Миллионы рождают власть (СИ)

— Что же вы замолчали, Михаил Дмитриевич? — раздался голосок Анны, заставляя меня вынырнуть из раздумий. — Хотели же о мошенниках рассказать, играющих, как вы говорите, «вдолгую».
— Окей, — улыбнулся я. — Не столько играющих «вдолгую», сколько вообще об аферистах и их схемах. Давайте поговорим об одном виде мошеннических организаций, которые можно встретить, в том числе на фондовых биржах. Это финансовые пирамиды. Для начала расскажу одну историю, поясняющую, что это такое.
В 1919-ом году итальянский эмигрант Чарльз Понци, приехавший в Америку с двумя с половиной долларов в кармане, занял у знакомого мебельного торговца двести баксов, и организовал свою фирму. Зарегистрировал предприятие в Бостоне под названием «Компания по обмену ценных бумаг». Под прикрытием арбитражных сделок, организация Понци занималось приемом инвестиций.
— А что такое арбитражные сделки? — наивно поинтересовался Саня.
Десантник хотел ответить, но его опередила Анна.
— Если бы вы читали выданную вам брошюрку, Александр Анатольевич, то не задавали таких вопросов, — ядовито пояснила она. — Арбитражные сделки, если говорить простым языком, это когда компания на одной фондовой бирже покупает ценные бумаги, а на другой, находящейся, допустим на противоположном конце страны, перепродает с прибылью. Таким образом, зарабатывает на разнице курсов. И стоимость акций в различных местах, подтягивается к одному общему значению.
— Абсолютно верно, — я подмигнул девушке и продолжил: — Каждый инвестор, вложивший в фирму Понци тысячу баксов, получал долговую расписку, в которой ему обязывались вернуть полторы, но через три месяца. Компания быстро стала популярной, и Понци начал буквально сорить деньгами. Купил себе роскошный особняк и поставил управляющей восемнадцатилетнюю Люси Мартелли. До поры до времени, закрывал обязательства перед старыми клиентами, выплачивая им из поступлений новых. Но летом 1920-го года началась тяжба с одним клиентом, как следствие налоговая проверка. Вкладчики кинулись забирать свои деньги, и пирамида рухнула. Понци нагрел клиентов на три миллиона долларов, и был осужден на пять лет тюремного заключения. Это и была одна из самых первых известных финансовых пирамид в Америке.
Я чуть не добавил, что именно афера Понци послужила примером для Медоффа, но вовремя остановился.
— Итак, кто сможет простыми словами пояснить, что такое финансовая пирамида? — спросил у товарищей.
— Это мошенническая компания, которая зарабатывает, собирая вклады инвесторов. За счёт предыдущих, рассчитывается с последующими, — первой ответила Анна.
— В точку, — я показал девушке большой палец. — Проще говоря, она не занимается никакой деятельностью, собирает и выдает деньги. Основатели таких компаний могут использовать средства клиентов для своего незаконного обогащения. Теперь, вопрос, как подобная финансовая пирамида может действовать на фондовой бирже?
— Продавать свои акции, как невероятно рентабельные, — сразу сообразила секретарь. — При соответствующей подготовке и рекламной компании, это вполне возможно.
— Умница, — похвалил я. — А как отличить такую организацию от реального предприятия?
— Я думаю, она должна предлагать невероятно высокие дивиденды, выгодно отличающиеся от конкурентов в этой сфере, — задумчиво протянула Анна.
— Снова верно. По возвращению домой с меня премия. А здесь выберешь любые духи, на свой вкус, — я ободряюще улыбнулся зардевшейся от удовольствия девушке. — Что-то ещё можешь добавить?
— Нет, — после короткого раздумья, вздохнула секретарь. — Боюсь ошибиться. Лучше вас послушаю.
— Анна назвала первое отличие, — я наставительно поднял палец. — Второе — продолжительность работы. Встречаются пирамиды, рассчитанные на длительную деятельность. Но большинство работают короткий срок, и их владельцы исчезают с деньгами вкладчиков. Поэтому если компания очень долгое время находится на рынке, больше шансов, что это честные бизнесмены. Повторюсь, в каждом правиле бывают исключения, но девяносто процентов из ста, именно так. Третий фактор, позволяющий определить финансовую пирамиду: доходность независимая от состояния рынка. Например, она растет, а в стране развивается кризис. Это ненормально и сразу выдает финансовую пирамиду. Четвертое отличие — гарантия отсутствия рисков. Если владельцы компании или инвестиционного фонда, выпустившего акции, утверждают, что инвесторы «сто процентов» не потеряют деньги и получат сверхприбыль, это, однозначно, пирамида. Сразу бегите от таких «заманчивых предложений» со всех ног.
 
