Сорвиголова

— Как скажете, госпожа. Лично раскалю печку и подам вам ярко-алую кочергу или даже сам покалечу себя, всё ради вас! — открыв перед дамой дверь, я сделал пригласительный жест рукой.
Войдя в дом покойного Глиндалина, мы не обнаружили здесь никого. Четыре девушки-рабыни, видимо, где-то спрятались в комнатах. Индель не увидела подругу и протянула ко мне руку снова. Ну что ж, снять маску так снять, убрав «носатого чумного доктора», я тут же кинулся на жертву, пока она удивлённо на меня взирала. Завязалась борьба, схватить и повалить одного со мной уровня эльфийку не получалось, она была хоть слабее в силе, но ловчее меня. Связать или закрыть ей рот кляпом не вышло тоже. Что ж, не пытать мне Индель, а ведь нужно было выведать информацию, за что эти дуры так поступили с Арвен, со своей лучшей подругой. Пришлось вытаскивать топоры и рубить ушастую насмерть. Всё-таки она начала орать, привлекая внимание с улицы. Альба напоследок соизволила подбежать, чтобы помочь мне, даже пару раз попыталась ударить палкой по противнице, отвлекая её на себя. В конце концов я добил Индель, получив крохи опыта.
Вы наносите серой эльфе Индель урон топором: 37. Победа.
— Девушки, вы, конечно, «молодцы», что не вмешались, — сказал я трясущейся троице, выглянувшей из другой комнаты, когда дело было сделано. — Но вам нужно перестать бояться смерти. Научиться убивать даже эльфов. Если бы подохший ушастик успел позвать на помощь, вслед за мной убили бы и вас!
— Мы готовы! — сказала Ганнушка. — Но руки не подымаются, всё же нам вбили в башку, что хозяевам нужно подчиняться беспрекословно. Тем паче поднимать на них руку нельзя. Нас учили отдавать за них свою никчёмную жизнь.
— Тогда поздравляю — вы не жильцы! Первый попавшийся в лесу эльф вас прирежет, как тупую, бессловесную скотину! — усмехнулся я.
Мы споро собрались, я хотел побыстрее вывести девушек из посёлка, но тут на пороге дома появилась его хозяйка и по совместительству жена покойного алкаша — Меллан. Она была всего двенадцатого уровня. Втянув опешившую женщину внутрь, я дал ей в рожу без предупреждения, а девочки закрыли двери, кинувшись мне помогать. Сначала нужно было забить её до еле мигающей пронзительно-красной линии жизни, то есть довести до самого края смерти. Эльфийка пыталась подняться, закричать. Но я решил, что раз можно ударами по рукам сбить каст у мага, то и голос можно так же «сбить». Только она ухитрялась заверещать — удар в горло, нос или в губы, и она тут же затыкалась, задыхаясь. Действуя больше оплеухами, чем кулаками, я бил не в полную силу, чтобы ненароком не прикончить светоч знаний для полного выполнения задания. Но всё равно лёгкую инвалидность нанёс: вывих челюсти, несколько выбитых зубов. Я держал Меллан за руки, усевшись на неё сверху, пока девочки помогали связать эльфийку. В конце концов она сдалась и позволила себя спеленать верёвками.
Пришлось засунуть Меллан в рот грязную тряпку, чтобы не вздумала снова верещать, зовя на помощь. После чего объяснил, и не только вербально (пинками любая разумная или нет скотина понимает быстрее), что я тут делаю и что случилось буквально недавно с её мужем Глиндалином и сестрой Индель. Да-да, четыре девочки рядом поведали мне интересную информацию, Индель и Меллан были единственными детьми в семье: сестрёнки-погодки.
 
    
Глава 16. Вторая из троицы
Напившись воды после двух потасовок подряд и передохнув, я вытащил кляп изо рта серой эльфийки, рассказав ей о том, что меня прислала Арвен, и «моей» милой нужно знать, почему и за что с ней так поступили единственные подруги?
