Гильдия Злодеев. Том 4 (СИ)

Альдавир качает головой, разводит руками.
Я же пожимаю плечами:
— Предлагаю об этом не задумываться. Как-то мне не по себе от того, что я бродил целый месяц в каком-то мутном полупространстве между разумом и реальностью, да ещё и не помню этого.
— Наверное… Так, хватит. Пора выходить и…
— Догонять орла? — вздыхаю я.
— Ты и правда подумал, что это возможно? Тебе ещё учиться и учиться, ученик. Всё, третий урок окончен. Отправляемся в Аббатство!
 Глава 8 
Бледный, уставший Альдавир сидит напротив меня.
Вот теперь я точно знаю, что не сплю. Только по-настоящему проснувшись, можно быть в этом уверенным.
Но…
Происходит что-то странное.
Всё будто в мыле. Мир какой-то ленивый, медленный, заторможенный. Звуки деформировались, растянуты, неестественны. Поворачиваю голову и вижу за спиной Альдавира Торна. Он двигается… но очень медленно. Будто в воде.
Только Альдавир в этом кошмаре кажется нормальным.
— Видишь это, да?
— Всё как будто… замедлилось.
— Восприятие времени только в наших головах. Ты ведь понял это ещё тогда, в купальне.
— Что-то… мне так не нравится.
— Пройдёт через пару минут. Последствия длительной нагрузки на разум.
— Я всё равно не понимаю, как это работает. Я ускорился? Или мир замедлился? Вот так вот просто?
— Ни то ни другое. Представь, что ты с рождения ходил с утяжелителями на руках и ногах. И через пятьдесят лет снял их. Ускоришься ты? Или мир замедлится? Только сейчас мы проделали такой трюк с разумом.
— Разве тело может выдержать такие нагрузки?
— Разум имеет безграничные возможности, а тело ему подконтрольно. Не путай воинское мастерство с восприятием времени. Первое зависит от тренировки тела. Второе — от тренировки разума. Попробуй встать…
Так и делаю и… чувствую странную тяжесть. Будто воздух давит со всех сторон. Вопросительно смотрю на Альдавира.
— Не всё так приятно, как ты думал, да? Твой разум и тело — одно целое. Но, например, одежда на тебе к этому целому не относится. В искажённом времени всё вокруг сопротивляется. О тяжёлых доспехах — забудь. Это то же самое, что двигать собой стену. Меч станет непослушным. Даже окружающий воздух превратится в молоко, через которое тебе придётся прорываться. В этом мире время течёт иначе, и миру не нравится, что кто-то это оспаривает.
— Голым, что ли, ходить?..
— Почему нет? Тебя смущают этические соображения?
— Сам-то вон в штанах…
— Мои штаны из диильской паутины. Они практически не имеют веса в нормальном состоянии. Но здесь я ощущаю их тяжёлыми латами.
— Так вот почему ты без оружия…
— Да. Мои плетения духовного оружия намного сложнее, чем кажутся. В этом состоянии на создание одного копья уходит до пяти секунд. При том, что я маг седьмой ступени. Хотя благодаря искажению времени многие считают, что я девятой, не меньше.
Взмахиваю рукой и… она слегка уходит от заданной траектории.
— Странно.
— Ничего странного. Всего лишь подул ветер. Для тебя он сейчас как течение воды. Не забывай, что в состоянии искажённого времени ты устаёшь намного быстрее. Ах да, и старайся не набрасываться с кулаками на врагов. Они стали крепче, а вот ты… более хрупким.
— А если открыть врата в этом состоянии?
— Нет смысла. Если, конечно, ты не встретишь мастера воинских искусств восьмой или девятой ступени. Только их физические параметры примерно равны нашей скорости.
— Ну а всё-таки?
— Я не знаю. — Альдавир пожимает плечами. — У меня нет даже первой ступени, ядовитыми травами я себя не травил.
— А в теории?
— В теории… Нагрузки становятся слишком высокими. Ты нагружаешь не только разум, но и мускулы, сухожилия, связки. Но это не всё. Окружающий мир начнёт сопротивляться ещё сильнее. Очень с этим осторожно, ученик. Представь, что в обычном времени в тебя кинули… камень. Обыкновенный камень. Но ты этого не замечаешь и натыкаешься на него грудью. В обычном времени камень бы отлетел от тебя, но не здесь. Здесь он в лучшем случае переломает тебе рёбра.
