Обещание (ЛП)

Начать с легкого дерьма было хорошей идеей.
И все же я должна была спросить.
— А чье барбекю?
— Джека Дэниела.
Я почувствовала, как мои глаза становятся большими.
— О Боже, его барбекю просто бомба, — выдохнула я.
Он ухмыльнулся и пробормотал:
— Барбекю значит.
— Да, — согласилась я.
— Хорошо, тогда слезай с меня, детка. Я должен избавиться от этого презерватива и накормить свою девочку.
Я скатилась, и Бен скатился вместе со мной.
Затем не отводила глаз от его задницы, пока он неторопливо направлялся в ванную.
Насладившись этим шоу и позволив себе на мгновение посмаковать это зрелище, когда он исчез, я заметила свой чемодан у стены.
Нашла свои трусики на полу, подняла их, скинула туфли, натянула трусики и сняла чулки. Мой открытый чемодан стоял на полу, я на коленях рядом с ним, копаясь в своем ограниченном выборе вещей для деловых поездок, когда увидела босые ноги Бенни поверх края его выцветших джинсов на полу рядом с моим чемоданом.
Я подняла глаза (выше и выше), наткнувшись на бедра, обтянутые джинсами, кубики на прессе, которые я знала, поскольку любила их исследовать руками, грудь и плечи — линии, бугорки и ложбинки, покрытые гладкой оливковой кожей и, наконец, его красивое лицо, опущенное ко мне.
— Тебе нужно что-нибудь надеть? — Спросил он.
— Я не брала с собой повседневную одежду для отдыха в доме у Бена, — ответила я, и его губы изогнулись.
— Хорошо. В следующий раз возьми, — приказал он и подошел к комоду. Открыл ящик, вытащил выцветшую красную футболку, развернул и бросил мне.
Я натянула ее, и едва она коснулась моей задницы, как он взял меня за руку и потащил к двери.
Мы зашли на кухню, Бен достал мясо. Он нарезал на куски, пока я доставала тарелки и раскладывала булочки. Бен открыл себе пиво и взял бутылку вина. Я схватила бокал для вина себе (кстати, была почти уверена, что бокал он позаимствовал из своей же пиццерии). Он налил, затем перешел к мясу, разделил его между булочками, положил на него ломтик швейцарского сыра и снова поставил в микроволновку, пока сыр не расплавился.
Пахло божественно, выглядело лучше.
Лучше было то, что все это заняло около пяти минут.
— Гостиная, — произнес он как команду, продолжая готовить сэндвичи. — Захвати мою тарелку. Возвращайся за напитками. Я принесу остальное.
Я увидела, сидя в углу его дивана с тарелкой в руке и бокалом вина на кофейном столике передо мной, «остальное» состояло из банки маринованных огурцов с укропом и семь пакетиков чипсов.
Семь.
Кое-что новое можно было узнать о Бенни Бьянки. Очевидно, ему всерьез нравились снэки.
Я уставилась на чипсы и отметила «Доритос Кул Ранч», с сыром «Доритос Начо», с барбекю «Джейс Мескит», «Джейс» со сметаной и луком, «Читос», с барбекю «Фритос Хани» и с сыром «Принглз Чеддер».
Чувствуя, что хочу чипсы, я осторожно перекатилась вперед на коленях, балансируя тарелкой в руке, и потянулась за «Джейсом Мескитом».
— Наверстаем упущенное, — произнес Бенни, когда я откинулась на спинку дивана.
Я поставила тарелку на колени, развернула пакет с чипсами и посмотрела на него.
— Что, милый?
Он не стал повторяться.
Спросил:
— Ты завела собаку?
Мое сердце сжалось, потому что своим вопросом он дал понять, хотя и не отвечал на мои голосовые сообщения, он их слушал.
Мне это понравилось.
— Нет, — ответила я. — У меня была проблема с квартирой, которую мне выделила фирма. Что ж… — Я поколебалась. — На самом деле проблем с квартирой было около семи тысяч. Потом у меня возникла проблема, похоже им, было наплевать, что душ не сливался даже через три дня, а мусоропровод не утилизировал продукты. После того как это все продолжалось какое-то время, я послала их. Одна из наших представительниц перешла на работу в другой штат, у нее еще не кончился договор аренды. Так что я переоформила на себя ее договор. — Я ухмыльнулась ему, держа чипсы в руке на полпути ко рту. — Теперь моя новая квартира находится в Браунсберге. — Я отправила чипсы в рот и прожевала.