— Только не вздумай орать! Ты знаешь, зачем я тут. Говори…
— Это неслыханно. Это возмутительно, — свирепая Меллан, у которой уже частично восстановился уровень жизни, пришла в себя, начала сходу качать права, психологически оказывая на четырёх подружек давление. — Безобразие какое. Да как же так, девочки? Я же вас воспитывала, как своих детей. Просто ужас какой-то. Я же ваша госпожа, зачем вы слушаете этого безродного человечка? Он не эльф, позовите кого-нибудь на помощь на улице. Ну-ка быстренько, встали и пошли! — девушки аж задрожали в страхе, забыв в силу привычки, что они уже не рабыни. Видя сомнения в их действиях, эльфа чуть смягчилась: — Обещаю, убьют только его, а вас простят! А я… вас награжу, как сыр в масле кататься будете!
Пора заканчивать этот спектакль, девочки все-таки прошли какую-никакую проверку: сидят, молчат, смотрят, как отреагирую я. Пора и мне вступить. Кажется, кто-то неадекватно воспринимает действительность. Ушастая «хозяйка» видела, что вокруг неё пятеро рабов, но не могла проникнуться, серьёзно отнестись к нашей компании и ситуации в целом. Я был без маски, но даже мой относительно высокий уровень и оплеухи не давали ей смириться с мыслью, что рабы могут восстать, а она здесь не госпожа-полубогиня над низшими. Засунув обратно в рот эльфийке кляп, опять довёл её до минимального количества жизней. Меллан снова прилетела лёгкая инвалидность — смещение ребра в грудине.
— Ну что, мучительница, ой прости, учительница, будешь говорить, или продолжить экзекуцию?
— Зачем, ты всё равно меня убьёшь! — понуро ответила Меллан мне, когда я вытащил кляп. — Ты меня столько бил и пытал, как-нибудь выдержу, ничего не скажу!
— Это я-то пытал? Даже не начинал ещё! Знаешь, что твоя сеструха в дверях ляпнула? Будет меня истязать, выжигая глаза раскалённой кочергой, мне нравятся ваши эльфийские фантазии с огоньком. Давай претворим их в жизнь.
Эльфийка зажмурилась, но упрямо молчала. Вот ведь гордая «госпожа», хорохорится у меня тут.
— Клянусь всеми богами, собой и своей бессмертной душой, если расскажешь правду, я исчезну, убивать тебя не буду! — так запросто наврал ей. Нет, не то чтобы солгал, но недосказанность тоже некая форма кривды.
— Кто поверит жалкому и мерзкому рабу, поднявшему руку на хозяев? — вдруг извернувшись, плюнула мне в лицо эльфийка. — У тебя на лбу написано «MUL», ты уже предал нас. Всё равно сдохну! Добиваться справедливости и честности от вас бессмысленно. Вандалы, варвары, грабят, режут, насилуют!.. — вдруг заорала женщина, но я сразу же заткнул её.
— Хорошо, тогда перейдём к более жестокой программе, — предварительно закрыл Меллан рот тряпкой, чтоб не заверещала от неприятных новостей. — Сын Индель дома, мелкий такой, шустрый проныра, не хотел я ему резать горло. У тебя своих детей, говорят, нет, а племянничек — твоя единственная кровинушка, так? Сестра сдохла, ты тоже скоро преставишься — весь ваш род, ваша семейная линия прервётся со смертью того малыша. Но!.. В отличие от вас, эльфов, я не животное, детей не убиваю. Но раз не хочешь по-хорошему, придётся наведаться к нему домой. Заодно пограблю соседский домик. Всё равно я такой, как ты сказала. А значит, быть по сему: «грабь, убивай, дери гусей».
Лопоухая возбуждённо заухала сквозь кляп, захныкала, выпучила глаза, силясь что-то сказать, но я наслаждался её смешным видом, не спеша выслушивать её положительный ответ. Вот он какой, материнский (или тётеринский?) инстинкт, а ведь уже гордо распрощалась с жизнью своей, а малыша спасает.