— Хреново…
 
— Именно. Запомни одно простое правило: в искажённом мире весь окружающий мир — твой враг. Если ты не заметишь муху на бегу, то она выбьет тебе глаз. Камень — переломает рёбра. Кинжал…
— Понял… — вздыхаю я. — Нет силы без дерьма.
— Нет худа без добра?
— Нет. О, похоже, проходит…
Мир становится привычнее. Ветер не жужжит в ушах странным моторчиком. Руки становятся легче, а Торн двигается более естественно.
Он видит, что я встал и смотрю на него. Выдыхает с облегчением. Иона подходит ближе, смотрит мне в глаза:
— Живой? — Она слегка улыбается. — Ух, я уж думала: не проснёшься! У тебя был такой жар, что не коснёшься. И красный такой, хе-хе…
А глаза-то влажноватые. Что, неужто так переживала? Вслух этого не говорю.
— Альдавир, зачем вот ты их с нами взял?
— Кто-то должен был нас охранять.
— И она?.. — Я киваю на Норану.
— Это действительно так важно? Или мы уже отправимся в путь?
Разворачиваюсь в сторону, куда, в теории, улетел орёл. Он где-то там, в ночном небе.
— Значит, и правда его не догнать…
— Именно.
И тут дело не совсем в скорости. Может, если поднатужиться, то возможно… Но бежать в лесу, где всё вокруг враждебно, — это самоубийство. Даже паутина на лице будет ощущаться если не леской, то неприятными нитками точно. А уж если напороться на куст или торчащую ветку…
Спрашиваю:
— Можно же использовать защитный артефакт, верно? На физическую защиту, например.
— Нельзя.
— Почему?
Альдавир встаёт, зачем-то смотрит вверх, на луну. Точнее, на спутник этой планеты, но для меня-то это луна.
— В искажённом времени артефакты работают против тебя.
Торн и Иона внимательно вслушиваются, но не перебивают. Им очень интересно, что же мы такое обсуждаем.
— В каком это смысле?
— Я не знаю. Я многое перепробовал. Например, физическая защита, наоборот, делает тебя уязвимым, а физическая сила… работает не так, как должна. Такое ощущение, что сильнее становятся окружающие, а не ты.
— Странно это…
— Может, и странно. Вот тебе ещё совет: не играйся со временем…
Кое-что вспоминаю.
— Знакомая фраза. Мы как-то у замка Галленов нашли камень с такой надписью. Это местная мантра или что?
Альдавир не отвечает.
Торн встаёт, покачиваясь:
— Господин Римус, что произошло? Вы получили… что хотели?
— Наверное.
— Вы стали сильнее?
— Тоже сложный вопрос.
— Хм… я не понимаю. Покажете?..
Иона показывает белоснежные зубки:
— Эй, Римус, как насчёт спарринга, а? Пока ты дрых, я почти восстановилась. Меня бесит, что ты меня так быстро догнал. Недавно был жиросвин, а щас глянь-ка какой кра… эм… — Она розовеет. — Какой стал. Или слабо?
Качаю головой.
— Иона, меня на слабо не возьмёшь.
— Я бы тоже посмотрел, Римус. Мне надо понимать, на что вы способны.
— Ладно, ладно, вперёд, Иона, нападай.
Альдавир садится на корягу, равнодушно говорит ей:
— Используй всё, что можешь.
— Что, прям всё? — переспрашивает Иона. — Покалечу ведь. Римус, у нас хоть и одна ступень, но умения на разном уровне.
Торн кивает.
— Иона права, Римус. Пока что она сильнее вас. Вы уверены, что… хм… лёжа чему-то научились?
Альдавир лениво отмахивается рукой, будто от назойливой мухи:
— Ты тоже на него нападай, воин.
Я качаю головой:
— Торн еле на ногах стоит.
— Этот человек сильнее, чем ты думаешь, ученик. И хитрее, чем хочет казаться. Ну что, воин, боишься, что твой господин намного сильнее тебя и отправит на пенсию?
— Хм… Римус?
— Решай сам. Но лучше тебе отдохнуть.
Торн внимательно изучает меня взглядом. Уголок его губ приподнимается, он закрывает забрало.
— Приступим, господин Римус. Совсем недавно вы даже дотронуться до меня не могли, а сейчас… Хм… я не буду вас недооценивать. Шестые врата, конечно, не открою, но на четвёртые ещё сил хватит. Пожалуйста, будьте начеку. Иона, ты готова? Вспоминай, чему я тебя учил…