Жаркое из шефа

Разоблачение не было моей главной целью, поэтому я дал отбой ребятам и терпеливо ждал, когда Булочка сама захочет познакомится.
Ей досталась сложная секция. Там как правило допускали много ошибок, потому что недооценивали важность правильно и вовремя приготовленного гарнира.
Я заметил, как она сконцентрировалась на гарнире к палтусу и не видит, что Вася закидывает пять порций спагетти к курице с беконом.
Не знает или вредит?
На раздачу ушла рыба и Булочка метнулась к спагетти. Она увидела, что гарнир слипся, что не проварится. Хотела заменить, но Вася с мясной секции тут же закричал:
— Пять куриц! Готово!
Я видел, как метается Булочка между решением отдать негодный гарнир или завернуть курицу и приготовить новый.
— Гарнир не готов! — закричала она. — Спагетти пять шесть минут!
Вася вскинулся:
— Все у тебя готово! Ты саботируешь мою работу.
— Нет… Я не знаю… Ты не предупредил меня про курицу, я не отварил спагетти.
— Я сам их закинул в ковш! У тебя мозгов не хватает просто вытащить и разложить на пять порций?!
Он наезжал на Булочку, но я не вмешивался, чтобы узнать, как она выйдет из конфликта. На кухне такое часто бывает.
— Не надо готовить за меня. Ты должен был предупредить за шесть минут, что нужно пять порций спагетти.
— Просто разложи сваренные.
— Нет.
Молодец! Вот таких ребят… и девушек я ищу в команду. От того выбор стал еще сложнее.
Я не понимал, что для меня важнее, чтобы Булочка стала частью моей личной жизни, или чтобы вошла в команду моих ресторанов?
Эгоизм вопил забрать ее к себе и закрыть на тридцать три замка. Любить и не выпускать, пока она сама не захочет уходить. Моя собственная одержимость Булочкой пугала.
Но я все никак не могу понять ее ответ. Она целует меня, потому что я давлю? Потому что я шантажирую и подначиваю? Или потому что тоже хочет меня целовать?
Мне было дико сложно разобраться не только в своих чувствах, но и в ее.
А если Булочке я безразличен? Как я пойму, если не выведу ее из шоу и из-под собственной зависимости?
Прошло уже два часа, а по подаче блюд мы были только на середине вечера. Сегодня всем будет тяжело. Завтра ребятам нужен выходной. И мне нужно будет встретиться с адвокатом и подготовить документы на развод.
С момента моего ухода, Алла затаилась и не пыталась найти меня и помириться.
— Семь курицы, пять палтуса! Время?
Выбыла Катя. Теперь на кухне орудовали трое из участников и два моих су-шефа.
Андрей четко следил за рыбой, Вася отвечал за курицу и только Булочка на упрямстве за мужскую команду цеплялась за гарниры.
Она — большая молодец! Меня распирало внутри от чувства гордости за нее.
Но втроем они не успевали. Зашивались. Все же прием в шестьдесят персон слишком глобальный для шоу.
— Миша, на рыбу. Софья — мясо. Я беру гарниры.
Мы быстро подключились к работе, и я почти физически ощущал, как устала Булочка, но упорно работала плечом к плечу, стараясь не отставать от меня.
Я подшучивал, приободрял ребят, подмигивал липовому Дану.
Скоро поднялась Катя и встала в пару к Булочке на гарниры, тогда я пошел на раздачу. Финальное оформление и отдача блюд.
Все снова работало как часы.
Но когда я закрыл вечер, все как по команде сдулись.
— Все молодцы. Отпускаю вас. Номинацию проведем завтра во второй половине дня. Отдыхайте.
У них не осталось сил даже для радости. Они друг за другом покидали кухню, а я повернулся к режиссеру.
— Уже есть концепция по сезону?
— Да, Ян. Первоначально мы выделяем любовную линию наших голубков, потом делаем акцент на разоблачении.
— Каком еще разоблачении? — нахмурился я.
— Переодетой девицы. Нужно продумать, как мы ее разоблачим. Но мне сказали, что в операторской уже нарыли горячий материал. Монтируют.
Я прищурился. Мне не понравились эти намеки на разоблачение Булочки в рамках общежития. Уж не собираются ли они выкладывать видео из душа?
— Я схожу, проверю сам. Главное, чтобы меня и моей личной жизни там не было.
— Все вырезали, Ян. Обижаешь. Твоя личная жизнь — это твоя личная жизнь. А участники нам дали разрешение на свою. Так что…
Я кивнул, попрощался со всей съемочной группой и своими помощниками. Очень хотелось в душ, но пока в павильоне было многолюдно, и Михаил с Софьей еще не ушли, пришлось ждать.
Чтобы не терять время, я пошел в монтажную, которая располагалась рядом с операторской для удобства.
— Привет.
— Привет шеф, — молодой парень, который работал на меня второй сезон, быстро собрал пустые стаканчики из-под кофе и бросил в урну, неловко улыбаясь, словно извиняясь за беспорядок.
— Мне сказали, что ты сейчас монтируешь разоблачение? Можешь показать?
Парень хохотнул:
— У нас тут такая интрига, шеф! Он ее отдрючил в подсобке. Хотел вставить как есть, но там жестко. Придется вырезать. Такое больше для порносайта сгодится, чем для кулинарного шоу.
— Кого отдрючил? — от давления у меня заложило уши.
— Девицу переодетую.
— Кто?
Я почувствовал, как меня накрывает жаром, как при недавнем приступе. Еще не хватало.
Парень заметил и подскочил:
— Я сейчас воды принесу, шеф! Вы присядьте!
Я еще не до конца понимая, что от меня скрыли, сел на его место, а оставшись один, ткнул на просмотр.
В кадре Вася затаскивал в подсобку мою Булочку. Она не сопротивлялась, но входила за ним настороженно. Следующими кадрами шли жаркие сцены секса.
Меня затопила ревность.
Я не видел лиц и подробностей происходящего, но из предыдущей нарезки я знал, что там Булочка с Васей занимаются сексом…
Значит я для нее просто еще один необъезженный член? Еще один неиспользованный шанс?
А я почему-то искренне надеялся на любовь… На взаимность…
После разочарования в семье и жене, удар по самолюбию от Булочки оказался убийственным.
Я выключил пошлые кадры, закрыл лицо в ладонях и взревел. От моих планов на будущее не осталось камня на камне. Я больше ничего не хотел делать для нее. Только выкинуть из своей жизни. Вот такую, безымянную.
Стереть и забыть.
Когда вернулся парень-монтажер, я только махнул на экран:
— Убери это нахрен. В эфир такое разоблачение не выйдет.