Доверься мне (ЛП)
— Я лишь сказал, что вероятность этого — двадцать пять процентов, — ответил Уокер с большим запозданием на вопрос Йена невнятным нахальным тенором. Я поняла, что вероятность того, что Уокер в доску пьяный — сто процентов. — Но так же существовало только двадцать пять процентов, что он доживёт до своего дня рождения, так что расклад не так уж плох, как кажется.
Хорошо, что в этот момент я ничего не держала в руках, иначе это бы упало. Как и всё во мне.
— Что ты имеешь в виду?
Я бросила на Йена обеспокоенный взгляд, он тут же в успокаивающем жесте положил ладонь на мое колено.
— Его рак. — Уокер опустил плечо, голова наклонилась набок. — Чёрт. Он не сказал тебе?
— Нет, — я покачала головой. — Нет, он сказал. — Моя нижняя губа задрожала, и я сильно прикусила её, чтобы скрыть это. — Я просто не осознавала…
— Вероятность Лео не умереть в течение пяти лет после рецидива представляла собой двадцать пять — семьдесят восемь процентов. — Уокер покрутил между пальцами горлышко пивной бутылки. Пока все остальные пили вино, Уокер без предрассудков относился к употребляемому им алкоголю. И, по — моему мнению, ему больше подходило пиво.
— На самом деле это кажется не такими плохими шансами, — предположил Йен, глядя на меня в поисках одобрения.
— Верно, — согласился Уокер. Он поднёс бутылку к губам и сделал большой глоток. — Но то же самое сказали его маме, а она умерла через три недели после того, как услышала это.
Мой желудок сжался.
Я встретилась взглядом с Лео, стоящим на другом конце двора. Он наклонился вперёд к паре людей средних лет, с которыми разговаривал, его руки лежали на плечах пожилого джентльмена, и, хотя он был занят беседой с ними, его глаза сосредоточились на моих. Говорили со мной. Я надела на себя маску улыбки и притворилась, что это не я услышала сейчас самые трагичные статистические данные.
— По правде, — начал Уокер, он оттолкнулся ногой от стола, снова опершись на задние ножки кресла. Я не сомневалась, что домработницам пришлось бы отмывать его кровь от стены. — Не думаю, что Лео считал, будто доживёт до этого дня. Он больше сосредоточился на двадцати пяти процентах, нежели на семидесяти восьми. Вот почему спланировал эту вечеринку в самую последнюю минуту.
— Кто сказал, что он имеет какое — то отношение к планированию вечеринки? — Её голос донесся раньше, чем она появилась, бёдра как у Джессики Рэббит покачивались из стороны в сторону под чёрным словно смоль коктейльным платьем. София плавной походкой подошла к Уокеру и обняла его сзади за шею. Она казалась такой же пьяной, как и он, и я задалась вопросом, были ли мы с Йеном единственными трезвыми, оставшимися на вечеринке. — Я несу ответственность за организацию этой тусовки, а так же за помощь Йену и Джио в готовке. — Она поджала свои ярко — красные губы и захлопала ресницами, как будто у них имелись крылья. — Ты же знаешь, что Лео не любит делать ничего, что ставит его в центр внимания. Что так сильно непохоже на его лучшего друга, — промурлыкала она, наклоняясь ближе к его уху. Наблюдать за ними двумя казалось почти неприличным. — Знаешь, того самого, которому хочется выделяться на сцене.
— И что так же не свойственно его бывшей невесте. — Уокер пригладил свои светлые волосы и взглянул в округлившиеся глаза Софии. Сарказм так и сочился из него. — Ты ничем не лучше, София. Помнишь тот небольшой спектакль в бассейне несколько лет назад?
Я молилась Богу, чтобы они не начали вдаваться в подробности, но, очевидно, линия оказалась занята, потому что моё желание не сбылось.
— Он развязался, Уокер! — София изобразила невинность, а я здравомыслие: сморщила нос и закрыла глаза, надеясь, что каким — то образом при этом не позволю словам добраться до ушей. Но чертова девчонка продолжала говорить. — Я не думала, что вы все так быстро вернетесь с площадки по стрельбе из рогатки. Я загорала!
— Конечно, тебе не пришло это в голову, — усмехнулся Уокер, допивая остатки напитка одним глотком. Он втянул губы в рот и причмокнул ими. — Ты никак не могла услышать возвращение к бассейну двадцати человек. Мы, парни, известны своей бесшумностью. Как коты. Нет, ещё лучше — как Приус. Эти проклятые твари подкрадываются, как пантеры.
