На край света с первым встречным

Стою, словно облитая грязью, и даже не слышу, что бубнит мужчина рядом, пока он не начинает тянуть за руку.
Вырываюсь.
– Хватит меня лапать!
Злюсь на Никиту, на себя, на обстоятельства, а выплескиваю раздражение на Влада.
– Тогда иди, а не стой, будто истукан.
И я иду, но мне хочется со всех ног побежать вслед исчезающей машине, как брошенной дворняжке за хозяином, или скулить громко в голос, не заботясь, о чем подумают другие.
Вхожу в квартиру с чувством, что я совершила непоправимую ошибку и ее невозможно исправить.
Опустошенно опускаюсь на кровать.
– Что ты хотел? – спрашиваю у смотрящего на меня мужчины.
– То, что я хотел узнать, ты мне без слов объяснила.
Вскидываю подбородок и объявляю:
– Тогда ты знаешь, где находится дверь.
– Это все, что ты скажешь?
Зачем я так. Я же сама хотела мирно, спокойно поговорить и расстаться по-хорошему. Не знаю, но я опять режу без ножа:
– Теперь, когда мне есть с чем сравнить, то, что я могу сказать, тебе не понравится.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Владу не нравится даже то, что я произнесла. Он разворачивается и, больше ничего не сказав, уходит. Понимаю, что теперь мужчина ушел по-настоящему и уже не вернется, но не чувствую сожаления. С ним я играла в любовь, как играют в детстве маленькие девочки в маму, в доктора, в магазин, опираясь на минимальные знания и догадки. Мне нравилась эта игра, но не более того. Падаю на кровать, перемещаюсь на середину, сворачиваясь в клубочек, и единственное, что хочу сейчас, это забыться и не думать, что вместе с путешествием на край света закончилась и моя история любви.
    
      Глава 26         
Открываю глаза и чувствую чьи-то руки на своем теле. Кира?! Черт. Нет. Я отвез ее домой пять дней назад и после этого не видел, и не разговаривал с ней. Поворачиваюсь. В полумраке вижу улыбающееся лицо незнакомой девушки.
– Что ты здесь делаешь?
– Я решила: ты будешь не против развлечься, – приторно летит в ответ, и руки снова начинают меня лапать.
Отстраняю ее, оглядываюсь и вспоминаю события вчерашнего вечера. Крупная ссора с матерью. Ее попытки взыграть на моих чувствах не возымели действия, и не помогла даже вызванная в помощь тяжелая артиллерия в лице бабушки и Регины-агента. Психанув, я оставил их в своей квартире и ушел. В итоге ноги привели меня к другу, где я в его компании хорошенько надрался. Только последнее, что я помню: он с девчонками остался тусить дальше, а я пошел спать. Один!
Девушка снова предпринимает попытку меня соблазнить. Еле сдерживаю раздражение и кидаю:
– Где все?
Пожимает плечами.
– Кто уехал, кто пошел спать… или не спать.
Она многозначительно улыбается и начинает приближаться ко мне.
– На выход.
Слова вылетают резко, та застывает на полпути и пялится на меня большими глазами. Думаю, сомневается в услышанном.
Сбавляю обороты. Девчонка не виновата, что я взвинчен, и кидаю идиотскую отмазку:
– Я устал.
Выдыхает и продолжает приближаться.
– Я могу помочь тебе расслабиться.
– Не стоит.
Она словно не слышит и касается меня. Отстраняю.
– Я хочу спать.
Дует губы и тянет разочарованно:
– Ладно, давай спать.
Вижу, как девушка, расстегнув молнию, приподнимает бедра, чтобы стянуть джинсы, и встаю с кровати.
– Я вызову тебе такси, – сообщаю, взяв мобильный в руки. – Адрес скажи.
Она хлопает длинными тяжелыми ресницами. Видимо, до секса ее никто не выпроваживал домой. Да, все выглядит тупо, но какой секс, когда я смотрю на эту… особу и думаю не о том, как скорее содрать с нее расстегнутые джинсы, а как идиот сличаю с той, которую желаю видеть на ее месте.
– Мы можем лечь спать вдвоем. Обещаю не буду приставать, а утром…
Меня бесит ее настойчивость, но я стараюсь не быть грубым.
– Я привык спать один.
Разочарованно мычит и, встав с кровати, приводит себя в порядок.
Едва выпроваживаю за дверь надоедливую девицу, как иду в ванную. Голова трещит, и я хочу освежить ее содержимое с помощью холодного душа.
«Эй, чувак, чего раскис?!» – кидаю хмурой физиономии в зеркале. – «Ты хотел курортную интрижку?! Получил! Проехали».
Прекрасно понимаю: все совсем иначе. Да, поразвлечься с красивой странной девчонкой я захотел, как только ее увидел, но дальше что-то пошло не так. В итоге она проникла в меня, будто вирус, лекарство от которого теперь мне не найти. Я же, похоже, не сильно запал в ее душу. Да, Кира сказала, что любит меня, и это выглядело вполне искренне, но потом больше ни разу не произнесла этих слов. Будто сомневалась в их правдивости. Нет, ей было хорошо со мной. Такое невозможно сыграть. Но затем я заметил странности и в поведении, и во взглядах, что ловил на себе. Девушка как будто искала подходящие слова, чтобы в чем-то мне признаться, но не могла найти. Ей всегда было сложно сказать правду в лоб. И я ждал, когда Кира это сделает, и специально откладывал разговор о будущем, чтобы не давить на нее и дать ей время разобраться: хочет ли она быть со мной, когда мы вернемся. А дальше мне тупо сорвало крышу от ревности, оттого что мы даже не приехали, а та уже назначила встречу бывшему. А может, снова настоящему. Скорее всего. Мужик заграбастал ее в объятья, едва увидел, а девчонка не возражала. Все. Стоп. Надо прекратить думать об этом.
Холодный душ ненамного помогает, и я направляюсь в комнату еще поспать, но не успеваю залезть в кровать, как начинает елозить мобильный на тумбочке, издавая противные звуки. Не глядя, отвечаю и тут же жалею об этом.
– Никки, ты не маленький мальчик и должен вести себя адекватно.
Вздыхаю и устало произношу:
– Ма, вести себя адекватно и делать то, что ты хочешь, разные вещи.
– Ты понимаешь, что такими контрактами не разбрасываются! – укоризненно летит в ответ, и я начинаю сердиться. Все по новой.