Пепел. Наследие

– Это уже давно известный факт.
Сажусь и бросаю взгляд на дверь.
– Там Ральф, и если мы выйдем из комнаты, он сразу доложит об этом Майклу.
Кейт садится, перебирает свой хвост, и на её лице появляется хищная ухмылка, она бросает взгляд на дверь, а потом на меня.
– Так вырубим его.
– Как? – спрашиваю я, чувствуя себя предательницей. Ральф хороший человек, но…
– Есть аптечка? – спрашивает подруга, закатывая рукава толстовки.
– Да.
– Тащи сюда.
Приношу из ванной аптечку. Кейт что-то ищет с безучастным выражением лица, но как только искомое оказывается в её руках, она поднимает на меня победоносный взгляд и говорит:
– Больше Ральф – не проблема.
В наших умах складывается совершенно немыслимый план. Одной мне из города не выйти, да и не дура я, чтобы подвергать себя такой опасности.
– Мы залезем в машину и выйдем за пределы города вместе с Майклом, а спустя несколько часов дадим о себе знать, – шепчу я Кейт в самое ухо.
Она кивает, смотрит на свои часы и сообщает:
– Сейчас час пятнадцать.
– У нас есть примерно час, чтобы собрать необходимые вещи, найти машины, которые поедут с Майклом, и незаметно влезть в одну из них. И желательно, чтобы на этой машине не поехал сам Майкл.
– Почему? – спрашивает Кейт.
– Он услышит моё сердцебиение и поймет, что я где-то рядом.
– Отлично.
Я как можно бесшумнее заканчиваю собирать сумку, ставлю её за кровать. Подхожу к окну и снова открываю его. Кейт улыбается, подтаскивает стул к двери, забирается на него, наливает на мой носок, что держит в руках, жидкость, которую нашла в аптечке, и шепчет:
– Зови эту гору мышц, сейчас я ему покажу.
– Он не Убийца, – напоминаю я.
– Какая разница? Все, у кого между ног член, – мудаки. И судьба распорядилась так, что сегодня за всю мужскую часть населения мира отвечает Ральфи.
Подхожу к двери и мысленно прошу у Ральфа прощения. Открываю дверь и смотрю на сидящего на стуле мужчину.
– Я думал, вы уснули. Что-то случилось? – спрашивает он, подносит к лицу часы и говорит, – я тут буквально пару минут, потом меня сменит Истон, а утром мы уезжаем. Думаю, тебе уже об этом сообщили.
– Да, Майкл сказал. Ральф, помоги мне закрыть окно, там что-то заело, а у меня сил не хватает.
Он абсолютно доверчиво кивает, ещё раз смотрит на часы, встаёт со стула, делает несколько шагов и переступает порог комнаты. Я тут же закрываю дверь и прижимаюсь к ней спиной, а Кейт с улыбкой маньяка запрыгивает на жертву со спины. Как обезьяна обхватывает торс Ральфа ногами и практически впихивает ему в рот мой носок.
– Толкай его к кровати! – командует Кейт громким шёпотом.
Толкаю Ральфа, он падает на кровать. Кейт отступает от него и откидывает носок в сторону. Ральф без сознания. Поворачиваю его голову набок, чтобы он не задохнулся.
– Прости, – шепчу я и оборачиваюсь к Кейт, встречаюсь с опухшими глазами подруги и говорю, – сейчас его должен сменить Истон.
– Отлично, он-то уж точно не станет заглядывать к тебе в комнату. А Ральфи поспит несколько часов.
Быстро надеваю куртку, хватаю сумку и рацию. Мы выбегаем из комнаты. Я ухожу на улицу, а Кейт остается возле двери, она должна сказать Истону, что Ральф ушёл, и она присматривает за мной, ожидая моего бывшего парня.
Через десять минут Кейт спускается вниз, машу ей из-за дерева, она подходит, сообщает, что Истон "повёлся", и мы под покровом темноты пробираемся к военным ангарам. В городе много людей, кто-то работает в ночную смену, кто-то отдыхает. Мы выходим из зарослей возле бара и спокойно движемся в нужном нам направлении. Прохожие не обращают на нас никакого внимания.
Адреналин разгоняет кровь. Я чувствую, как руки трясутся, а дыхание сбивается. Но ощущение, что я всё делаю правильно, не позволяет мне отступить от намеченной цели.
Ангары.
В городе ночь, но это место не спит. Здесь куча военных, мой взгляд останавливается на месте, где десяток машин загружают всевозможным оружием и продовольствием. Я уверена, что именно на них поедет Майкл.
– Нам нужно туда? – с воодушевлением спрашивает Кейт.
– Да.
– И как мы это сделаем?
Замечаю, что военные перевозят мешки и металлические короба с провизией с соседнего склада. Мы несемся туда сломя голову и забираемся на уже приготовленные телеги. Вместо двух коробов теперь три. Один из них мы затаскиваем на импровизированную телегу. И в него же влезаем вдвоём. Сумку втискиваю между нашими изогнутыми телами. Захлопываю крышку и сжимаю руку Кейт. В обычных условиях мы бы не влезли в этот короб, но страх быть пойманными и адреналин сделали всё за нас. Слава Богу, что продовольственный склад не охраняют как те, где хранится оружие. Иначе, наш план бы не удался.
– Лишь бы кислорода хватило, – шепчет Кейт.
– Мы приоткроем крышку, как только нас загрузят в машину.
Сидим, как мышки, я, кажется, вообще дышу через раз. Если нас поймают, то… мы поедем в Возрождение, а Майкл будет злиться. Да и выйдет, что Кейт зря пихала Ральфу в лицо мой носок.
Не проходит и пятнадцати минут, как нас загружают в машину. Некоторое время ещё слышны голоса и какие-то стуки, но как только всё стихает, мы приоткрываем ящик и впускаем кислород в наше убежище.
– Может, это ошибка? – спрашиваю я сама себя.
Кейт отвечает:
– Это мы узнаем, когда Майкл обнаружит нас здесь.
– Он будет зол.
– Даже не сомневаюсь.
В закрытом ящике мы не выдерживаем и часа. Выбираемся наружу, но не выходим из машины. Тут множество идентичных нашему ящиков, мешков с едой, военной формы и оружия.
Спустя несколько часов ангар открывается, мы с Кейт забираемся обратно в ящик. Я слышу громкий голос Майкла, он раздаёт приказы, получает коллективное: "Принято". И ещё до рассвета наша машина, как и несколько других, страгивается с места и уезжает за пределы защищённых стен Хелл.
Мы едем в город, где нет жизни. В город, который наводит ужас только лишь мыслями о нём.
Едем долго. Всё тело затекло. Мышцы ноют. Ухабистая дорога, становится ещё более неровной. Несмотря на всё это, я несколько раз впадаю в состояние дремоты. Периодически мы приоткрываем ящик. Кейт предлагает вылезти, но я боюсь. Боюсь, что мы уехали недостаточно далеко, и Майкл отправит нас обратно.
Машина резко останавливается. Как и моё сердце.
Что-то не так.
Прикрываю крышку и слегка толкаю Кейт в плечо. Она задремала в позе эмбриона.