Диагноз: не женат. Дилогия
Эдуард мученически вздохнул, прикрыл глаза, помолчал, видимо, считая про себя до двадцати, чтобы никому не нагрубить, затем посмотрел на графа и строго сказал:
–Хорошо, но, Арктур,– слушаться беспрекословно.
–Конечно-конечно,– граф с воодушевлением замахал руками, но ему почему-то никто не поверил.
Я кашлянула и скромно напомнила о своём существовании и о том, что время-то идёт, и в беседку топать надо, иначе никто не поверит в то, что я всё ещё под действием заклинания. Я и без того абсолютно не испытывала уверенности, что смогу достоверно изобразить то, что от меня требуется.
–Главное – смотри на него с обожанием и соглашайся со всем,– напутствовала меня Саманта,– но постарайся выяснить, кто он такой, этот затейник. Я уверена, что он просто исполнитель.
–А ты попробуй снять слепок ауры, если получится это незаметно сделать,– в свою очередь давал последние наставления Сильвене Арктур,– но не выдай себя.
Сильвена молча кивнула и вдруг исчезла – мы только ахнули.
–Мы умеем уходить в глубокую тень,– снисходительно пояснил нам глава клана,– это незаменимое умение в нашей…хм…профессии.
Я завертела головой, и вдруг услышала совсем рядом шёпот:
–Не волнуйся, Лин, я всегда буду рядом и в случае необходимости сумею тебя защитить.
–Очень бы хотелось обойтись без этого случая,– проворчала я, улыбнулась Эдуарду, подмигнула Саманте и бодрым шагом направилась по дорожке в сторону увитой плющом уединённой беседки, куда меня так неудержимо тянуло какое-то время назад. Ладони были влажными, сердце колотилось где-то в горле, и я искренне надеялась, что мой слегка придурковатый вид мой кавалер объяснит себе моими бурными чувствами к нему, замечательному.
Ещё издали я заметила, что в беседке кто-то есть, и прибавила шагу: если уж мне приходится рисковать собой, то пусть уже это произойдёт поскорее. В итоге я влетела на ступеньки беседки растрёпанной, с красными щеками и лёгким безумием в глазах. Видимо, вид у меня был вполне соответствующим, так как стоящий спиной ко мне мужчина повернулся и улыбнулся мне. Но улыбались только губы, глаза же оставались холодными и внимательными. Я же не могла оторвать взгляда от щегольских дорогих сапог, которые так недавно видела из своего укрытия в тележке садового работника.
–Ах, дорогая Розалинда, я уже начал опасаться что вы не придёте,– он подошёл и взял меня за руку, не обращая внимание на моё полуобморочное состояние, а я лихорадочно пыталась придумать, как бы мне извернуться и не последовать за невезучим Моришем.
–Меня задержали,– проблеяла я, титаническим усилием воли не выдернув ладонь из холодной и сильной руки моего так называемого поклонника,– его величество не хотел меня отпускать.
–Да, конечно,– охотно согласился мужчина, внимательно присматриваясь ко мне, и я похолодела: авдруг он догадается?
–Но, как только смогла, я тут же пришла, потому что даже час без вас для меня невыносим,– надеюсь, это прозвучало достаточно беспомощно, потому как вспомнить, что именно я лепетала, будучи под заклятьем, у меня никак не получалось,– я там была, словно птица в клетке.
Судя по слегка расслабившемуся лицу, я говорила что-то правильное, во всяком случае, меня не старались обезвредить и засунуть за куст.
–Я приготовил вам сюрприз, милая Розалинда,– сказал мужчина, придерживая меня под локоть и провожая к скамеечке,– но я вам его не отдам…
–Но почему?– я старательно продемонстрировала нетерпение и восторг, разве что в ладоши не захлопала,– я так люблю сюрпризы!