— Без шуток? — спросил он, приподняв брови, его глаза улыбались.
 
Я покачала головой.
— Без шуток. Переехала две недели назад. Вай и Кэл приглашают меня на ужин на следующей неделе.
— Тогда ты знаешь, что она ждет ребенка, — заметил Бенни с сэндвичем в руке, и как он сказал то, что сказал, откусил и половина мяса упала на тарелку.
Нам нужны были вилки.
И, может быть, ножи.
Определенно салфетки.
Я одарила его счастливой улыбкой при этой новости и ответила, вставая с дивана.
— Да. Она сказала мне. — Я поставила свою тарелку на кофейный столик, сказав: — Принесу вилки и салфетки.
— Салфеток нет, детка. Бумажное полотенце.
Да. Верно. Он был парнем. Конечно, он не стал бы заморачиваться на салфетки.
Я вернулась, вручила ему вилку, нож и порцию бумажного полотенца и только уселась обратно с тарелкой в руке и чипсами наготове, как он спросил:
— Твой бывший домовладелец здесь, наверное, отпустил тебя не с легким сердцем, ты нарушила условия аренды?
Именно тогда я поняла, что мне не следовало начинать этот разговор.
Я поставила тарелку на колени и начала резать сэндвич.
— Фрэнки?
Отрезала кусочек и положила его в рот.
Так вкусно.
— Франческа.
Услышав мое полное имя и то, как он его произнес, я посмотрела на него.
— Он вылил на тебя достаточно дерьма, — заявил он как факт, судя по выражению моего лица. Затем выражение его лица стало пугающим. — Он все еще не оставил тебя в покое?
Я прожевала, проглотила и пробормотала:
— Ум…нет.
— Требует неустойку, — предположил он.
Я снова посмотрела в свою тарелку.
Ему не понравилась моя тактика, ведения разговора, я поняла, когда он снова выдавил:
— Фрэнки.
Я посмотрела на него и быстро сказала:
— Я позвонила Сэлу.
Его лицо сразу нахмурилось, и он потребовал:
— Скажи мне, что ты этого не делала.
— Не потому…, чтобы… э-э, получить поддержку от него или что-то в этом роде. А чтобы попробовать, сможет ли кто-нибудь из его адвокатов вселить в моего арендатора страх Божий. Ну, смогли … сработало.
— Вселить в арендатора страх Божий — значит получить поддержку от Сэла, Фрэнки, — сообщил мне Бенни.
Я промолчала.
Хмурый взгляд не изменился, когда Бен спросил:
— Ты что, с ума сошла?
Это был сложный вопрос.
— Детка, — отрезал он, когда я не ответила.
— Он собрался через суд снять деньги с моей кредитки, Бенни, — сказала я в свою защиту.
— И ты наняла адвоката мафии, чтобы угрожать своему бывшему арендодателю?
Я склонила голову набок в знак своего невербального согласия.
— Ты не будешь в долгу перед Сэлом, — тихо сказал Бен.
— Сэл сказал, что для меня это халява.
— Сэл никогда не делает «халяву», и ты это прекрасно знаешь. Ты не будешь его должником. Ты ни за что не должна быть его должником. И если бы у меня был выбор, ты бы не имела с ним ни хрена общего.
— Он член семьи, Бенни, — тихо напомнила я ему, потому что в случае Бена Сэл как раз был фактически его кровным родственником.
— Он социопат, Фрэнки, — ответил он.
С этим, вероятно, нельзя было поспорить.
Хотя Сэл казался очаровательным человеком.
Я решила не высказывать свое мнение Бенни.
И вернулась к еде, предположив:
— Может нам не стоит говорить о Сэле.
— О, мы как раз поговорим о Сэле, — заявил Бен, и я оглянулась на него с чипсом в руке. — Только не сейчас. Он не является главным приоритетом.
Внезапно мне захотелось поговорить о Сэле.
— Не смотри на меня так испуганно, — сказал Бенни, теперь мягко, и я сосредоточилась на нем, его тон отразился на лице. — Мы едим, наверстывая упущенное. Просто наслаждаемся едой и разговором. Важными тяжелыми проблемами можем заняться позже.
— Я предлагаю в следующем феврале заняться тяжелыми проблемами, — пробормотала я пакетику с чипсами.