Рогатый папа
Сколько времени нужно, чтобы пролететь три этажа? Пара секунд? А может, целая вечность? Внутри все замерло, сжалось от предчувствия удара. Я заранее переживала всю ту боль, что должна была ощутить от падения. А в голове крутилось навязчивое «прости меня». Хотя я понятия не имела, у кого и за что прошу прощения.
Ноги ударились обо что-то жесткое, но это «что-то» тут же прогнулось, амортизируя, и я рухнула на спину. Несколько секунд лежала, не шевелясь, не веря в то, что до сих пор могу дышать. Но меня уже стаскивали вниз, укладывали на носилки.
– В доме еще кто-нибудь есть? – я даже не поняла, кто задал этот вопрос.
– Нет, больше никого, – прошептала я.
Через пару минут меня уже осматривал врач.
– Несите ее к машине, – скомандовал он
– А я могу остаться тут? И вы не могли бы дать мне телефон? Нужно позвонить…
Мне казалось жизненно важным увидеть сейчас Германа. А ведь он мог даже не знать, что произошло в его доме. Сообщил ли ему кто-нибудь?
– Какое «остаться»? Девушка! У вас, возможно, нога сломана, вся лодыжка опухла. Нужно сделать рентген. Плюс вы прыгали с высоты, нужно проверить на предмет внутренних кровотечений.
– Мне нельзя рентген, я беременна, – ошарашенно пропищала я, хватаясь за живот.
Сейчас, когда адреналин потихоньку отпускал, к горлу начинала подкатывать тошнота, все тело ломило, а сознание затапливал ужас от того, что может стать последствием всех этих прыжков и таскания Антона.
«У меня ведь волшебные дети, мои феечки, они не должны пострадать. С ними все должно быть хорошо», – с отчаянной надеждой думала я, пока меня несли к машине.
Дверь Скорой помощи с громким стуком захлопнулась, отрезая от остального мира. Завелся мотор, и машина тронулась с места.
Глава 14У Германа Руслан вызывал невольное уважение. После того, до чего довел стаю оборотней его отец, логично было предположить, что в городе вообще волков не останется. Но нет, взяв управление остатками клана в свои руки, за какие-то пару месяцев молодой волк неплохо развернулся.
Вновь открыл клуб, некогда заброшенный из-за кровавых разборок с вампирским кланом. Начал привлекать туда инвестиции, давать рекламу, организовывать концерты. Получалось с переменным успехом, но прибыль, пусть и небольшая, была.
Вдобавок ко всему, договорился с вампирами и, вернув им некогда украденный артефакт, получил взамен неограниченное обслуживание в клиниках Алмазова.
Виктор прибеднялся, утверждая, что Руслан с «бандой оборванцев» его разорит, ибо медицинские процедуры не дешевеют, а оборотень мало того, что лечил теперь у него всю свою стаю, потребовал еще и процедуру ЭКО с участием человеческой женщины.
Герман же считал, что парень продешевил. Возвращенный артефакт стоил намного дороже.
А деньги Руслану были нужны. Прямо сейчас он организовывал в своем клубе подпольный покерный турнир. Азартные игры запрещены, но нечисти закон не писан. Особенно той её части, что отчаянно нуждается в дополнительных средствах на развитие бизнеса.
Герман остановился у «Алисы» и, припарковавшись у входа, пошел внутрь. Вместе с охраной его встретил взволнованный владелец.
– Герман Игнатьевич, пожалуйста, ради всего святого, уберите его из моего клуба! Во-первых, он меня разорит. Во-вторых, тут же люди!
Парень выглядел бледным.
– Что же сами его не выставили? Парочка твоих оборотней уж точно бы справилась с одним-единственным фавном.
У Руслана заметно дернулся глаз.
– Из уважения к вам, – парень нервно сглотнул. – Да и драки мне здесь точно не нужны. Просто уведите его по-тихому, пожалуйста.
– Так и скажи, что боялся не справиться, – мрачно усмехнулся Нагицкий.
В том, что сможет увести отца по-тихому, он сомневался. Но не позволять же ему портить Герману репутацию.
«А Ирина совсем недавно то же говорила обо мне», – мелькнула невеселая мысль.
В помещении клуба произошла перестановка. Теперь в центре стояло шесть круглых столов, за которыми и происходило основное действо. На сцене одиноко сидел саксофонист, выводя грустную протяжную мелодию. По периметру зала располагалось несколько фуршетных зон. Люди сидели за столами, ходили между ними с заинтересованным видом. Периодически крупье объявляли о раздаче карт.
Больше всего зевак собрал крайний слева столик и сидевший там крупный накачанный мужчина в спортивной одежде.
– Поднимаю ставку, – пробасил он.
Нагицкий поморщился. Его всегда раздражал внешний стиль дражайшего родственничка. Тот наряжался как гопник из подворотни, да и вел себя соответственно.
– Отвечаю, – тучный усатый мужик, сидевший следующим, добавил фишки в центр стола.
– Зря. Если спасуешь прямо сейчас, еще домой успеешь, там жена с твоим братом развлекается, – осклабился Игнат, – прямо на твоем любимом кресле, где ты кофе по утрам пьёшь.
Мужик посерел лицом, мгновенно отвлекаясь от карт.
Герман поспешил как раз вовремя – еще чуть-чуть, и все бы кончилось дракой. А так положил руку на плечо усатому мужику, выпуская в нее импульс. Понизить подскочившее давление, замедлить выработку кортизола и снизить его уровень в крови, замедлить частоту сокращения сердечной мышцы.
Мужик раздраженно сбросил с себя руку, подозрительно уставившись на Германа.
– Прошу прощения за моего отца, – улыбнулся он игроку, – его только сегодня выпустили из психиатрической лечебницы.
– Пожалуйста, сделайте два шага назад, – вежливо попросил крупье. – К игрокам нельзя подходить так близко.
– Да, конечно. Я только заберу одного, – Нагицкий вежливо улыбнулся, подхватывая отца под локоть. – Этот уже пас.
– Эй, Геша, сыночек, – просюсюкал Нагицкий-старший, – куда ты меня тащишь? Дай хоть фишки заберу, я сегодня сорвал банк!
А затем, понизив голос, добавил театральным шепотом:
– Я ведь еще не сказал этим утыркам, что кто последний встанет из-за стола, тот сломает сегодня обе ноги.
– Выигрыш отходит казино, – отчеканил Герман, кивнув стоявшим неподалеку оборотням.
Он думал, что вывести отца будет проблемой, но он, на удивление, тяжело вздохнув, спорить не стал. Покорно поднявшись, пошел к выходу из клуба.
гнат, как только они оказались снаружи. – Но бабки ты зря им оставил. Если б забрал, уже через месяц клуб был бы твой.
Владение местечковым клубом Германа не интересовало от слова «совсем».
– Ты что тут устроил?
– А что? Я же правду сказал: тот мужик с усами встанет последним и сломает сегодня обе ноги своему брату, – невозмутимо пожал плечами фавн.