–А я вот не очень,– ласковый шёпот мгновенно превратился в шипение, а нежное пожатие руки – в железную хватку,– но ещё больше я не люблю, когда меня держат за дурака…
–О чём вы?– похолодев, я, как смогла, изобразила непонимание, а вот побледнела совсем натурально. Мне вдруг стало до жути страшно, спина покрылась ледяными капельками пота, а в горле пересохло.
–Неужели вы думали, моя маленькая лгунишка, что я не замечу отсутствия собственного заклинания, хотя я готов высказать своё восхищение умельцу, который смог снять его с вас, да ещё так, что я ничего не заметил. Но это удовольствие я отложу на потом…А сейчас… Скажите, прелестная Розалинда, вы любите ходить в гости?
–Нет,– дрожащим голосом ответила я, хотя очень хотелось казаться смелой и сильной,– по крайней мере, сейчас – нет.
–А ведь придётся,– негромко засмеялся он, повернувшись ко мне,– вот только пусть ваша невидимая подружка отойдёт от меня, а то ведь я могу и рассердиться…И вообще, как-то невежливо подсматривать, вы не находите?– спросил он у пустоты за своим плечом.
Через несколько секунд там проявился силуэт Сильвены, которая смотрела на сломанный кинжал в своей руке и на мужчину, явно прикидывая, что можно ещё сделать. Он усмехнулся и сделал неуловимое движение, а Сильвена замерла с выражением отчаяния на красивом лице.
–О…клан Полночных…какая прелесть… Вы вылезли из своих гробов и решили вступить в игру? Какое опрометчивое решение. Арктур стареет, видимо…Что вам, вампирам, до человеческих проблем? Девочка, не расстраивайся, ты всё равно не причинила бы мне вреда.
И тут я поняла, что дело не просто плохо, а очень плохо: мужчина повернулся ко мне и я увидела, что это он танцевал со мной во сне. Аристократичное лицо, тонкие черты, тёмные волосы и клубящийся туман вместо зрачков.
–Ты узнала меня, я вижу…
–Боргел… – онемевшими губами я произнесла это страшное имя, а грудь обжёг ледяной холод на том месте, где к коже прикасался амулет, данный когда-то Шатхом.
–Приятно, когда тебя помнят,– он засмеялся, и от этого смеха мне захотелось свернуться калачиком и где-нибудь спрятаться, можно даже как Мориш – в кустах за беседкой,– а ты полна сюрпризов, ведьмочка Розалинда. Тем интереснее…
Тут он взял меня за руку и шагнул с крыльца, но мы оказались не на дорожке, а в какой-то комнате без окон, но зато с тяжёлой дверью и решёткой на маленьком окошке.
–Прости, Розалинда, но ты стала мне слишком мешать. Веди себя хорошо, и я выпущу тебя отсюда. Когда-нибудь…если не забуду…
С этими словами он исчез, а я медленно опустилась на деревянную лавку, стоявшую у каменной стены.
Минут пять я сидела и просто молча смотрела в пространство перед собой, размышляя, как это я смогла так проколоться. Но, поразмыслив, пришла к выводу, что против Боргела я была как Крис против тигра: если последний и помер бы, то только от смеха.
Решив, что, просто сидя на лавке, много не узнаю, я подошла к двери и попробовала допрыгнуть до зарешеченного окошка. Нужно же посмотреть, куда я попала, хотя есть у меня очень нерадостные подозрения. Впрочем – почему нерадостные? Наоборот – это очень удачно, если Боргел запихнул меня именно в Башню: друзья всё равно собирались сюда идти, значит, меня быстро спасут. Что, разумеется, не может не радовать.
До окошка я, само собой, не допрыгнула и, поозиравшись, решила приспособить к этому делу скамейку. С огромным трудом подтащила её к двери и, слегка отдышавшись, забралась на неё прямо в обуви, так как подошвы моих туфель, пожалуй, были чище, чем лавка в этой камере. Интересно, они тут уборку что – вообще не делают? Никакой заботы о досуге узников!