София не добавила больше ни слова к своим возражениям и просто пожала худыми плечами, быстро соглашаясь с поражением.
— Не то чтобы меня это сильно беспокоило, — пробубнил он. Уокер повернул голову в её сторону, в поле его зрения оказалась её грудь. — На самом деле ты должна сделать это ещё раз…
— Пойду возьму себе что — нибудь выпить. — Я вскочила с кресла, упершись руками в колени.
Йен посмотрел, как бы спрашивая, не нужна ли мне компания, в ответ я покачала головой. Он одними губами произнёс: «Ты уверена?», и я мотнула головой ещё раз. Мне нужно было убраться подальше от Уокера и Софии. И побыть наедине с собой.
Трезвая София очень милая. Пьяная — шлюшка. Даже мысль о том, что они с Лео когда — то встречались, претила, и хоть я и не позволяла себе углубляться в это, сидеть тихо и смирно не помогало делу. С этой историей я вторглась на опасную территорию.
— Позвольте, я отойду на минутку. — Услышала я, как Лео обращался к той же паре, с которой разговаривал ранее. Встретившись со мной взглядом, он протиснулся между стульями и столами и направился в мою сторону. Мне нравился его небрежный, но в то же время безупречный внешний вид: белая льняная рубашка и облегающие тёмно — синие брюки. У мужчины имелось чувство стиля модели GQ и тело под стать.
Я стояла у небольшого бара на открытом воздухе вдоль Виллы и наполняла пустой бокал кьянти, из — за которого всего несколько ночей назад дала маху. Хотя прошёл всего день с тех пор, как я закончила эскиз Ренальдо, Лео и его команда усердно трудились над дизайном новой этикетки, и у них даже имелось несколько пробных вариантов, которые наклеили на бутылки, из которых мы пили. Казалось нереальным видеть частичку себя на чём — то столь престижном. И знаете что? Я решила, что мне нравится эта сюрреалистичность. Раз уж я сомневалась в том, что привыкну к тому, что всё это на самом деле происходит со мной, просто стоило принять тот факт, что пока в моей жизни присутствует Лео, в ней будут случаться волшебные вещи.
— Ты хорошо проводишь время? — спросил Лео низким и вдумчивым голосом. Он подошёл сзади, положил руки на мои бедра и заговорил в ушную раковину. — Или Уокер снова взялся за старые выходки?
— Если под выходками ты подразумеваешь бесстыдный флирт с Софией и употребление большого количества алкоголя, тогда да, он взялся за старое. На самом деле полностью увяз в этом.
— Прости. — Его тон был извиняющимся. — На первый взгляд он кажется неотёсанным, но в глубине души он — хороший парень.
Я вылила содержимое бутылки в бокал и вернула её на барную стойку. А потом вздохнула.
— Ох, я в этом не сомневаюсь. Он мне нравится. Если честно, и София тоже, как бы сильно ни хотелось плохо к ней относиться. Я просто не желала больше слушать её историй о загорании топлесс.
— Понял, — кивнул Лео, как будто он точно знал, о чём я говорю. Я решила, что стоит быстро поменять тему, чтобы он не начал визуализировать это воспоминание.
— Вышло феноменально. — Я указала рукой на этикетку. Она действительно выглядела потрясающе. Им удалось воплотить в жизнь стиль и традиции Старого Света, но в то же время создать этикетку, которая будет продаваться на современном рынке. Несомненно, гениальный ход, чтобы быть на вершине.
— И не говори. — Лео взял бутылку и с обожанием повертел ее в руках. — Это именно то, чего я хотел. Ты отлично с этим управилась, Джули.
— Я вообще хорошо управляю.
— Правда? — Лео развернул меня, положив одну руку мне на талию, и потёрся своим носом о мой. Затем отстранился. Поймал мой взгляд. — Я люблю тебя.
Он уже говорил это сегодня днём, прежде чем мы разделили дже — ла — то, но я не ожидала, что он повторит это так скоро. Я всё ещё беспокоилась, что Лео признался слишком быстро, и захотел бы отказаться от своего заявления. Но вот он здесь, спустя всего несколько часов, опять говорит это. Подтверждает, позволяя трём словам повиснуть в воздухе между нами.