— Понятно, а как мы будем действовать на фондовой бирже Нью-Йорка? — поинтересовался Олег.
— Сначала договоримся с брокерской компанией, представляющей наши интересы. Затем откроем сеть взаимно учреждаемых компаний в оффшорах. После чего начнем работать с фондовой биржей, зарабатывать известность и авторитет. Для начала скупим акции, которые по имеющейся у меня инсайдерской информации, от наших больших друзей в погонах, — я многозначительно указал глазами вверх, — взлетят. Это не финансовые пирамиды, а компании, занимающиеся высокими технологиями. Через десятилетие-другое, они станут востребованными на всем земном шаре, а компании — мировыми лидерами. Плюс ещё акции холдинга, скупающего активы американских гигантов: «Кока-Колы», «Американ Экспресс» и многих других. Он точно не обанкротится. Во всяком случае, в ближайшее десятилетие. Некоторые акции будем скупать напрямую отдельными пакетами.
— А потом? — наконец подал свой голос Саня.
— Проведем несколько масштабных финансовых операций и заработаем миллиарды, — ухмыльнулся я. — Но об этом рано говорить. Не хочу сглазить. Доживем — сам все увидишь.
Внизу снова застучали каблуки и я замолк.
  
Глава 9
 
На веранде появился официант с нагруженным подносом. Расставил огромные тарелки с дымящейся квадратной пиццей и пирогом, блюдца с капрезе и мгновенно исчез.
— Давайте на время прервемся, и отдадим должное итальянской кухне, — предложил я.
Капрезе полностью оправдал ожидание. Базилик придавал закуске пряную пикантность и еле заметную горьковатость. Моцарелла была нежной и чуть пресноватой. Сладкие с кислинкой дольки помидоров в сочетании с оливковым маслом, ароматом базилика и солью создавали тот неповторимый вкус, обожаемый итальянцами и гурманами всего мира.
Горячий кальцоне с телятиной таял во рту, а пицца «Корлеоне», несмотря на то, что я любил более тонкую прослойку теста, была великолепной. Блюда делал настоящий волшебник, влюбленный в кулинарию теплой солнечной Италии.
Мои компаньоны тоже оценили искусство повара. Олег энергично уничтожал «свинчоне», заедая кальцоне, отдавая должное капрезе и запивая всё апельсиновым соком. Саня от него не отставал. Щеки у директора по общим вопросам раздулись как у хомяка. Будто оба с голодного края чудом попали в ресторан итальянской кухни. И если десантник ещё умудрялся выглядеть более-менее прилично, энергично перемалывая челюстями пищу и делая небольшие паузы, перед отправкой в желудок очередного куска пиццы, то Саша не на шутку увлекся, уничтожая куски пиццы один за другим.
В отличие от проголодавшихся мужиков, секретарь лакомилась капрезе и вела себя как дама из высшего света на приеме у аристократа. Аккуратно разрезала ножом дольки помидоров, накалывала их на вилку вместе с ломтиками моцареллы, откусывала маленькие кусочки, всем своим видом сохраняя достоинство.
«Все-таки с секретарем мне повезло», — отметил я, наблюдая за Анной: «Образована, умна, эрудированна, все на лету схватывает, быстро решает вопросы и в обществе себя вести умеет».
Через пять минут, когда Саня, отдуваясь, откинулся на спинку стула, Олег дожевал последний кусок пиццы на тарелке, а Анна расправилась с капрезе и кусочком кальцоне, я продолжил:
— На первом этапе — наша цель на фондовой бирже, завязать полезные контакты, посмотреть, как работает система. Начать покупать пакеты акций, которые в ближайшие годы серьезно вырастут. Все мы неоднократно убеждались, что теория и слова — это одно, а реальность — совершенно другое. Поэтому очень важно, посмотреть, как всё работает на практике, научиться проводить сделки грамотно, чтобы не спровоцировать пока ненужный нам ажиотаж и резкий подъем цен. Теперь, что касается автомобильного и компьютерного рынка…