Отдел "Рояль в кустах" (СИ)
— А хочешь ещё секретик расскажу? — казалось в слух обратились все. — У него была своя группа, которая полностью ему доверяла. Они отправились в подземелье, из которого вернулся он один. Тогда он отнекивался, что ничего не мог сделать и никак не мог помочь своим. Так какого ты вернулся, почему не остался с товарищами до конца? Он бросил их как последний трус! После чего пропал и теперь я встречаю его здесь, а он ещё смеет говорить про нас "бесполезности". Тебе не кажется это странным? Последний трусишка оставивший своих товарищей умирать и спасшийся сам, что-то говорит нам? А, чего молчишь? Все они герои такие. Только на словах чего-то могут, а как доходит до дела, то сразу опускают хвост как побитые псы и бегут.
Его слова шокировали меня, Курт — герой. Бросил своих и убежал. Нет, нет, нет не верю. Точно Айвэндиль наверняка всё приукрашивает в чёрные цвета.
— Думаешь я всё перекручиваю и сгущаю краски. Не смотри так на меня, у тебя всё на лице написано. Я, говорю, как есть! Обязательно потом найди историю героя Белый рыцарь. Правда после над ним стали подшучивать, что не Белый, а Бледный рыцарь — от страха.
Мысли в голове скакали табуном, но никак не могли собраться, чтобы осмысленно ответить ему.
— Что молчишь? Сказать нечего? Правильно, молчи. Твои любимые геройчики все такие. А ты ещё и поклонилась одному из их худших представителей. Внутри ничего не гложет? Может и передо мной поклонишься за наставления? Давай, не стесняйся.
— Хватит! — вперёд вышла Кларентина и закрыла собой меня. — Ты уже перешёл грань.
Ко мне ещё подошла Агнесса, схватила за руку и стала её поглаживать успокаивая, только тогда я поняла, что меня трясёт, а руки дрожат.
— Может быть и ты ему поклонишься? Спасибо, наставник Курт. Вы так здорово надо мной изгалялись, я хочу ещё, — из уст Айвендиля сочился сарказм.
— Если надо, то поклонюсь. Может тебе и не надо, а вот меня полезным умениям он научил. Так что, не греби всех под свою шёрстку. И следи лучше за собой. Мистер, у меня типа украли амулет.
— Что ты сказала?
— Надоело. Пошли отсюда, — Кларентина схватила нас и потащила от Айвэндиля, который продолжал в спину сыпать колкостями.
Когда мы скрылись ото всех Кларентина остановилась.
— Балда, — и ударила ребром ладони по моей голове.
— Ай, за что?
— Дура, потому что. Мы тебя предупреждали, а ты всё равно попалась и слушаешь его, — после чего схватила меня и прижала к себе. Она просто прижимала меня к себе, в этот момент я стала расслабляться и не выдержав заревела. Уткнулась ей в плечо и плакала. Взрыв слёз был для меня неожиданным, я не могла остановиться и продолжала реветь. На то, чтобы успокоиться ушло минут пять. — Ну что, стало полегче?
— Д-да, — я отстранилась от неё и стала вытирать слёзы.
— Ну вот и славно. И выброси из головы все его слова. У каждого своя правда, тем более его правде доверять точно не стоит.
— Хорошо, спасибо девочки. Вы меня опять спасли.
— На то и нужны подруги, — подала голос Агнесса, которая всё это время лёгкими поглаживаниями по спине успокаивала меня.
— Подруги, — я покатала это слово на языке. — А мне нравится, как это звучит.
— Ты только верни обратно свой цвет волос, — наклонившись ко мне прошептала Кларентина. — Пока кто-нибудь не увидел.
— Ой, — я посмотрела на свои кончики, они покраснели, опять не уследила. Столько сил отдаю, чтобы контролировать это. Видимо в этот раз потрясение было излишне сильным. — Давно? — спросила я с намёком не увидели ли смену цвета другие обучающиеся.
— Не переживай, когда рыдала как маленькая девочка. Так, что увидели только мы.
— И ничего я не маленькая, — я надула щёки, ударила ладошками по ним выпуская воздух и улыбнулась. Переглянувшись, мы рассмеялись. — Ну, что подруги, пошли мыться, кушать и спать? Завтра последний день. Попадём вместе на испытание?!
