Суженая для Кощеева

Беатрис поднялась, вдохнула, возвращая себе строгость и уверенность, и принялась распоряжаться насчет завтрака и уборки в покоях гостей. Слуги, забыв разговоры, принялись за работу.
Я попросила экономку поговорить с ней в укромном месте. Так как всюду носились и сновали слуги, укромным местом оказался небольшой чуланчик под лестницей, где хранились швабры.
– Что случилось, Марья?
– Я могу попробовать отыскать Влада, – выпалила прямо.
Экономка сощурилась и посмотрела на меня внимательно, буквально пронзая взглядом.
– Знала я, что ты не так проста… И все же, повинуясь какому-то зову сердца, взяла тебя на работу. И в дом Кощеева в итоге принесла очередной переполох.
– Их и без меня хватает.
Беатрис уставилась на меня, словно пытаясь прочесть мои мысли.
– Я достаточно сильная колдунья, могу попробовать найти Влада Кощеевича и помочь… Пожалуйста, только дайте мне… возможность.
– Сердце ты свое не жалеешь, Марья. Ну да тут решать не мне, – вздохнула Беатрис. – У тебя сутки. Если ничего не выйдет, вернешься следующим утром к работе, а внука пусть уже спасает его дед и его род.
Я кивнула и искренне поблагодарила. Поправила выбившуюся из косы прядь и выскользнула из каморки, решив не терять ни минуты.
Заготовки для поискового зелья у меня имелись, и все, что необходимо было сделать, так это бросить их в кастрюлю, с которой я последнее время не расставалась. Потом полезла за спрятанной шалью.
На миг закуталась в нее, потому что подобной красоты мне никто не дарил, согрелась и бросила подарок Влада в шипящее зелье. Шаль вспыхнула в нем, рассыпалась на нитки, и поисковый эликсир засиял мягким светом. Я ножом порезала палец, позволяя каплям крови стечь в почти готовое зелье.
Главное, чтобы все получилось! Поисковая магия – вещь тонкая, не всегда срабатывает так, как хотелось бы.
Сердце бешено колотилось, я сжимала кулаки, всматриваясь в бурлящее зелье. Казалось, прошла вечность, прежде чем зелье в кастрюле налилось серебряным светом и из него полетели снежинки. Они кружили по комнате, и я ухватила с кровати плащ, понимая, что, если повезет, перемещусь в зимний лес. К нему. Своему Кощееву.
Снежинок становилось все больше. По комнате вовсю кружила метель, поднимала лежащие вещи, швыряла их и наконец подхватила и меня.
На считаные мгновения мир сгинул в белой круговерти, мороз обжег лицо и руки, словно проверяя на прочность, и поисковое заклинание выбросило меня в заснеженном лесу.
Влад Кощеев
Приближение тьмы я почувствовал внезапно. Как это всегда бывает, ничто не предвещает беды, а после уже становится поздно что-либо предпринимать. Да разве и собирался я бежать? Никогда не прятался от опасности, встречал ее лицом к лицу, чем весьма сильно порой огорчал деда. Он считал, что иногда можно действовать хитростью, и время от времени плел свои интриги. Я не мешал, наблюдал и даже не пытался этому научиться. Мечом да колдовством оно привычнее бороться со злом.
Приготовился я к этому и сейчас, вслушиваясь в ненормальную тишину заснеженного леса. Любой другой колдун на моем бы месте призвал своего коня, друга верного и преданного, да покинул чащу, но если схватка с Маарой состоится, то почему бы не сейчас? Тогда никто уже не станет подвергаться опасности и можно будет закончить этот фарс с очередным отбором и признаться Марье в любви. То, что я чувствую именно ее, почти не осталось сомнений. Все крепче наша связь, все болезненнее с ней расставаться на долгое время, все жарче в груди… Есть надежда, что растает последний осколок проклятия, когда Марья станет моей.
С большим трудом прогонял от себя эти мысли, а они все возвращались и не давали покоя. Растревожено любовью сердце. И перед этим чувством бессильны все, даже я, могущественный колдун из рода Кощеевых.
Тьма ударила волной жестко и хлестко, выбивая из моей груди воздух, перед глазами мелькали лишь черные пятна. Защита выстояла, справилась. Но я уже по опыту знал, что насланные врагом чары ударят еще как минимум дважды. Сама злодейка так и не появилась, похоже, действовала на расстоянии.
Еще один шквал тьмы. Мороз мгновенно усилился, спеленал меня в объятия почти смертельные. Природа всегда откликается на силу, какой бы она ни была. И что эта сила оставит, пепел или подснежники, это уже каждый выбирает сам.
Воздух густел, легкие сдавило, и каждый вдох и выдох давался с трудом, но я терпел. Я справлялся с разными напастями, справлюсь и с этой бедой. Есть ради кого.
Третий удар снес часть деревьев, которые окружали небольшую поляну, где я находился. Защита держалась, все же этой ворожбе я учился долго, чтобы можно было применить в любой момент, но что-то пошло не так. Вспыхнул под ногами ярко-голубым светом снег, поползли черные змейки магии…
Ловушка! Я стоял в центре пентаграммы, которая лишь усиливала тьму и притягивала ее! Маара специально заманила, чтобы обессилить, а после добить!
Выбор был невелик. Была бы здесь ведьма из рода Яг, развеяла бы тьму своей магией, и следа бы от этой мерзости не осталось. Моя же сила действовала иначе. Я мог либо покинуть пентаграмму, частично разрушив контур, и позволить тьме уничтожить лес, превратить его в пепел и заморозить все живое на несколько лиг вперед, включая десяток деревень с их жителями, либо просто впитать в себя тьму. Шанс выжить во втором случае минимален, тьма еще и усилит проклятие, придется совсем несладко. Но тем, кто не подозревает об опасности, придется еще хуже. У них не будет даже этого призрачного шанса.
Глубокий вдох – и я раскинул руки. В этот момент защита рухнула и тьма хлынула мощным потоком, обожгла болью. Этот мороз был злым и жестоким, совсем не похожим на мою силу.
Меня сбило с ног, закружило, завертело и отпустило. Тьма, словно живое существо, заворочалась внутри, тут же отозвалось старое проклятие, и я потерял сознание.
 
Глава 10
Марья из рода Яг
Я оглянулась в поисках Влада, всем богам, каких знала, молясь, чтобы поисковое заклинание, такое капризное и не всегда помогающее, подействовало так, как нужно.
Вокруг поваленные деревья, обгоревшие до черноты стволы, покрывающий снег пепел… Место, куда я попала, выглядело жутким, и по коже прошел озноб.
Несмотря на день, небо заволокло тяжелыми тучами, надвигалась снежная буря, и время от времени поднимался ветер и зло бросал в меня пригоршню пепла со снегом.
Я все искала и искала Влада. Сердцем чувствовала, что жив, верила в это и боялась даже думать об ином исходе.
Он лежал возле одного из поваленных деревьев. Закутанный в порванный плащ, волосы разметались по снегу и покрылись инеем.
Бросилась к нему, коснулась и как подкошенная рухнула, чуть не взвыв от боли. Тьма, которую он, судя по всему, впитал, ворочалась, не давала мне и шанса помочь. Сколько же ее было?