Попаданка с огоньком, или Испытание для Темного

— И хорошо! — оборвала его вредная птица. — Было бы лучше, если бы вы все пропали.
— Поймите, — я подошла тоже, опасаясь всё же, что пернатая вредина оторвёт от меня кусок побольше своим хищным клювом. — Я потомок Фениксов. Мне нужно туда пройти!
Праматерь оглядела меня.
— Фениксы! Слуги Хаоса! — её голос прогремел над землёй так громко, что я слегка присела.
Это… очень нехорошо — подсказала мне интуиция, засвербев в том месте, которое отвечает за её средоточие. Не на такую реакцию я рассчитывала.
Птица растопырила крылья, и между её перьями пробежались мелкие молнии. Всю её окутало синеватым свечением, к шуму дождя добавился тихий треск электрических разрядов. Фокусы похлеще моих!
Я отшатнулась. Двэйн тоже сделал шаг назад, хватая меня за руку.
— Пусть перебесится, — сказал он тихо. — Что-то, Фениксы ей нравятся ещё меньше тёмных. Неожиданно…
Не то слово, как неожиданно!
Гугл вспорхнул над головой пернатой прародительницы, собираясь, видно, воздействовать снова, но она быстро выловила его острым взглядом. И тут — я вскрикнула — зарядила в него молнией. Филин досадливо охнул, его отбросило в сторону.
Я кинулась было ему на подмогу, но за что-то запнулась.
— Стой! — попытался остановить меня Двэйн.
Из земли вздыбились узловатые корни. Поползли вокруг змеями, цепляясь за ноги. Невозможно было сделать шаг. Сначала они парой увесистых ударов отправили претемнейшего в короткий и унизительный полёт. А затем и меня — так, что рёбра затрещали. Я даже не успела собрать силы, чтобы ответить ей огнём. Признаться, разозлилась уже достаточно.
Падать было ничуть не приятнее, чем летать.
Земля пошла волнами, швыряя меня с места на место, как мячик для гольфа. И через полминуты нас с Двэйном, точно так же, как в этой игре, забросило… Нет, не в лунку, а в какой-то древний пересохший колодец.
Я успела отметить покрытые мхом каменные стены. И запах сырости. А ещё — промозглость, которая впилась через мокрую одежду сразу под кожу. Зубы застучали, пальцы похолодели, как будто из меня выкачали весь огонь.
Я упала на Двэйна, явно отбив ему что-то ценное — судя по глухому вздоху и судорожному напряжению мышц. И мы оба замерли на дне — а сверху нас начало заливать сильнейшим дождём. Я попыталась встать, но на претемнейшем было гораздо лучше, чем на холодной земле.
— Не шевелитесь! — шепнул он. — Пусть успокоится и уйдёт. После разберёмся, что делать.
Я послушно замерла, слушая стук сердца Двэйна, тихо надеясь, что не навредила ему слишком сильно. Обидно будет перекрыть выход такому генофонду…
Нет, я точно ударилась головой, иначе откуда в ней такие мысли?!
    
Глава 17
Расшвыряв нас по углам, бешеная птица наконец успокоилась. Некоторое время ещё был слышен тревожный шелест её крыльев и гневно-ворчливый клёкот, но затем всё стихло.
К тому времени я начала замерзать даже лёжа на претемнейшем. А насчёт него и вовсе засомневалась: жив ли. Такое количество счастья, что свалилось на него в моём лице, знаете ли, не каждый вынесет. А уж особенно — с достоинством…
— Вы там как? — уточнила я и приподняла голову, чтобы осмотреть “пострадавшего”.
— Как ни странно, вполне неплохо, — бодро отозвался Двэйн. — Вы не пуховое одеяло, конечно, но лучше, чем ничего.
Он смахнул с лица воду и сел, стряхивая меня себе на колени. Я сползла по его груди, как большая холодная капля. Обхватила себя руками и задрожала так, что со стен, кажется, земля посыпалась.
— Почему я мёрзну? — вопросила, глядя в хмурое небо.
И поняла, что давно уже так не мёрзла: меня всегда грел внутренний огонь.
— Потому что это какая-то блокирующая силы яма, — вздохнул претемнейший. — Я тоже не чувствую в себе магии. И это очень плохо. Потому что, судя по глубине колодца, мы тут застряли надолго.
Когда я — с неохотой, надо сказать — с него слезла, он встал и прошёл вдоль скользкой каменной стены. Попытался зацепиться пальцами за кладку, но она была такой плотной, что это выглядело совершенно бестолковой тратой сил.
— Откуда этот колодец тут взялся? — я тоже прошлась туда-сюда, пытаясь согреться. — Не птицы же его построили!
Между делом попыталась вызвать хотя бы маленький огонёк — бесполезно!
— Скорей всего, он остался со времён строительства Врат. Это дело небыстрое, а людям нужна вода.
Двэйн вычертил несколько магических знаков, но только впустую поводил руками по воздуху.
Я сжала в кулаке шишку, пытаясь дотянуться до Гугла, но похоже, эта яма блокировала даже связь с ним. Ещё некоторое время мы с претемнейшим ходили по кругу, пытаясь найти способ выбраться, но не обнаружили совершенно никаких зацепок.
На дне колодца понемногу собиралась вода. Дождь лил, словно сумасшедший, я промокла до самой последней нитки, да и Двэйн выглядел не лучше.
— Надо было сразу попытаться воздействовать на древо, а не разговаривать с чокнутой птицей, — наконец сделал он вывод. — Впредь будет мне уроком.
— Я так полагаю, савиром обернуться вы не можете… — вздохнула я.
Претемнейший покачал головой.
— Хаос глушит всё. Я уже пытался обратиться.
Надо же, я и не заметила. Видимо, дела наши действительно плохи.
— Эй! — вдруг раздалось сверху. — Вы как там?
Чуть раздражённый голос Гугла прозвучал музыкой для моих ушей.
— Мы держимся, — крикнула я. — Но ты сюда не спускайся, тут для тебя опасно.
Мало ли, какое действие эта ловушка окажет на филина. Он сам чистейшая магия, и не хотелось бы, чтобы под воздействием Хаоса вдруг помешался.
— Как далеко ты можешь улетать от шишки? — задрав голову, уточнил Двэйн.
— Достаточно далеко, — буркнул птиц. — Но чтобы позвать на помощь, этого будет недостаточно.
— Попробуй отыскать хоть кого-то из наших, — слегка севшим голосом предложила я. — Может, снаружи они смогут чем-то нам помочь.
В горле ощутимо першило, говорить было трудно.
— Будем надеяться, что они не в такой же западне, как мы, — согласился Двэйн. — Если не удастся их найти, попытайся воздействовать на эту двинутую птицу. Ведь тебе удавалось на время её успокоить.
— Побольше уважения, я попросил бы! — возмутился Гугл. — Эта птица видела юность этих земель. Когда арморумы были не выше травы.
— Знаешь, — вступилась я, — нам сейчас как-то не до пиетета! Мы тут замёрзнем или утонем. Оно тебе надо?
— Ладно… Ладно! — страдальчески вздохнул птиц. — Я попытаюсь. Снаружи магия действует, так что я что-нибудь придумаю. Наверное…