. Так что… я сделаю все один. Вам останется только смотреть.
— Зачем тебе это?
— Ну как же… Надеюсь, что вы больше не захотите меня убить. Как человека, который оказал вам огромную услугу, ничего не прося взамен. Ах, да. Кроме одного. Я хочу вернуться в школу и не опасаться за свою жизнь.
— Можешь возвращаться, — без раздумий отвечает Георгий Александрович. — Завтра ждем.
— Смешно.
Слышу ироничный смешок:
— Расскажу тебе о твоем спасителе. Ни за что, не поверишь, кто это был.
Спаситель? Он про человека в форме стража, который спас меня на крыше школы от зама? Да, я долго думал об этом и теорий оказалось так много, что пришлось отмести все.
— Сам догадаюсь.
— Очень сомневаюсь.
— Спасибо за подсказку. Значит буду думать в направлении, в котором я не стал думать до твоего сомнения.
Тишина.
— Я тебя услышал. Делай, что хочешь. А я посмотрю на… как ты там выразился? Куда мир пойдёт. Пока что я слышу лишь громкие заявления от…
— Договорились, — сбрасываю вызов.
Я не хотел прерывать разговор так быстро. Тем более были еще вопросы. Но чувствительный уши уловили очень знакомые звуки среди остальных. Размеренное биение человеческого сердца. Ровное, холодное…