— Да, — поддержали меня, продолжая улыбаться, мои первые подруги, которые за несколько дней стали очень близки мне. Я впервые поняла и ощутила, что значит иметь друзей. Знать, что тебя поддержат и помогут в сложной ситуации необычно и волнительно. До сих пор внутри оставался комочек недоверия, но я старалась его прогнать, так как совсем не чувствовала от них лжи. Надеюсь, после того как здесь завершим, то продолжим дружбу. Можно будет переписываться, а иногда встречаться. Из-за своей повёрнутости на героях в приюте так ни с кем и не сошлась. Они первые кто не отвернулся от меня, те кто поддержал. И за это я им очень благодарна.
Не знаю, чего добивался Айвэндиль, может хотел меня довести, а после спровоцировать на агрессию и, таким образом, вывести из кандидатов. И ведь у него это могло получиться, если бы не девчонки.
Ванные процедуры прошли тихо и спокойно, но вот в столовой разыгралась целая драма. В неё вся в слезах влетела Софья и заявила, что Рондал к ней сейчас приставал. Заявил, что он ей постоянно помогал и потребовал оплаты. В подтверждении она показала свой полуоторванный рукав на одежде. Якобы он удерживал её, но у неё получилось вырваться из-за чего рукав и пострадал, ударила его и убежала. В этот момент в столовую зашёл предполагаемый насильник, у которого одна часть лица отдавала краснотой. Софья спряталась за Алексом и Айвэндилем, начала плакать. Рондал опешил от обвинений. А Софья, продолжая рыдать стала говорить, что он специально себя так ведёт как будто ничего не понимает. Рондал же сказал, что Софья попросила его помощи, а когда они зашли к ней в комнату дала пощёчину и убежала. Он так и не поняв, что случилось отправился в столовую, а тут его обвиняют в том, чего он не делал.
В итоге всё завершилось вызовом наставника Курта и преподавателя Карлиссы. Так же один из прислужников подтвердил, что они заходили в комнату к Софье, но что там было неизвестно. Улик против Рондала не было, кроме порванного рукава и слов Софьи, но их не могли оставить без внимания и Рондала сняли с испытания. Приставили прислужника, чтобы точно больше ничего не произошло. На самом Рондале не было лица, он никак не мог поверить в произошедшее и постоянно твердил о своей невиновности. Я ему верила, но как и с Мугачей никак не могла помочь, да и не хотела если честно. Пусть таким образом, но одного из претендентов вывели из игры, а значит у меня будет больше шансов попасть на испытание. С такими мыслями я улеглась спать.
Глава 14
Я сидела на скамейке рядом с плацем, наблюдая как Мая и Кларентина делают утреннюю пробежку. Я ощущала их как своих сестёр, Кларентина старшая, а Мая младшая.
В самый первый день в лагере я была разбита тем, что не справилась с утренней пробежкой. Меня дотащили парни — какой позор. Думала, что меня заклеймят и будут обходить стороной. Но меня из этих мыслей вывела Мая. Она не стала юлить и красиво говорить, а обратилась ко мне как будто я обычная девчонка. Это сначала сбило с толку, я не знала, как себя вести. Но благодаря её доброжелательности и искренности прониклась и стала в той же манере с ней общаться. И это мне очень понравилось. Всю свою жизнь мечтала о подруге, с которой можно просто и незатейливо поговорить. А дальше к нам незаметно влилась Кларентина. Наверное, эти девять дней оказались самыми счастливыми в моей жизни. Не скажу, что до этого она была очень тяжёлой, но явно не счастливой.
Я пятый ребёнок в семье герцогов, к тому же девочка. Моё воспитание полностью свалили на няню и другую прислугу. Родители особо меня не замечали. А зачем? Я ни на что не претендую, а когда вырасту отдадут замуж в другую семью, соответственно и подпускать к тайнам и секретам нашей семьи не стоит. Это всегда сильно задевало и печалило, хотелось, чтобы родители замечали меня, играли со мной и относились тепло. Но нет, увы. Других детей моего возраста вокруг меня не было, взрослая прислуга всегда мне угождала и называла меня "Маленькая герцогиня". Так и получилось, я не большого роста, хрупкая как снаружи, так и внутри.