От себя
Может, у него что-то случилось?
Тогда я ещё даже не подозревала, что мимолётное поглядывание на Константина Станиславовича во время рабочего дня, очень быстро войдёт у меня в привычку. А внутри стремительно зародится нечто запретное, неподвластное контролю. То, от чего убежать будет практически невозможно. И усиливаясь ежедневно, эта гребаная напасть поставит под угрозу всё то, что для меня по-настоящему дорого.
5. «Врушка»— Отлично выглядишь! — Даня подходит со спины, обнимает за талию, зарываясь носом в мои волосы. — Что-то не помню у тебя такого платья. Новое?
— Нет, отрыла в шкафу… — быстро отвечаю, удивляясь, зачем я ему вру. — Нравится?
— Да, тебе очень идёт! — разворачивает меня лицом к себе и быстро целует в губы. — Ты у меня самая офигенная!
— Не преувеличивай! Обычное офисное платье…
Ну подумаешь, я на неделе после работы решила прогулять спортзал и прошвырнулась по магазинам. Разве никто больше так не делает?
Накупила новых шмоток, чтобы чуть-чуть побаловать себя. Давно я этим не занималась. Просто нескончаемые мысли об организации свадьбы начали меня немного утомлять, захотелось разнообразия.
Я могла бы сказать это прямым текстом Дане, и он бы меня только поддержал — он всегда меня поддерживает. Но я, какого-то черта, ему соврала. Потому что знала, что дело не только в этом. У меня вдруг возникло жгучее желание нравиться. Мне захотелось выглядеть так, чтобы на меня засматривались и другие мужчины, не только мой Даня.
Я, если честно, в последнее время подзабила на свой внешний вид. Ходила в том, в чем мне удобно, не парилась с укладкой и макияжем перед работой… Утром мне хотелось подольше поспать, а не торчать битый час перед зеркалом. Да и на вид больше двадцати лет мне редко кто давал в мои двадцать пять. Спасибо генам! Так что…
Однако недавно во мне словно что-то щёлкнуло — я поняла, что могу выглядеть намного привлекательнее, если приложу усилия. Зачем мне это нужно, я ещё смутно понимала. Но перемен хотелось жутко.
— Ух ты! Мне кажется, я тебя вообще не видела с распущенными волосами! Тебе идёт! Такие волны классные! Утюжком укладывала или на ночь бигуди? — восхищалась Дарина, пока мы стояли в очереди в кафе.
— Просто высушила волосы феном после мытья. Ничего особенного…
— Да ты вообще последние две недели какая-то другая. Таинственная. Колись, что произошло? Жениха перед свадьбой решила понадёжнее приворожить? Хотя, ты же вроде говорила, что он чуть ли не со школы был в тебя влюблён, а ты его годами мариновала во френдзоне… Кстати, ты такая подтянутая стала, как начала в зал ходить. Прям стойняшка! Может, мне тоже записаться? А то я в последнее время что-то плотно на булки подсела. Ох уж эта зима… Есть постоянно хочется… Хоть рот зашивай!
— Ходить в зал нужен мощный стимул. Иначе опять купишь абонемент, а появишься там только два раза, дай бог, — иронично предостерегаю Кулакову, расплачиваясь за свой обед на кассе. — Мой стимул — идеально выглядеть в свадебном платье на фотографиях. А у тебя какой?
— А у меня, может, носить такие же облегающие платья, как теперь носишь ты… — рассматривая меня, Дарина поднимает большой палец правой руки вверх.
— Слабенький стимул… — улыбаюсь подруге, направляясь с подносом к свободному столику. Кулакова следует за мной. — К тому же, с такой мотивацией ты будешь меня часто проклинать. Не хотелось бы…
— Ой да ладно!
Как только мы усаживаемся поудобнее, я замечаю, что в кафе заходит Константин Станиславович, и направляется в конец очереди. Похоже, это улавливаю не только я.
— О, Сонь, а ты видела, что Симанович кольцо снял? Я сама — нет, мне Элла Львовна из бухгалтерии сказала. Она, кажется, на него всерьёз глаз положила. Ну ещё бы! Ей сорокет через пару лет маячит, а замуж так и не вышла, бедняга… И детей нет… Она всё личное дело Константина Станиславовича у кадровички уже вдоль и поперёк изучила. Он же сам такой скрытный, ничего о себе толком не рассказывает. А Элла сразу всем разболтала, как только Симанович порог офиса переступил, что, девочки, расходимся, он давно уже женат, счастлив, и дочь у него взрослая — в универе учится…
— Нет, не видела, — слегка раздраженно прерываю взбудораженную Кулакову, принимая как можно более незаинтересованный вид.
Хотя украдкой наблюдаю за тем, как Константин Станиславович двигается в очереди, о чем-то переговариваясь с нашим офисным водителем.
Меня сердит то, что врать в мелочах мне в последнее время приходится часто. И виной всему наш новоиспеченный начальник отдела со своей сильной мужской энергетикой, будь она неладна! К сожалению, я наконец-то поняла, о чем тогда мне твердила Дарина.
Глупо отрицать, что у меня против моей воли возник какой-то не особо здоровый интерес к этому мужчине. На минуточку, взрослому! Восемнадцать лет разницы в моем понимании — целая пропасть. Ещё на минуточку — женатому! Ну и, в конце концов, я тоже совсем скоро отравляюсь под венец! Тогда — почему я позволяю себе думать о нём?
Несколько раз на прошлой неделе и три на этой мне приходилось подсаживаться к Симановичу, чтобы объяснить некоторые технические нюансы в нашей работе. Да и со старыми поставщиками были кое-какие проблемы.
Каждый раз, когда я садилась на стул рядом с ним, возникало ощущение, что я попадаю в какую-то аномальную зону с высоким напряжением, в которой практически не могу себя контролировать. То хихикаю невпопад, как девочка, то торможу и переспрашиваю одно и то же. Хотя, если задуматься, Константин Станиславович абсолютно ничего такого не делал, чтобы смутить меня или как-то спровоцировать на неадекватность. Но от него настолько приятно пахло свежестью елового леса (это я так окрестила его парфюм) и исходила какая-то загадочная сила, что я, дуреха, находясь настолько близко, совсем тупела. Не могла сообразить, что ему ответить на совсем простой логичный вопрос по работе.
Константин Станиславович, наверное, думает, что я немного того. Такое чувство, что он ко мне уже даже лишний раз обращаться не хочет. Может, и правильно делает…
В общем, естественно я заметила, что обручальное кольцо исчезло с его безымянного пальца несколько дней назад.
— Почему снял, как думаешь? — не сдавалась Дарина. — Поссорился с женой? А вдруг разводиться собирается? Прикинь, как Элла Львовна обрадуется?
— Мне всё равно.
— Да это понятно. Но ты же с ним вместе много работаешь…
— И что? Думаешь, он со мной свою личную жизнь обсуждает?
— Нет. Я имела в виду, что твой стол ближе всего к его рабочему месту. Может, ты слышала какие-то разговоры по телефону, например? Не по работе…
— Даже если бы что-то такое и слышала, то не стала бы, уж точно, распространять сплетни! — ни на шутку взъелась я. — Может, уже сменим тему?
— Ладно-ладно… Ты чего? Что-то снова не так с выбранным вами вариантом банкетного меню?