Круто ты попал!

– … непросто… грунт оседает… не получится… душа замка… другой способ… ждёт ответа… будем готовы… уничтожить…
Кайл слышал только отдельные слова и сочетания слов, но они ему категорически не нравились: создавалось чёткое впечатление, что готовится что-то против замка и его обитателей. Молодой человек пока не успел проникнуться тёплыми чувствами к академии, но он внезапно понял, что категорически не хочет, чтобы с АПШ хоть что-то случилось. Не говоря уже о том, что все обитатели академии — и он в том числе — автоматически окажутся вовлечены в конфликт. А с их уровнем подготовки — это практически верная гибель.
– … во имя Великой Лестницы…
Сказав это, незнакомец в плаще повернулся, и Кайл практически вжался в ствол дерева, жалея, что тот недостаточно толстый. Между тем неизвестный подошёл к стене, быстро взобрался наверх и спустился во двор академии, утянув за собой и верёвку. Едва слышно звякнул металл, и наступила оглушительная тишина.
Кайл остановившимся взглядом смотрел на стену, понимая, что вот теперь он попал по-крупному.
Теперь он понимал, что и ректор, и декан, и наверняка кто-то ещё внимательно следили за их прошлым выходом «на другую сторону», страховали и не дали бы местным обитателям причинить им серьёзный вред.
А вот теперь ему действительно не позавидуешь: никто не знает, что он здесь, ведь даже видевший его последним Флориан уверен, что, найдя ключ, Кайл преспокойно вернулся в свою комнату. А друзей, которые могли бы заглянуть к нему просто так, без повода, и обнаружить пустую комнату, у Кайла не было: он вообще достаточно трудно сходился с людьми. Да и не считал это необходимой частью жизни, если уж говорить откровенно. Одному всегда проще: ни ты ничего не ждёшь от окружающих, ни они от тебя. Удобно и практично, а то что почти всегда один: да и ладно, ему и самого себя в качестве компании хватает. Зато никто не обманет, не предаст, не причинит боли — сплошные плюсы, в общем.
Отбросив неуместные философские размышления, Кайл огляделся в попытках сообразить, как же ему переждать эту ночь и остаться в живых. Мелькнула мысль залезть на стену и отсидеться там, но её пришлось отбросить как несостоятельную: во-первых, там холодный ночной ветер к утру превратит его в ледышку, а во-вторых, Кайлу почему-то очень не хотелось, чтобы ночной незнакомец даже случайно увидел его. Что-то подсказывало юноше, что тот воспользуется очень простым и очень действенным способом, позволяющим раз и навсегда избавиться от ненужного свидетеля.
Пока Кайл стоял в тени и перебирал варианты, мир «этой стороны» жил своей невероятной призрачной жизнью. В серых клубах, которые двигались абсолютно самостоятельно, не завися от порывов ветра, то появлялись, то исчезали фигуры людей, временами Кайлу виделись какие-то странные существа, напоминающие драконов и невиданных хищников. Иногда какая-нибудь размытая фигура подходила к дорожке, отделяющей туманный мир от обычного, и пыталась сделать шаг, но натыкалась на невидимую преграду и с глухим жутковатым стоном отшатывалась. Видимо, академию защищала не только каменная, но и магическая стена: вот почему ночному незнакомцу пришлось перебираться самому и подходить к невидимой границе. Наверное, тот, с кем он разговаривал, не мог перешагнуть какую-то черту.
И это вот туда они, четыре придурка, собирались сходит на экскурсию!? Кайл вздрогнул, представив на секунду, что с ними произошло бы, не догадайся руководство академии о том, что кто-нибудь из первокурсников наверняка попытается проверить окрестности. Да от них через час не осталось бы даже воспоминания!
От территории за дорожкой тянуло тяжёлой тёмной силой, и даже Кайл, стоя от неё в нескольких шагах, ощущал эту давящую мощь. И тут же мелькнула мысль: неужели ректор Холверт держит в подчинении всю эту невероятную чуждую не-жизнь? Тогда он поистине великий некромант, и слухи о его таланте не то что не преувеличены, а существенно занижены.
Тут Кайл нечаянно сделал небольшой шаг в сторону, и под его ногой оглушительно громко — во всяком случае, ему показалось, что именно так — хрустнула сухая ветка. Туман на мгновение замер, а потом прихлынул к границе, волнуясь, бурля, стремясь разрушить невидимую глазу преграду.
Из разрозненных клубов постепенно сформировалась фигура, похожая на человеческую. Она подплыла к границе и остановилась, глядя белыми туманными глазами прямо на Кайла.
– Иди ко мне, – вдруг услышал юноша не то шёпот, не то шелест, – иди, не медли, что же ты стоишь? Здесь тебе будет хорошо, я научу тебя всему, о чём ты мечтаешь, ты станешь первым среди равных, лучшим среди достойных. Иди же… До твоей мечты всего несколько шагов…
Кайл с каким-то вымораживающим ужасом почувствовал, что его правая нога сделала шаг совершенно независимо от его желания. Он обеими руками вцепился в ствол дерева, стараясь приклеиться, прирасти к нему, но только не двигаться в сторону жуткого тумана.
– Не сопротивляйся, – уговаривало туманное существо, не отводя от Кайла кошмарного взгляда, – ты всё равно придёшь к нам, иди же, мы тебя ждём…
Молодой человек чувствовал, как его сознание начинает заволакивать липкой пеленой, сквозь которую его собственной воле всё труднее контролировать тело. Вот ещё один шаг сделан в сторону оживившегося тумана, ещё один, и ещё… Кайл чувствовал, как его окутывает холод, влажный, скользкий, мёртвый… Но сил на сопротивление практически не осталось.
Но вдруг давление ослабло, и Кайл почти без сил рухнул на колени, а через минуту чьи-то сильные и, главное, живые руки подхватили его и оттащили к стене. Словно заворожённый, Кайл смотрел, как к границе подошли капитан Харви и лейтенант Аш-Арбиэль.
– Ночные прохожие не находятся под охраной академии, – проскрежетало туманное существо, слегка отступившее при виде двух воинов, но по-прежнему излучающее леденящий холод и жажду. – Он вышел за стену один, я в своём праве.
– Он студент академии, – громыхнул голос капитана, и Кайл невольно присел, столько в нём было силы и властности, – ты не мог этого не знать.
– На нём не написано, – огрызнулось существо, с ненавистью и какой-то тоской глядя почему-то не на капитана, а на Кайла, – он был один и ночью.
– Ты позволил себе ментальное вмешательство, – пророкотал Аш-Арбиэль, – ты знаешь, чем это грозит: развоплощением, окончательным и бесповоротным.
– Подождите, – неожиданно для самого себя вмешался Кайл, – я не просто вышел за стену, я следил за человеком, который разговаривал с одним из… них. И они говорили о чём-то очень странном. Может быть, – повернулся он к застывшему туманному монстру, – ты поможешь нам найти того, с кем он говорил? И мы будем в расчёте.
– О ком ты говоришь? – нахмурился подошедший ректор. – Разговаривать с призраками ночью могут очень немногие: капитан, лейтенант, и я. Даже твой декан, полагаю, не рискнул бы. Но нас тут абсолютно точно не было!
Пока Кайл, путаясь и спотыкаясь, рассказывал, как и почему оказался за стеной, лица слушающих его становились всё мрачнее.
– Ты сможешь его узнать? – без особой надежды спросил ректор Холверт, и Кайл расстроенно покачал головой.