Экс-любовница олигарха

Стас как назло появляется в офисе, когда Тома отлучается. Заходит в приемную, мы встречаемся взглядами. Я свой отвожу, слыша:
- Привет.
- Добрый день, Станислав Юрьевич, - отвечаю ровно, он усмехается, разглядывая меня. - Кофе?
- Да.
Уходит, я прикрываю глаза. Идиотка? Еще какая.
Делаю кофе и захожу в кабинет, ставлю на стол, когда мобильный Стаса оживает. По инерции бросаю взгляд: “Алена клуб”.
У меня екает в груди. Это же она, моя Алена? Зачем она ему звонит? Стас смотрит на мобильный, делает мне знак задержаться, и отвечает.
- Да, Ален, привет… Нет, не забыл, дела… Давай я тебе позвоню попозже, ладно? Хорошо, договорились. - Он вешает трубку и спокойно продолжает: - Распечатай коммерческое, пожалуйста, должно сейчас прийти от “СтройМодуль”.
- Хорошо.
Я быстро выхожу из кабинета. Внутри смешанные чувства: злость и обида одновременно. На себя, на него, на Аленку. Неужели она не понимает, что он ей только пользуется? И все равно слабовольно ему звонит, выпрашивает время. Зачем? На что она надеется? Он ведь даже не демонстрирует ей симпатию.
- Через неделю я ухожу в декрет, - сообщает вернувшаяся Тома, я киваю, погруженная в свои мысли. - Станислав Юрич пришел?
- Да. Велел коммерческое распечатать.
Обращаю внимание на сообщение и возвращаюсь к работе. В конце концов, жизнь Стаса меня не касается, а Аленка сама решит, что ей надо. Не маленькая.
В обед я сбегаю, говорю, что надо по делам, но на самом деле хочу посидеть в тишине. Тома хорошая девушка, но постоянный щебет над ухом утомляет. Сижу в кафе, ковыряясь вилкой в салате, смотрю в стену.
Послезавтра матери делают операцию. Нужно на этой неделе внести хоть какую-то плату за реабилитацию. Придется попросить у Стаса аванс. Он обещал мне приличную зарплату, вложу ее почти целиком, себе оставлю только на съем и минимум проживания. А со следующей зарплаты закрыть остаток.
Как ни крути, я поступила правильно, согласившись на предложение Стаса: где бы я взяла такую сумму без этой работы, я не знаю. Судьба, конечно, насмешница, что столкнула нас. Что тогда, что сейчас. Только сейчас все будет под контролем. Точнее, ничего не будет. Просто ничего не будет между нами.
 
Дрожащими пальцами я тычу в нужный номер квартиры и слушаю перезвон.
- Давай, Стас, открывай, - бормочу под нос, тяжело дыша. Сердце стучит невпопад, перед глазами круги. Я поехала сюда, не поев, заставила Лилю узнать у Паши адрес.
- Кто? - слышу мужской голос, узнаю Юрия Викторовича. Вот черт.
- Это Настя. Мне нужно поговорить со Стасом.
- Его нет.
- Откройте.
Он мешкает, но открывает, с трудом дожидаюсь, пока лифт едет вниз, а потом на нужный этаж, но выхода нет, мне кажется, сил не хватит подняться по лестнице.
- Где Стас? - спрашиваю стоящего на пороге Юрия Викторовича. Меня знатно потряхивает, думаю, это заметно со стороны. А, плевать.
- Его нет, я же сказал.
- Где он?
Я сейчас подобна торнадо, сметаю все на своем пути, просто прохожу в квартиру, даже не разуваясь, делаю несколько шагов и зову:
- Стас!
- Он за городом, Настя, уехал несколько дней назад.
- Стас!
- Да что за черт!
Юрий Викторович хватает меня за локоть, уверена, что хочет выставить, но вместо этого он тащит меня по коридору и настежь открывает дверь одной из комнат. Я интуитивно понимаю: это комната Стаса.
- Убедилась? - зло спрашивает мужчина. - А теперь перестань истерить и покинь квартиру. Если Стас не хочет с тобой видеться, не стоит приходить сюда и ползать в ногах. Это не поможет.
Я смотрю на него глазами, полными слез. Умом понимаю, что он говорит правильно, но не могу это признать на уровне сердца. Не могу понять, как Стас мог меня просто взять и бросить меня после всего, что было? И тут же ловлю мысль: а что было?
Это для тебя, Настя, было все, а для Стаса - полтора месяца отношений с красивой девчонкой, которая в него втрескалась по уши. Пока это было ненавязчиво, можно было продолжать. Потом появилась кандидатура лучше, а дурочка Настя предъявлять права начала. Может, для него все просто? Вот так взял и бросил, а я все себе придумала? С самого начала все придумала?
Юрий Викторович смотрит жестко и презрительно, а я не кстати думаю, как бы он вел себя, зная, что я могу в одно мгновенье растоптать его карьеру. Если просто откажусь от предложения Обузова.
Да и черт бы с ним. Черт бы с ними всеми. Они достойны того, что получат. Я не обязана страдать из-за них и соглашаться на роль содержанки. Пусть они все сгорят в адовом пламени вместе со своими деньгами.
Я резко разворачиваюсь и иду на выход. Стаса тут нет, он за городом. По всей видимости, с Катей. Не стоило тратить столько времени, ожидая его звонка, переводить чуть ли не последние деньги на оплату мобильного интернета, чтобы мониторить соцсети.
Боже, у меня ведь ни гроша нет. Стыдно признать, но все лето я жила за счет Стаса. Он покупал продукты, платил за меня в кафе, оплачивал такси… Это было так естественно, что я даже не задумывалась насчет того, что мне надо как-то жить. А теперь нужно наскрести денег на билет домой. Я спрячусь в глубинке, Обузов не поедет меня искать. А осенью вернусь и просто буду учиться дальше.
Эта идея кажется идеальной. Просто сбежать от всех подальше. Я еду на вокзал с последними деньгами, покупаю билет и звоню бабушке, чтобы сказать, что в ночь сажусь на поезд. Она не берет трубку. Ладно, позже, не существенно. Она сама перезванивает, когда я захожу в комнату общежития. Не успеваю ничего сказать, как она выпаливает:
- Люда попала в больницу! Настя, она в реанимации. Нужна срочная операция на сердце, они говорят, надо везти в областную больницу, но там только платно.
Бабушка озвучивает сумму, а у меня снова темнеет перед глазами. Я падаю на кровать.
- Сколько? - переспрашиваю нелепо, чувствуя, как трясутся руки, бабушка называет сумму еще раз, а мне хочется завыть: таких денег у нас нет. И не займешь за короткое время. Кредит если только… Если дадут. Что же делать?
Взгляд мечется по комнате, а потом застывает на лежащей на тумбочке визитке.
 
Решаю зайти к Стасу, когда Тома снова отлучается в туалет. Подхожу к двери и замираю, скрещиваю пальцы, поднося ладони к губам, думаю, что сказать. А если откажет? Ладно, сначала поговорить, потом думать, что делать дальше. Ни к чему эти метания.
Пару раз стукнув, тут же заглядываю и спрашиваю: