Дочь прокурора

Я спешно сделала несколько шагов, а потом обернулась.
- Извините что спрашиваю. Вам удалось найти брата Паши?
- Ещё нет. Я работаю над этим.
- Понятно. До свидания!
- Хорошего вечера, Лия! Напоминаю, что зона ВИП здесь, ты можешь прийти с подружкой, занять любой из свободных столов и отметить праздник, как надо. Всё меню в вашем распоряжении.
Растянув губы в подобии благодарной улыбки, я спустилась вниз по лестнице. Желание обернуться было настолько сильно, что мне пришлось вонзить ногти в ладони, чтобы этого не сделать.
Сердце билось, как сумасшедшее, нервная система сбоила. Да что ж это со мной?! Я ненормальная? Почему дышу через раз, а грудная клетка огнём горит?
Отойдя поглубже, я таки обернулась. Место, где стоял Амир было пусто.
Я приложила руку к груди и выдохнула. Надеюсь, Денис нашёл себе другую жертву, потому что вернуться и вновь столкнуться с ним у меня не было ни малейшего желания. Навестив еще раз уборную для того, чтобы охладить горящую кожу, и позвонив маме, я вернулась к Юле. К моему удивлению подруга сидела за столом одна.
- А где Сергей? – я опустилась рядом, осматриваясь по сторонам.
- Ушел, прикинь.
- В каком смысле?
- В прямом. Они пошли на бар заказать ещё выпивки, не возвращались несколько минут, а потом подошёл охранник, забрал их куртки, что лежали тут, извинился, мол, молодые люди просили передать, что им нужно срочно уйти и всё. Они свалили, Лий! Блин, мне показалось, что я понравилась Серёже. Я в шоке, вот же козёл!
Юля фыркнула, хватаясь за коктейль, я тоже потянулась за своим. Сделала пару глотков и почувствовала, что улыбаюсь. Подруге не нужно знать, что с вероятностью в девяносто девять процентов парни не ушли, а их попросили на выход. Я почему-то была уверена, что поспособствовал этому Амир и от этого улыбалась, как умалишенная.
Подняла руку, тронула свои губы подушечками пальцев. Они всё еще хранили тепло, вспыхнувшее в них после поцелуя мужчины. Хотя его и поцелуем-то назвать сложно, так, мимолётное касание. Только вот для меня это совсем не так. Мой первый поцелуй я предпочла бы стереть из памяти, а этот… Этот был по-настоящему первый. Вызвавший во мне настолько сильные эмоции, что я до сих пор не могла с ними справиться.
В зону ВИП мы так и не пошли. Мне неудобно праздновать за чужой счёт, даже если это покрытие морального ущерба.
Уже дома, после того, как мы с Юлей вдоволь натанцевавшись, приехали к ней и завалились в кровать, я взяла мобильный и открыла диалог с Пашей. Несколько секунд раздумывала, потом заблокировала. Такая глупость, Господи! Но сердце билось как заведенный моторчик, поэтому я снова открыла чат.
Быстро напечатала «Спасибо за спокойный вечер» и отправила. Статус прочитано появился спустя несколько секунд.
Я дыхание затаила. Кажется, даже сердце замерло, боясь сделать удар.
«Уже дома?» - пришло в ответ, заводя мотор на ещё большую скорость.
«Да»
«Спокойной ночи, Лия»
«Спокойной ночи, Амир».
Спрятала телефон под подушку и зажмурилась. Ребра вибрировали с такой силой, что выдерживать получалось с трудом.
- Лий, давай спать. Не свети плиз экраном, - пробубнела Юля, и я угукнула в ответ.
Да, надо спать…
    
7
Амир
С неба срывались холодные капли весеннего дождя. Ветер закручивал мелкие сухие ветки, подгоняя их по тротуару, клонил деревья к земле. Ещё утром ярко светило солнце, но не прошло и трех часов, как небо затянули чёрные тучи и хлынул ливень. Холодный и затяжной.
Мужчина посмотрел наверх и парой больших шагов преодолел расстояние до автомобиля. Забрался внутрь салона. Завел автомобиль и выехал на дорогу.
Сегодня он хотел приехать в клуб немного раньше обычного. Новый бухгалтер должна была предоставить отчёт по последней неделе. Анастасию ему посоветовал его хороший знакомый Максим Авдеев. Девушка и правда обладала нужными качествами. Опыт, набранный за время работы на друга, пришёлся как нельзя кстати. На девушку выпал немалый объем работы, ведь привести в норму то, что натворил Константин было не так - то просто.
Константин… Вспомнив о бывшем бухгалтере, Амир с удовлетворением постучал пальцами по рулю. Думал, гнида, что удастся спрятаться. Ошибся. Не у того красть решил.
Амир сам свои деньги зарабатывал с двадцати лет и того же требовал от других. Взять из чужого кармана всегда проще, чем приложить усилия, умственные или физические, тут уж кто на что способен. Ему самому в жизни пришлось работать по всякому. После того, как один влиятельный человек вытащил его из тюрьмы, он стал ему обязан. Чем только не занимался, чтобы вернуть долг, в итоге выбравшись на ту вершину, на которой сейчас находился. Никогда не думал, что жизнь вывернется аж настолько…
Жил себе как обычный мальчишка, собственно, как и все на окраине его города. Только сложно было ему, сложнее, чем остальным. Отец Амира был турком, и мальчишке достался по наследству оттенок кожи немногим темнее, чем у остальных детей. За что его нередко избивали толпой, прозвав «цыганом». Почему именно цыганом? Потому что чей-то папаня однажды наорал на него, когда он у них крыжовник оборвал, и при всех вором и «цыганом» обозвал. Оттуда и прицепилось. Будучи маленьким и слабым защищать себя мальчик не мог в достаточной степени, пока однажды за него не вступился парень на семь лет старше его самого. Соседский сын Петя отметелил шпану дубинкой и предложил Амиру яблоко. Шестилетний мальчик настолько оценил этот поступок, что с тех пор не отходил от нового друга ни на шаг. Он и в школу пошёл, в которой тот учился, на переменах прибегал к нему курить вместе за забором. Друг не прогонял, а большего Амиру и не нужно было. Так они и росли вместе, ходили в спортивную секцию, вечером с другими ребятами мяч гоняли во дворе. Амир креп, научился сам за себя стоять и теперь уже все в округе побаивались «цыгана» за то, что тот за девчонку, которая ему понравилась, нос сломал однокласснику. Прямо в классе при всех, не стесняясь даже учительницы Веры Павловны врезал, когда тот ей юбку задрал.
Петька потом в университет поступил на прокурора, а Амир смотрел на него и гордился. Они как братья стали друг другу к этому времени. Ближе у Амира и не было. Отец пил постоянно, мать как будто и не думала о сыне вовсе. Зато Петр был всегда рядом.
Амир тогда думал: «Друг из трущоб их выберется, жизнью нормальной заживёт». И Шахин также хотел. По его стопам пойти, на юриста поступить. Не получилось… Шахину стерва судьба решила подставить подножку.
Эта дрянь свалила его, поставила на колени, но не убила. А что не убивает нас, то делает сильнее. Он эту истину через себя пропустил физически.
От бывшего слабого мальца не осталось и следа. У Амира вообще не было теперь слабостей. Ни одной. Слабость – брешь в характере. А он научился руководить собой настолько, чтобы никому, ни единой душе не удалось подобраться к нему настолько близко, чтобы в какой-то момент он мог дать этому человеку поблажку.